Минос - Маркос М. Виллаторо

— Да, и не только пакет, но и нечто более ценное.

— Что ты имеешь в виду?

Я в нескольких словах рассказала ему о своем расследовании и отстранении отдела.

— Значит, они изъяли у тебя эти бумаги? — Он протянул руку, взял со стола один лист, на котором был напечатан отчет медицинских экспертов из Бристоля. — Стало быть, у тебя сейчас сохранились лишь копии.

Я промолчала.

Он щелкнул языком, а потом посмотрел на меня с насмешливым укором.

— Какая непослушная девушка. Снимать копии с важных государственных документов. Полагаю, это дело может закончиться не только отстранением от работы, но и более тяжкими обвинениями в разглашении государственных секретов. Ты можешь потерять не только работу, но и нечто большее. Боже мой, Роми, похоже, ты решила, что если грешить, то по-крупному. — Он снова посмотрел на стол с бумагами. — Итак, что же тебе удалось выяснить из всего этого? Ты приблизилась к поимке этого Висперера?

— А тебе какое дело?

— Какое мне дело? — переспросил он и даже улыбнулся, словно показывая, что боль постепенно утихает. — Самое непосредственное, поскольку этот парень Висперер вынуждает злоупотреблять спиртным моего любимого детектива по расследованию убийств. — Ему даже не пришлось показывать на стоявшую на столике початую бутылку виски. — Похоже, он серьезно затронул твою душу и не оставляет тебя в покое.

— Мою душу затронул не только он, — проворчала я и недовольно уставилась на него. — Мой сын чуть было не погиб из-за твоих проклятых наркотиков.

Он тяжело вздохнул, отвернулся в сторону, а потом быстро посмотрел на меня.

— Нет, твой сын Серхио никак не мог погибнуть от такой дозы. Конечно, это потрясло его незрелую нервную систему, некоторое время он пребывал в состоянии глубокой депрессии, чем страшно напугал не только бабушку, но и маму, но в целом, Ромилия, он не подсел на наркотики и не станет наркоманом. Ты сделала все возможное, чтобы этого не случилось. Думаю, что с ним все будет в порядке, если он будет держаться подальше от наркоты.

— Да пошел ты к черту.

— Нет, Ромилия, это ты могла пойти к черту. Не сомневаюсь, что ты прошла через самый настоящий ад, и очень сожалею об этом. Как твоя мать?

Я снова промолчала. Он знал мою мать, а однажды даже одурачил ее, заставив поверить, что он, Текун Уман, является чуть ли не самым подходящим для нее кандидатом в зятья.

Он провел пальцем по своей шее и посмотрел на мою.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Все нормально?

На этот вопрос я решила ответить.

— Все нормально.

— Покажи.

Я медленно повернула голову, словно пытаясь избежать его взгляда, но этого было вполне достаточно, чтобы он увидел багровый шрам на шее.

Текун подался вперед, слегка поморщился от боли в боку, но все же продолжал смотреть на шрам. Он смотрел него долгим изучающим взглядом, но при этом не выказывал абсолютно никаких эмоций. Ни единый мускул не дрогнул на его смуглом лице, и эта подчеркнутая нейтральность по какой-то причине показалась мне хорошим знаком.

— Рана зажила хорошо, но шрам все еще беспокоит тебя, не так ли?

Я встала и подошла к окну.

— Почему ты сообщил мне, что будешь здесь? — спросила я, сложив на груди руки.

— А почему ты приехала сюда?

— Я первая спросила, так что отвечай.

Он тяжело вздохнул:

— Хотя бы потому, что ощущаю себя твоим должником. Ты спасла мне жизнь.

— Ты трижды мой должник.

— Почему трижды? — не понял он.

Я запахнула полы халата и вдруг подумала, что не помню, когда надела его на себя. Должно быть, это произошло в какой-то короткий промежуток времени между тем, когда я ударила его подлых и выронила из руки нож. Выпрямившись, я сжала правую руку в кулак, а потом стала распрямлять пальцы один за другим, поясняя свою мысль.

— Во-первых, я спасла тебе жизнь, во-вторых, ты чуть не погубил моего сына, а в-третьих, из-за тебя я потеряла свою работу.

— Пока ты еще не потеряла работу, — возразил он. — Кстати, почему ты не показала им мое письмо?

Я не проронила ни слова.

— Ты не сделала этого прежде всего потому, что не доверяешь им, правда? А не доверяешь им потому, что Федеральное бюро расследований не очень старалось отыскать и наказать убийцу твоей сестры. Ты обвиняешь их в том, что они позволили Виспереру благополучно избежать наказания.

Он сделал паузу, а затем продолжил:

— Итак, зачем ты приехала сюда?

— Мне нужно больше информации.

— О чем? Ты и так уже получила все, что я смог достать.

— Как ты получил ее?

— Боже мой, да я просто взломал их сайт и скачал все, что нужно.

— В таком случае взломай его еще раз.

— Нет, сейчас было бы слишком рискованно снова взламывать базу данных ФБР. Они знают, что кто-то пасется в их сайтах, и они не позволят…

— Черт с ним, с ФБР. Посмотри их сайты по Сент-Луису и Денверу.

— О, это убийство в Колорадо. Ты думаешь, это его рук дело?

— Он оставил там свою записку.

— Да, я читал ее сегодня утром. Там была помещена ее фотокопия.

— Я бы хотела взглянуть на нее.

— Если ты подозреваешь, что это сделал Висперер, то об этом могли догадаться и агенты ФБР.

— Ты можешь проникнуть в базу данных полиции Сент-Луиса и Денвера?

— Конечно, но зачем тебе Сент-Луис? Что там случилось?

— Не знаю, но очень хочу выяснить. — Я повернулась, схватила со стула одежду и направилась в ванную, но на полпути остановилась и пристально посмотрела на него. — А откуда мне знать, что ты не пытаешься надуть меня?

— Боже, какие выражения.

— Откуда мне знать?

— Да брось ты, Роми, — отмахнулся он. — Ты сама только что сказала, что я тебе должен гораздо больше, чем ты мне.

— В таком случае поклянись.

— В чем?

— В том, что поможешь мне.

— Ладно, даю честное слово, — согласился он, а потом повторил, будто этого было недостаточно: — Даю тебе честное слово.