Засуха - Джейн Харпер

Салливан поставил машину в гараж, который всегда был пуст и всегда ждал его открытым. Он вышел из машины и опустил дверь гаража, чтобы спрятать ее от посторонних глаз. Поморщился от визга металла о металл. Подождал секунду. Переулок был пуст.

Салливан подошел к неприметной двери рядом со входом на склад клиники и позвонил. Секундой позже дверь отворилась. Доктор Ли встретил его с улыбкой. Только оказавшись внутри и надежно прикрыв за собой дверь, они, наконец, поцеловались.

Ли закрыл глаза и потер переносицу указательным пальцем. Он чуть ссутулился; безупречной его осанку назвать уже было нельзя.

— Ладно. Я так понимаю, что ситуация вам известна. Тем днем я был в квартире не один. Я был с Джейми Салливаном.

Рако издал звук, в котором удовлетворение смешалось с крайним раздражением, и рухнул обратно на стул. Недоуменно потряс головой.

— Ну наконец-то. Вы хоть представляете себе, сколько часов мы провели — потратили впустую, — гоняясь за вашими сказками?

— Я знаю. Правда. Мне очень жаль, — это, похоже, было сказано искренне.

— Вам жаль? Три человека погибли, приятель. Вы же были там со мной. Этот бедный мальчонка. Всего шесть лет, голова начисто отстрелена. Как вы могли позволить нам гоняться за собственным хвостом? Кто знает, насколько это уже навредило делу?

Доктор слегка покачнулся на стуле, будто слова Рако задели его физически.

— Вы правы, — сказал доктор Ли. Закусив палец, он раскачивался на стуле и, казалось, вот-вот расплачется. — Неужели вы думаете, что я не хотел сразу все вам рассказать? Как только узнал, что вы были у Джейми, задавали вопросы? Конечно, он должен был сказать вам еще тогда. Я должен был сказать вам еще тогда. Но мы, наверное, запаниковали. Поскольку сразу мы ничего не сказали, чем больше проходило времени, тем труднее мне — нам — было…

— Ну, надеюсь, это стоило того, что Джейми ушел вчера вечером из паба с разбитым лицом.

Ли резко поднял голову; на его лице был написан шок.

— О, вы не знали? — продолжил Рако. — Да, он один из зачинщиков драки. Это — единственная причина, по которой он мне что-то сказал. Голова у него пострадала явно сильнее, чем совесть. Вы могли бы избавить нас от кучи лишних хлопот еще несколько дней назад. Обоим должно быть стыдно.

Доктор прикрыл рукой глаза и сидел так долгую минуту. Фальк принес ему стакан воды, и тот с благодарностью его выпил. Они ждали.

— Так, значит, тогда вам казалось, что вы не можете нам сказать. Сейчас время настало, — мягко сказал Фальк.

Ли кивнул.

— Мы с Джейми вместе уже восемнадцать месяцев. В романтическом плане. Но — как вы уже, конечно, поняли — мы это не афишировали, — сказал он. — Все началось, когда он начал чаще привозить свою бабушку ко мне на осмотр. Ей становилось все хуже и хуже, и ему приходилось нелегко одному. Он нуждался в поддержке и чтобы было с кем поговорить, и из этого все и выросло. То есть я всегда подозревал, что он может быть геем, но в этих местах… — Ли, не договорив, покачал головой.

— В общем, прошу прощения, — все это не важно. В тот день, когда убили Хэдлеров, я работал в клинике до четырех, потом ушел на перерыв. Джейми послал мне смс, и я ответил ему, что бы он приходил. Ничего необычного в этом не было. Он приехал, мы немного поговорили. Выпили чего-то холодного. Потом пошли в постель.