Сыны анархии. Братва - Кристофер Голден

– Где ты это, к дьяволу, взял? – полюбопытствовал он. – Я-то думал, дальше прототипов пока не пошли.

– Это и есть прототип, – отозвался Олег. – Считай это полевыми испытаниями.

Люди возле «Эскалейда» открыли огонь. Пули вспороли дорожное покрытие и выгоревшую траву возле отеля. Илья и Олег пригнулись, и заднее пассажирское окно вылетело, осыпав интерьер крохотными осколками стекла. Джекс увидел, как три других автомобиля мчатся к отелю, как забарабанили пули по «Мерседесу», свернувшему на круговой проезд. RAV4 пролетел мимо. Высунувшиеся из окон стволы посыпали очередями, но RAV4 не остановился и не притормозил. Промчавшись мимо, он повернул, направляясь к другой стороне здания.

Тревожась за Пыра и Рыжего, Джекс оглянулся и увидел, что они свернули за ним, Олегом и Ильей. «Харлеи» ревели рядом с ними, используя автомобиль в качестве щита. Смекнули. «Оставайтесь в живых», – подумал он.

Высунув рыло «АК-12» из окна, Олег принялся обстреливать «Эскалейд». Один бандюган остался на месте, открыв ответный огонь, но второй бросился в укрытие, пытаясь спрятаться за гигантским внедорожником. «Мерседес» – с Гаврилой за рулем и Кириллом, стреляющим из окна, – врезался в бегущего, а затем в «Эскалейд», расплющивая его между двумя автомобилями под вопли металла и человеческой боли.

А затем они покатили вдоль отеля сбоку, потеряв баталию перед фасадом из виду.

– Подъезжаем, – сообщил Илья, выкрутив руль влево, как только они в заносе свернули за угол. Впереди выросла ограда вокруг пустого плавательного бассейна.

– Дверь кухни, – распорядился Олег. – Как можно ближе.

Промолчав, Илья лишь угрюмо кивнул.

Джекс почувствовал, как на него нисходит ужасный покой. Пора сеять смерть. Тропа отсюда на тот край хаоса лежит через кровопролитие без колебаний. Он уже ходил этой тропой.

Зубы его стиснулись. Биение сердца успокоилось. Машина резко затормозила. Не успел Илья поставить ее на ручник, как Джекс уже выскочил из двери. Заледенев внутри, он чувствовал, как солнце печет кожу. Казалось, весь мир переключился на пониженную передачу. Джекс крикнул Илье, чтобы тот открыл багажник, и бросился к задку машины, когда вдруг увидел, как из-за мусорного контейнера появился один из людей Лагошина – высокий, бледный, с плешью и рябым лицом. Джекс дважды выстрелил в него. Уже падая, тот и сам нажал на спусковой крючок, вышибив ветровое стекло «Ауди» и послав пулю настолько близко от Джекса, что та просвистела у него над левым плечом.

Бросив взгляд вниз, Теллер увидел борозду в ткани своей футболки, увидел кровь, сочащуюся и впитывающуюся в ткань, и понял, что борозду пуля пропахала не только в ткани, но и в коже.

Он кровоточил и двигался, бегом устремляясь к багажнику. Вогнал пистолет за пояс, выхватил из багажника штурмовую винтовку, которую дал ему Олег. И побежал к отелю.

Илья и Олег его опередили, рывком распахнув дверь кухни, раму которой уже разбили захватчики. Движение на периферии зрения заставило его глянуть влево, и он увидел бегущих к нему Рыжего с Пыром, и вдруг очнулся от странного сна наяву, охватившего его, ощутил жгучую боль от раны, учуял металлический запах собственной крови и едкий аромат кордита.

– Ты в порядке? – спросил Рыжий своим знакомым скрежещущим голосом. Он чуть побледнел и берег левый бок, задетый пулей, но не похоже, чтобы кровотечение у него снова открылось.

Пыр подошел к двери, но последовать за русскими внутрь не спешил, дожидаясь их.

Джекс по-прежнему чувствовал спокойствие и сосредоточенность, однако новообретенная уверенность заставила его перевести дыхание. Он с братьями. Они восторжествуют.

– Пошли, – бросил он, внезапно возненавидев вес штурмовой винтовки. Она поможет уравнять шансы, но он по-любому предпочел бы пистолет. Точнее. Не такой громоздкий и неуклюжий. – Пыр, проверь лестницы сверху донизу. Рыжий и я будем осматривать комнату за комнатой. Убирай всех на своем пути. Если Тринити жива, мы ее вытащим.

– А как с Лагошиным? – поинтересовался Рыжий.

Джекс кивнул, вспомнив побои, полученные от русского, и собственную клятву.

– Первым делом Тринити. Будем живы – позаботимся об этом говне потом.

По земле зашаркали подошвы. Обернувшись, байкеры увидели еще одного русского, выскочившего из-за угла возле мусорного контейнера. Рыжий поднял пистолет, но стрелять ему не пришлось. Враг, спину которого прошили пули кого-то из людей Кирилла, зашедших с другой стороны, лишь вскинул руки.

Джекс старался не вести счет людям, павшим у него на глазах. Его сторона в чудовищном меньшинстве, но на числах свет клином не сошелся. И все равно он был рад, что Ролли с командой САМКСЕВ уже в пути. Только надеялся, что они поторопятся.

Пыр прошел через кухню первым. Они на секунду увидели Олега с Ильей, но затем послышалась перестрелка в коридоре впереди, и двое русских очертя голову ринулись туда. Джекс потянул за спусковой крючок ЦНИИТОЧМАША, и оттуда вырвался шквал пуль, но глушитель подавил грохот выстрелов. А затем Джекс бросился бегом. Ему хотелось прикрыть тыл Олегу с Ильей, но у него были другие приоритеты.

– Пошел, – сказал он Пыру. Кивнув, тот сорвался на бег, поворачиваясь вправо-влево в поисках двери на лестницу.

Джекс в кухне выкрикнул имя сестры. Рыжий проверил холодильную камеру. Затем они вышли в коридор и приступили к поискам. Из комнаты в комнату, прикрывая друг другу спины и слушая крики и грохот выстрелов, разносящихся по всему отелю.

– Страна чудес, – с едкой иронией проронил Рыжий, поморщившись от боли в боку, но не обмолвился о ней ни словом.

Джекс не улыбнулся. Пинком распахнул дверь ванной и вошел, выставив ствол перед собой, выкрикнув имя сестры, но услышал лишь эхо собственного голоса.

Здание казалось совсем заброшенным. Пустым.

И впервые до него вдруг дошло, что она уже может быть мертва.