Радуга Шесть - Том Клэнси

Короткие грезы поблекли. Ему нужно беспокоиться о «Schloss Ostermann», вспомнил Прайс, снова склонившись над синьками планов.

— Настоящий кошмар внутри, Динг, — произнес наконец Прайс.

— Ты совершенно прав. Все полы там деревянные, наверное, скрипят при ходьбе, множество мест, где могут спрятаться террористы и вести оттуда стрельбу по солдатам. Нам нужна вертушка, чтобы успешно закончить эту операцию. — Но у них не было вертолета. Об этом нужно поговорить с Кларком. «Радуга» еще не полностью завершила свое оснащение. Слишком много проблем решалось чересчур быстро. Не то чтобы им был нужен вертолет, а скорее хорошие экипажи, подготовленные для полетов на разных типах винтокрылых машин, потому что, когда они развернуты для операции, трудно сказать, какие машины будут использоваться принимающей их страной. Чавез повернулся: — Док?

Беллоу подошел к нему.

— Да, Динг!

— Я начинаю думать о том, чтобы выпустить их из дома, позволить пройти к вертолету позади здания и затем взять их, вместо того чтобы штурмовать террористов внутри «шлосса».

— Слишком рано для этого, правда?

Чавез кивнул.

— Да, слишком рано, но мы не хотим терять ни одного заложника, а когда наступит полночь, нам придется воспринимать их всерьез, ты сам сказал это.

— Может быть, нам удастся немного задержать их. Это моя работа добиться этого с помощью телефона.

— Понимаю, но, если мы начнем действовать, я хочу действовать в темноте. Это означает начало операции сегодня вечером. Я не рассчитываю, что тебе удастся уговорить их сдаться. Может быть, у тебя другое мнение?

— Возможно, но маловероятно, — был вынужден согласиться Беллоу. Он не был даже уверен, что ему удастся убедить террористов отложить убийство заложника, когда наступит полночь.

— Теперь нам нужно попробовать установить аудио— и видеоприборы слежки за происходящим.

— Я здесь, — сказал Нунэн. — Нелегкая задача, босс.

— Сможешь справиться с ней?

— Может быть, мне удастся подойти к дому незамеченным, но в нем больше сотни окон, и как, черт побери, добраться до тех, которые расположены на втором и третьем этажах? Разве что повиснуть с вертолета и опуститься на крышу... А это наверняка означало, что местное телевидение, а оно обязательно появится, как стервятники на туше подыхающей коровы, выключит свои камеры и будет держать их выключенными. Вот тогда возникнет опасность, что террористы встревожатся, заметив, что операторы перестали проявлять интерес к зданию. Да и неужели они не увидят, что вертолет пролетел на высоте тридцати футов над крышей здания? А вдруг на крыше уже сидит террорист, следящий за тем, что происходит вокруг?

— Все становится слишком сложным, — тихо заметил Чавез.

— Темнота и холод — лучшие помощники для термических приборов наблюдения, — с надеждой сказал Нунэн.

— Да. — Чавез взял радиомикрофон. — Группа, это старший. Всем перейти на ночные приборы видения. Повторяю, переходите на термическую аппаратуру. — Затем он повернулся. — А как относительно сотовых телефонов?

Нунэн мог только пожать плечами. Вокруг собралось не меньше трех сотен гражданских людей, стоящих далеко от усадьбы Остерманна и не нарушающих полицейский кордон, но многие видели «шлосс» и окружающую его местность.

Что, если у одного из них есть сотовый телефон и кто-нибудь внутри здания имеет такой же? Все, что требуется этому неизвестному человеку, — это набрать номер своих приятелей внутри и сообщить им, что происходит у здания. Чудеса современной электронной связи успешно работают в обе стороны. Существует больше пяти сотен частот для сотовых телефонов, и аппаратура для прослушивания каждой из них не входила в стандартный список оборудования «Радуги». До сих пор ни одна террористическая или преступная организация еще не пользовалась подобной техникой, насколько это было им известно, но ведь никто не может быть глупым и оставаться глупым навсегда, правда? Чавез посмотрел на «шлосс» и снова подумал, что им придется выманить преступников наружу, чтобы успешно завершить операцию. Но он не знал, с каким количеством террористов имеет дело, и узнать это невозможно без установки специальных приборов в здании для сбора дополнительной информации.

— Тим, запиши, что после возвращения понадобится рассмотреть вопрос о том, как иметь дело с сотовыми телефонами и рациями, находящимися снаружи объекта.

— Капитан Альтмарк!

— Слушаю, майор Чавез.

— Уже привезли прожектора?

— Только что прибыли, у нас три комплекта, — подтвердил Альтмарк. Прайс и Чавез пошли туда, чтобы посмотреть Они увидели три грузовика с прицепами, которые выглядели наподобие прожекторов, устанавливаемых на футбольном поле средней школы. Прожекторы можно установить и направить, а электричество для них подается от грузовиков доставивших их сюда. Чавез показал Альтмарку, где установить машины, и вернулся к своей группе.

* * *

Термические приборы наблюдения улавливают разницу или перепад температур, и на экранах появлялось изображение. Вечерняя температура быстро падала, и вместе с ней охлаждались и каменные стены дома. Уже сейчас окна выделялись на фоне охлаждающихся стен, потому что внутри действовало отопление, и старинные большие окна в этом здании с множеством дверей были плохо изолированы, несмотря на шторы на каждом окне. Дитер Вебер заметил движение первым.

— Старший, Винтовка Два-Два. Вижу термическую цель на первом этаже, четвертое окно с западного угла, смотрит наружу, чуть отодвинув штору.

— О'кей! Это кто-то в кухне, — прозвучал голос Хэнка Паттерсона, склонившегося над синьками планов. — Обозначаем объект как номер один! Что еще, Дитер?

— Ничего больше, просто нечеткая форма, — ответил немецкий снайпер. — Одну минуту, подожди... фигура высокая, по-видимому, это мужчина.

— Говорит Пирс. Я вижу объект, первый этаж, восточная сторона, второе окно от восточной стены.

— Капитан Альтмарк?

— Ja?

— Вы не могли бы позвонить в кабинет Остерманна? Мы хотим узнать, он по-прежнему там? Потому что, если он в кабинете, с ним один или два террориста.

* * *

— Офис Остерманна, — ответил женский голос.

— Это капитан Альтмарк. С кем я говорю?

— Это Гертруда, командир Фракции Красных Рабочих.

— Извините меня, я хотел поговорить с командиром Вольфгангом.

— Подождите, — произнес голос Петры.

— Hier ist Wolfgang.

— Hier ist Altmark. Мы давно не слышали ни слова от вас.

— У вас что-нибудь новое?

— Новостей нет, но у нас просьба, герр командир.

— Да, и в чем она заключается?

— В качестве знака доброй воли, — сказал Альтмарк, сидя рядом с доктором Беллоу, слушающим через переводчика. — Мы просим вас отпустить двух заложников из числа домашней прислуги, может быть.