Огненная проповедь - Франческа Хейг

– Не имеющих ценности, – повторил Кип.

– Так оно и есть с точки зрения Совета, – сказал Пайпер нетерпеливо. – Испытуемые, обычно молодые люди, которые не представляют никакого риска для Совета, если что-то пойдет не так.

– Если они убьют, ты имеешь в виду. Тебе не нужно подслащивать правду для нас, – сказала я. – Я видела резервуары и Кипа в одном из них. Внизу в гроте мы обнаружили скелеты.

Пайпер кивнул.

– Сложно отследить, учитывая тысячи, которых они похитили, но у нас сотни подтвержденных случаев смерти. Именно столько Альф внезапно умерло среди тех, у кого забрали для опытов близнецов-Омег. Даже сами Альфы начали задавать вопросы. – Он посмотрел на Кипа. – Ты выжил. Тебе, должно быть, повезло больше, чем ты осознаешь.

– Ума не приложу, и почему я не был более благодарным, – сказал Кип.

– Но ничто из этого не отвечает на главный вопрос, – напомнила я. – Какой смысл в такой политике Совета? Что они выигрывают от подобного обращения с Омегами, доводя нас до голода? Их жизни зависят от нас. Это единственное, что неизменно.

– Да, это благословение и проклятие, – согласился Пайпер. – Эта связь – наша единственная защита, но по этой же причине Омеги излишне терпеливы и покорны. Поэтому мы с трудом набираем людей в Ополчение. Они знают, что Совет никогда не допустит, чтобы с нами случилось нечто непоправимое. Даже сейчас, в последние годы, когда дела обстоят хуже некуда, мы знаем, что Альфы зависят от нас и не позволят нам умереть с голода. Приюты тому подтверждение. Хоть люди и идут туда с большой неохотой – оно и понятно – никому ведь не нравится терять свободу, но всё же приюты остаются спасительной соломинкой на самый крайний случай. А то, что в последнее время их становится всё больше, только успокаивает народ. Конечно, люди не настолько глупы, чтобы поверить, что эти приюты – акт милосердия со стороны Совета. Но даже если они и делают всё это ради собственной корысти, приюты наглядно подтверждают, что существуют границы всех их деяний. Границы, которые они не посмеют переступить.

– Мне кажется, что сейчас они пересекают эти границы довольно решительно, – возразил Кип.

– Но почему? – спросила я. – Почему именно сейчас? Что изменилось?

– Поначалу мы думали, что они пытаются разорвать связь между близнецами, – сказал Пайпер. – Сколько себя помню, об этом всегда ходили слухи. Говорили о селекционных программах и экспериментах, в общем, о попытках производить на свет детей, которые не были бы связаны между собой. Но их опыты не увенчались успехом. Так что для советников поместить своих близнецов в резервуары – замечательный выход из положения.

Я рассеянно кивнула.

– Что ты сказал насчет расширения приютов? Ты уже что-то говорил об этом раньше. На террасе.

– Их недостаточно для всех, кто нуждается, – ответил Пайпер. – Даже и близко. Смотрите сами.

Он пролистал пачку бумаг на столе, выудил оттуда карту и разложил сверху. Ее масштаб был гораздо больше, чем у карты Острова, которую он показывал раньше. Она отображала группу зданий, вокруг – поля, а затем – двойной забор.

– Вот это Приют номер один, как раз на юге Виндхэма. – Его рука зависла над правой стороной карты, где несколько домов окружало одно огромное прямоугольное здание, занимавшее половину площади всего лагеря. – Здесь целый комплекс, полностью новый, они начали строить его в прошлом году. То же самое нам сообщили из всех приютов, которые у нас под контролем. Но даже и новых зданий совершенно недостаточно, чтобы разместить растущий поток людей, которые туда обращаются. Новые бараки, конечно, большие, но всех вместить не могут, ведь это несколько тысяч человек.

– Зачем они взваливают на себя такое бремя? Зачем им нести ответственность за стольких Омег? – спросил Кип. – Ведь проще и, скорее всего, дешевле для Совета позволить нам выживать самим, а не селить всех в приюты.

– Бесспорно, но тех Омег, что живут в приютах, легче контролировать.

– Нет, – прервала я Пайпера. – То есть ты, конечно, прав, но это далеко не всё.

Я вспомнила, что мама говорила о Заке, когда приезжала в поселение предупредить меня. Он амбициозен. На ум пришли и слова Зака, которые он обронил в бастионе: «Я кое-что начал, и мне нужно это закончить». Я подумала и о том, что он говорил много лет назад, когда умирали Алиса и папа: почему ты не можешь хоть что-нибудь сделать? И я поняла: Зак одержим стремлением «что-нибудь сделать» с фатальной связью между близнецами. Я снова посмотрела на карту приюта, обратив особое внимание на новое огромное здание.

– Ты говоришь, что новых зданий недостаточно для тысяч людей, что живут там. Но они не хотят, чтобы мы жили. Они просто хотят, чтобы мы оставались живыми.

– А есть разница? – спросил Пайпер.

– Теперь есть – благодаря резервуарам.

Я закрыла глаза, и передо мной возникло видение: сначала один резервуар, похожий на те, что не раз видела прежде. Но затем я словно отступала назад. И чем дальше отходила, тем более широким становился обзор: бесчисленные ряды резервуаров, заполнявших зал, где я нашла Кипа. Все были пусты и все ждали. Я протяжно вздохнула и подумала, насколько нелепо прозвучит моя догадка, если произнесу ее вслух.

– Они хотят поместить нас всех в резервуары. Каждого Омегу.

Легкая улыбка, что почти всегда играла на губах Пайпера, тотчас исчезла. Он поднялся.

– Ты уверена?

– Они хотят охватить, по возможности, весь материк, – ответила я. – Ты сам сказал, что они предпринимали попытки порвать связь между близнецами. Раз та попытка не удалась, значит, это – их следующий шаг к достижению намеченной цели. Только представь: мир Альф, одни лишь физически совершенные люди, которые живут своей безупречной жизнью, пока не умрут от старости на пуховой перине.

– Они не смогут, – усомнился Кип.

– Я не говорю, что это будет легко, – сказала я. – Или что они могут внедрить это прямо сейчас. Но что, если это их цель? Все Омеги аккуратно классифицированы, задокументированы и в конечном счете покоятся в резервуарах.

– Кстати, о приютах, – вставил Пайпер. – Они теперь даже не работные дома – просто центры сбора для резервуаров.

Я кивнула:

– А если пока и нет, то скоро будут.

– Все Омеги? – вымолвил Кип. – Неужели они действительно поставили такую цель?

Меня охватил стыд за Зака даже при мысли о происходящем, не говоря уж о высказанных вслух словах. Но я знала, что это правда.

– Это единственная разумная причина, почему они так обходятся с нами. Если получится, они будут помещать нас всех в резервуары с рождения. Только представь – они свободны от нас с самого начала. Мир Альф.

Кип скривился. Я знала, что мы вспомнили одно и то же: крошечный череп на дне грота, дочиста омытый водой и временем, и младенцев, которых забрали у Эльзы.

– Они уже пытаются, – добавила я.