Супруги по соседству - Шери Лапенья

– У тебя есть ребенок? – спросил Брюс удивленным голосом.

– Да, – ответил Марко, вскидывая на него взгляд. – Девочка.

Брюс откинулся на скамейке и пристально посмотрел на Марко.

– Что? – спросил Марко.

– Ничего, – быстро ответил Брюс.

– Нет, ты что-то хотел сказать, – возразил Марко, выпрямляясь.

Брюс что-то явно обдумывал.

– Как родители твоей жены относятся к вашей дочке?

– Они ее обожают. Она их единственная внучка. Я знаю, к чему ты клонишь. Они дадут денег на ее образование и, возможно, подарят какую-то сумму, когда ей будет двадцать один, но они так оформят доверенность, что я не смогу ими воспользоваться. Не прокатит.

– Это если ты не проявишь изобретательности, – сказал Брюс и посмотрел на него, склонив голову набок.

Марко уставился на него.

– Что ты имеешь в виду?

Брюс нагнулся к нему и понизил голос:

– Ты готов пойти на небольшой риск?

– О чем ты говоришь? – Марко быстро огляделся, чтобы убедиться, что их не подслушивают, но вокруг никого не было.

– Они не дадут денег тебе, но готов поспорить, они быстренько раскошелятся, чтобы вернуть свою единственную внучку.

– Что ты предлагаешь? – прошептал Марко. Но он уже все понял.

Они обменялись взглядами. Возможно, если бы Марко до этого не пропустил пару стаканов, особенно тот первый с тестем, он бы ответил Брюсу твердым «нет», а потом пошел домой к жене и рассказал ей всю правду, как и планировал. Объявил бы себя банкротом и начал заново. У них все еще был дом. Они были вместе, и у них была Кора. Но Марко по дороге к реке заскочил в винный магазин. Он принес с собой бутылку в бумажном пакете. Теперь он открыл ее, предложил другу и сам сделал долгий глоток прямо из горла. От алкоголя все стало казаться немного смазанным и менее невозможным.

Брюс понизил голос:

– Ты инсценируешь похищение. Не настоящее, понарошку. Никто не пострадает.

Марко смотрел на него широко распахнутыми глазами. Он наклонился ближе и прошептал:

– Разве так получится? Для полиции оно будет настоящим.

– Да, но если ты все сделаешь правильно, это будет идеальное преступление. Родители жены заплатят, ты получишь ребенка назад, и через пару дней все закончится. Как только ребенок вернется домой, полиция утратит интерес.

Марко обдумал услышанное. Из-за выпивки все это казалось чуть менее безумным.

– Ну не знаю, – ответил Марко нервно.

– У тебя есть идеи получше? – подстегнул его Брюс, передавая бумажный пакет с открытой бутылкой.

Они обсудили детали, поначалу гипотетически. Он мог бы разыграть похищение собственной дочери. Передать ее Брюсу, который увезет ее в свой домик в горах Катскилл на несколько дней. У Брюса самого было трое детей, уже взрослых, и он знал, как ухаживать за младенцем. Они купят предоплаченные телефоны, которые не получится отследить, и будут поддерживать связь с их помощью. Марко придется где-то спрятать свой.

– Мне нужно примерно сто тысяч, – сказал он, глядя на реку, на птиц, круживших в небе над головой.

Брюс презрительно фыркнул.

– Ты в своем уме?

– В смысле? – спросил Марко.

– Если тебя поймают, наказание не изменится от того, попросишь ли ты сто тысяч или сто миллионов. По крайней мере сделай так, чтобы оно того стоило. Нет смысла проворачивать такое дело за гроши.

Марко с Брюсом передавали друг другу бутылку, пока Марко думал. Насколько ему было известно, Ричард и Элис Драйзы стоили около пятнадцати миллионов. У них были деньги. Получи Марко миллион, он смог бы спасти свою фирму и выплатить залог за дом без дальнейшей помощи со стороны родителей Энн. По крайней мере они бы не знали, что ее оказывают. Было бы приятно содрать пару миллионов с этого урода Ричарда.

Они решили просить выкуп в два миллиона долларов. Поделить пополам.

– Неплохо за два дня работы, – заверил его Брюс.

Марко решил, что действовать нужно, не откладывая. Если он будет ждать, то испугается и пойдет на попятную. Он сказал:

– Завтра вечером мы идем в гости, на ужин к соседям. В доме будет няня, но она всегда засыпает на диване в наушниках.

– Ты можешь выйти покурить, заскочить в дом и вынести мне ребенка, – сказал Брюс.

Марко подумал над этим. Могло сработать. Они обсудили дальнейшие детали.

Сейчас, если бы он мог выбрать момент в прошлом, в который хотел бы вернуться и все изменить, это была бы его первая встреча с Брюсом. Если бы только он не ходил к реке подышать весенним воздухом, если бы не сел на ту скамейку, если бы Брюс не оказался в том же месте. Если бы только в тот день он поднялся и ушел, когда Брюс сел рядом, а не стал заводить знакомство, которое с течением времени переросло в дружбу. Сейчас все было бы по-другому.

Он сомневался, что у полиции получится найти кого-нибудь, кто мог бы связать их с Брюсом. Их встречи были нерегулярными и довольно непредсказуемыми. Единственными, кто мог видеть их вместе, были люди, которые бегали в парке или гоняли на роликах. Марко это раньше не волновало, потому что предполагалось, что никто не увидит Брюса снова. Брюс готов был уйти на покой – он собирался взять свой миллион и исчезнуть.

Но теперь Брюс мертв.

И Марко остался в дураках.

Нужно позвонить Ричарду – именно для этого он и поехал в офис, подальше от Энн, где он мог втайне от нее поговорить с ее отцом. Он должен знать, что с Корой, знать, договорился ли Ричард с похитителями.

Он колеблется. Он не вынесет, если новости снова будут плохими. Вне зависимости от того, что случится потом, они должны вернуть Кору. Ему приходится верить, что Ричард сможет это устроить. С остальным он разберется позже.

Он берет телефон и набирает номер тестя. Включается голосовая почта. Черт. Он оставляет короткое сообщение:

– Это Марко, перезвони. Дай мне знать, что происходит.

Он поднимается и начинает мерить шагами офис, как человек, уже запертый в камере.

Энн кажется, что она слышит плач своего ребенка: Кора, наверно, только что проснулась. Она срывает садовые перчатки, торопливо заходит в дом и моет руки в раковине на кухне. Она слышит, как Кора наверху в своей кроватке плачет, зовет ее.

– Минутку, радость моя, – кричит она. – Уже бегу, – она чувствует себя счастливой.

Энн несется на второй этаж к дочери, напевая себе под нос. Входит в детскую. Все выглядит таким же, как и всегда, только в кроватке пусто. Внезапно она вспоминает, и ее как будто сбивает с ног морская волна. Она падает в кресло.

С ней что-то не так – она знает, что нездорова. Она должна кому-нибудь позвонить. Матери. Но она не звонит. Вместо этого она раскачивается взад-вперед на стуле.