Медовый месяц - Говард Роуэн

«Давай, О'Хара, топай, шевелись, делай что-нибудь». Сьюзен хочет арестовать ее, а это означает, что мне нужно поторапливаться, и, вероятно, босс не станет возражать, если я нарушу некоторые правила. В конце концов, это всего лишь мое личное понимание проблемы и способов ее решения.

Сидя на стуле перед Стивеном Кепплером, я не мог не отметить про себя некоторые особенности его внешнего облика. Во-первых, адвокат был лысым и старательно зачесывал на лысину остатки волос с затылка, что еще больше подчеркивало их дефицит на его башке. Во-вторых, этот налоговый юрист, который бросился спасать Нору, заметно нервничал.

Конечно, многие люди начинают невольно нервничать, сталкиваясь с агентом ФБР, причем большинство из них без всяких на то серьезных причин.

Я быстро покончил с обычным для такого случая предварительным разговором и подсунул ему под нос фотографию, которую вынул из бокового кармана пиджака. Это был один из тех памятных снимков, которые я сделал цифровой камерой в Уэстчестере.

— Вы узнаете эту женщину? — спросил я, постукивая пальцем по фотографии.

Он наклонился над столом и быстро ответил:

— Нет, я ее не знаю.

Я пододвинул фотографию поближе, чтобы он мог лучше разглядеть ее:

— Посмотрите внимательнее, пожалуйста.

Он взял в руку снимок и попытался сыграть роль человека, внимательно изучающего предложенный ему объект. При этом он хмурился, сдвигал брови, что-то мычал и в конце концов пожал плечами и покачал головой.

— Нет, не могу ее припомнить, хотя должен заметить, что это весьма симпатичная особа.

Стивен Кепплер вернул мне фото, а я старательно потер подбородок.

— Очень странно, — проворчал я.

— Почему?

— Странно, что такая симпатичная особа оставила вам свою визитную карточку, а вы ее не знаете.

Адвокат нервно заерзал на стуле.

— Возможно, кто-то другой дал ее этой женщине.

— Ну что ж, вполне возможно, — рассудительно произнес я, — только мне все равно непонятно, почему она сказала, что знакома с вами.

Кепплер передернулся, одной рукой провел по зачесанным назад волосам, а другой стал судорожно поправлять галстук. Его нервные движения были настолько красноречивыми, что не требовали абсолютно никаких комментариев.

— Позвольте мне еще раз взглянуть на эту фотографию, — нашелся он, протягивая ко мне руку.

Я охотно передал снимок адвокату, с интересом ожидая очередного классического спектакля с ужасно плохим исполнением. И я не ошибся.

— Ах да, подождите минутку! — воскликнул юрист, сдвигая брови. — По-моему, я действительно где-то видел ее! — Он постучал пальцем по фотографии. — Да, да, Симпсон, Синглтон?..

— Синклер, — подсказал я.

— Да, конечно, Оливия Синклер.

— На самом деле она не Оливия, а Нора.

Он покачал головой:

— Нет, я точно знаю, что ее зовут Оливия.

И это сказал человек, который минуту назад утверждал, что вообще не знает данную женщину.

— В таком случае я могу предположить, что она ваша клиентка? — спросил я. — При этом очень симпатичная. Я удивлен, что вы не запомнили ее с первого раза.

— Да, я выполнял для нее определенный заказ.

— Какой именно?

— Агент О'Хара, вы должны понимать, что я не могу разглашать подобные сведения.

— Нет, можете.

— Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду.

— Неужели? Я понял только, что вы отрицали знакомство с клиенткой, которая проходит по моему делу. А еще я понял, что вы солгали федеральному агенту.

— Может, мне напомнить, что вы имеете дело с адвокатом?

— Может, мне напомнить вам, что я могу вернуться сюда через час с ордером на обыск и перевернуть тут у вас все вверх дном?

Я уставился на Кепплера, ожидая, что он наконец-то поймет, о чем идет речь, но вместо этого он набросился на меня с упреками:

— Ваши угрозы могут сработать в определенных кругах, но только не здесь, — прорычал он, упрямо выдвинув подбородок. — А я всегда сохраняю тайну своих клиентов. Мне больше не о чем разговаривать с вами.

Я медленно встал со стула.

— Вы правы, — сказал я, тяжело вздохнув, — вы должны хранить тайны своих клиентов, а я просто потерял контроль над собой. Приношу свои извинения. — Я полез в карман пиджака. — Вот моя визитная карточка. Если вы передумаете, если вам вдруг понадобится протекция полиции или что-нибудь в этом роде, позвоните в мой офис.

Его лицо исказилось от страха.

— Протекция полиции? Вы хотите сказать, что эта женщина представляет опасность для общества? Оливия Синклер? А за что, собственно говоря, ее ищут?

— Боюсь, что не могу предоставить вам всю информацию на этот счет, мистер Кепплер. Но могу предположить, что если она доверила вам свой бизнес, значит, у нее были особые основания доверять вам, разве не так?

Его голос неожиданно поднялся на целую октаву.

— Погодите минутку! — закричал он. — Где сейчас эта Оливия Синклер? Я хочу сказать: вы преследуете ее, не так ли?

— В том-то и дело, — спокойно отреагировал я. — Мы следили за ней долгое время, но сейчас понятия не имеем, где она может скрываться. Мистер Кепплер, я не могу рассказать вам обо всех ее делах, но должен сообщить, что речь идет об убийстве, причем, вполне возможно, не об одном.

Для адвоката этого было более чем достаточно. Он задрожал от страха, а потом, с трудом выговаривая слова, попросил меня присесть.

— С удовольствием, — ответил я.