Капкан на демона - Анна Владимирская

Перед Лученко была поставлена задача не просто смотреть, но в тех случаях, когда возникало малейшее сомнение по поводу какого-то пассажира, разговаривать с ним. Перед тем как выпустить Веру Алексеевну в зал ожидания аэропорта, с ней провел предварительный тренинг опытный профайлер. Он прибыл из Израиля, где работал в аэропорту Бен Гурион. В нем по статистике почти не случалось нарушений правопорядка.

Этот седовласый коренастый дядька вскользь представился:

— Барух. Можно Борис. У меня мало времени, улетаю через два часа. Специально отложил вылет, чтоб немножко вас проинструктировать. Готовы?

Лученко кивнула, и тренинг начался.

— Как получать интуитивную информацию? Вопросы на «да-нет», понятно?

— Понятно.

— В работе с интуитивной информацией метод вопросов на «да-нет» является одним из самых эффективных благодаря своей простоте и однозначности входящей информации, понятно?

— Да.

— Вот видите, вы сказали «да». Что это значит?

— Значит, я раскрылась? — Лученко старательно взвешивала каждое слово.

— Умница. С вами приятно работать! Пошли дальше. Вопросы на «да-нет» — это вопросы, ответом на которые может быть либо да, либо нет. Бинарная форма представления информации — самая простая из известных. Даже если владение данной техникой плохо отработано, то вероятность правильного ответа все равно остается не меньше 50 процентов. Теория вероятности Эйнштейна, слышали?

— Да.

— Так вот, она на стороне спрашивающего. Так или иначе, сведение количества решений задачи к двум вариантам — эффективный подход в любой работе. Но здесь мы рассмотрим не гадание с вероятностью 50 на 50, а поговорим о практических моментах работы с интуицией, пусть и в таком упрощенном виде. Девяносто девять процентов успеха в получении правильного ответа заключено в правильно сформулированном вопросе. Каков вопрос — таков ответ. Этот принцип актуален для работы с интуицией, как никакой другой. Понятно?

— Пока да.

— Дальше тоже должно быть понятно. Входящая и приходящая в ответ информация проста и однозначна — либо да, либо нет. Но ее качество зависит от качества исходящей информации, вопроса, который также должен быть максимально однозначным.

— Как формулировать вопросы?

— О! Это самое сложное в начале работы. Этому нужно учиться. Вопрос должен быть сформулирован так, чтобы на него можно было ответить только «да» или «нет». Ну, попробуйте!

— Наконец-то наступила весна, это хорошо?

— Вы с предполагаемым террористом о весне собрались говорить? — Барух-Борис усмехнулся, и улыбка у него была очень славная. — Шучу! В принципе правильно, но вопрос не должен вызывать неоднозначных трактовок. Нужно спрашивать именно то, что хочется узнать. Никаких косвенных и наводящих вопросов. В Израиле вам бы могли ответить: «Ничего хорошего. Зимой не так жарко». Понятно?

— Не совсем. Вопрос нужно ставить в форме утвердительного предложения, которое можно либо подтвердить ответом «да», либо опровергнуть ответом «нет»?

— Уважаемая Вера, профайлинг-опрос — это не грамматическая форма, а процесс формулировки утверждений, на которые нам нужно получить один из двух интуитивных откликов. В вопросе нужно четко указывать временные рамки, в которых полученный ответ будет актуальным. Например, если интересоваться, будет ли хорошая погода, то ответ будет всегда положительный, так как хорошая погода когда-нибудь да будет.

— То есть про погоду лучше не спрашивать?

— В вопросе нужно четко определить объект, на который запрашивается информация. Например, снова про погоду. Для каждого «хорошая погода» — это свой набор характеристик: кто-то любит дождь, кто-то солнце, кто-то жару, кто-то прохладу и так далее. В вопросах лучше избегать неопределенных, обобщающих характеристик. Нужно оперировать абсолютными и однозначными критериями: температура, наличие дождя, наличие солнца, скорость ветра и т. п. Это понятно?

— В общих чертах.

— Сейчас объясню в конкретике. В каждом вопросе нужно спрашивать только о чем-то одном. Если в вопросе присутствуют несколько подвопросов, то его лучше разбить на несколько. Например, вопрос о том, будет ли завтра солнце, чтобы позагорать, лучше разбить на два: про солнце и про возможность позагорать, так как походу на пляж может помешать что-то другое, кроме отсутствия солнца.

Несмотря на то что интуиция Веры безотказно работала, тем не менее Лученко продолжала внимательно слушать Бориса и смотреть на поток пассажиров, выискивая взглядом того или тех, кто нес с собой несчастье для других людей. Вера хотела действовать не как уникум ясновидения, а пыталась отрабатывать методику, которую впоследствии смогут использовать просто грамотные профайлеры.

Ее тренер сосредоточенно объяснил:

— Основным инструментом профайлинга является собеседование с объектом. Вы, Вера, должны предусматривать и создавать различные искусственные ситуации, цель которых — провоцирование личности на раскрытие своих намерений.

— Я думала, моя главная задача — предотвратить. Это не так?

— Предотвратить можно и провокацией объекта на какие-то враждебные действия раньше времени. Поймите, нервы любого террориста напряжены. Нельзя спокойно идти на преступление. Но он или она могут умело владеть собой. Это понятно?

— Да.

— Мне говорили, вы опытный психотерапевт, поэтому вашим дополнительным инструментом является визуальный анализ изучаемого объекта. Но как врач, вы смотрели в лицо пациента, на его руки, жестикуляцию, поведение, речь. Здесь у вас нет такого большого запаса времени. Профайлеры обращают внимание на стиль и качество обуви и одежды, состояние кожи, зубов и ногтей и прочие признаки. Тщательно анализируется вербальная информация, имеющиеся у объекта документы, его биографические данные и еще куча всего. Ну, вот, например, посмотрите на ту женщину в черной фетровой шляпке и шубке из тонкого каракуля, что вы можете о ней сказать?

— Лет пятьдесят с хвостиком, живет во Львове или где-то в Западной Украине. Преподает музыку, скорее всего пение, в местной консерватории. Одевается в Милане, может себе позволить летать на распродажи, а скорее всего, кто-то из учеников поет в Ла Скала.

Барух уставился на нее так, словно увидел не психотерапевта, обучающегося профайлингу, а тыкву, на его глазах превратившуюся в карету.

— Пошли. — Он взял Веру за руку и направился к даме в шубке и в шляпке. После короткого разговора, во время которого подтвердилось каждое Верино слово, он повернулся к Лученко и кратко спросил: — Как? — Потом рассмеялся и, тыча пальцем в сторону той самой дамы, добавил: — И я ее еще пытаюсь чему-то учить? Пожалейте бедного еврея, объясните методику вашей работы!

— На самом деле это просто. Я увлекаюсь модой. Поэтому шубку и шляпку из Милана срисовала сразу. Объяснять про модные тренды нет смысла, это понятно? — Женщина хитро подмигнула.