Остров - Александр Новиков

– Хорошая штука, но мудохаться все равно долго. Лучше бы обычная ножовка.

После чего достал из сумки ППШ, примерился и начал пилить приклад.

* * *

Шаттл «Дискавери» стоял на стартовом столе. До старта осталось меньше часа. Все шло строго по плану. Синоптики давали практически идеальную погоду, и это радовало. Потому что если не осуществить запуск (который уже дважды переносили), то вот-вот закроется стартовое окно и старт вновь будет перенесен.

Запуск – дело ответственное, в нем задействованы сотни людей непосредственно на космодроме и сотни в обеспечивающих службах. И хотя давно уже старты космических носителей стали делом довольно рутинным, для персонала космодрома каждый запуск остается событием. Достаточно один раз увидеть старт челнока, чтобы проникнуться ощущением неординарности события, ощутить эту фантастическую мощь и испытать гордость за свою великую страну, осененную звездно-полосатым флагом.

Но всякий раз едва ли не до последней минуты никто не может сказать наверняка, состоится сегодня запуск или нет. Двадцать девятого декабря 2013 года строго в расчетное время старт состоялся. Шаттл «Дискавери» с экипажем из семи человек и звездой-убийцей поднялся в небо. В ЦУПе раздались аплодисменты.

* * *

На подходе к мысу Фарвел – южной оконечности Гренландии, вахтенные «Джорджа Буша» заметили странный парусник – неподвижный, черный, с обвисшими рваными парусами. По виду – старинный бриг… Старший офицер объяснил, что это всего лишь фата-моргана – полярный мираж. В этих широтах обычное дело. А вы что подумали – Летучий Голландец?

Один из вахтенных, украинец Олександр Заец, сказал: летучий чи не летучий, а не к добру это.

* * *

Братишка отпилил приклад автомата. Потом взялся пилить кожух, закрывающий ствол. Он работал долго вспотел, натер мозоль, но все же обрезал кожух на две трети его длины – так, что осталось только на хват руки. Потом он раскрыл маленький напильник и отпилил заусенцы. Потом Саша взял дисковый магазин, присоединил к автомату. Он полюбовался своей работой, сказал:

– Славная поливалка.

Обрез выглядел довольно уродливо, но убедительно. Кроме того, ППШ стал значительно короче, что делало его пригодным для переноски под одеждой…

Дервиш посмотрел на изувеченную правую руку Александра, подумал: как же он стрелять-то будет?.. Братишка перехватил взгляд Дервиша, сказал:

– Не беспокойтесь, Евгений Василич – все будет как у дедушки.

Он взял автомат. Левой рукой за обрезанный кожух, большим пальцем правой обхватил шейку ложи, указательный положил на спуск.

– Вот и хорошо, – отозвался Дервиш. Братишка сказал:

– А вообще-то я левша. Могу стрелять с левой. Если поставить рожковый магазин – он полегче, – то вполне управлюсь одной рукой.

Братишка прикрепил ремень, подогнал его длину так, чтобы носить обрез под мышкой. Потом раскрошил на лучины обрезанный приклад, смел на газету опилки и убрал все в сумку, сказал: «Надо бы выбросить».

– Сначала, Александр, надобно коньяка отведать… А пойдем-ка ко мне в нумер.

Братишка поставил обрез в шкаф, пошли в номер Дервиша.

У Дервиша был включен телевизор, на экране показывали предновогоднюю Оттаву. Евгений Васильевич взял в руки пульт и собрался приглушить звук, но на мониторе появилась диктор и произнесла: «Внимание! Срочное сообщение».

Дервиш пожал плечами, сказал: «Ну, раз срочное…» Он налил в бокалы коньяку.

Диктор исчезла, появилась картинка: безоблачное синее небо и белоснежный космический челнок на стартовом столе. Диктор взволнованно заговорила, и Дервиш взялся переводить – для Братишки, у которого с языком было совсем туго:

– Сегодня, в одиннадцать часов… по местному времени… с космодрома космического центра имени Кеннеди… стартовал шаттл «Дискавери». – Диктор умолкла, стал слышен рокот пламени, вырывающегося из-под челнока. Раскаленный воздух дрожал. Шаттл медленно стронулся с места, начал подниматься на двух мощных столбах бело-желтого пламени. Братишка сказал: «Красиво…» Дервиш согласился: «Да, впечатляет…» Шаттл поднимался. Пламя рокотало. «Дискавери» ускорялся и стремительно уменьшался в размерах. Картинка изменилась: теперь старт показывали с борта самолета или вертолета. Диктор за кадром что-то произнесла, но Дервиш не перевел… А через секунду космический челнок превратился в огромный огненный всплеск, в закатное облако. Это облако клубилось багрово, из его глубины вылетали какие-то фрагменты, чертили огненные траектории… Братишка сказал: «Ешь твою!..» Диктор продолжила: – Катастрофа произошла на пятьдесят девятой секунде после старта.

Дервиш перевел. На экране возникли лица семи астронавтов. Диктор стала перечислять имена. Дервиш сказал:

– Значит, в «Созвездии» будет не четырнадцать, а тринадцать звезд… А что? Тринадцать – подходящее число для «Созвездия смерти». Давайте, Александр, за это и выпьем.

Телевидение мигом разнесло по миру известие о гибели американского челнока. В разных странах на это реагировали по-разному. В Бельгии, например, грустили не сильно.

* * *

В ночь с двадцать восьмого на двадцать девятое декабря «Джордж Буш» вошел в пролив Девиса. В три часа двадцать минут он приблизился к «Голиафу» на дистанцию одна миля. Два тридцатитонных якоря ушли на дно.

Двадцать девятого декабря на землю Баффина начали прибывать журналисты и первые участники саммита. Самолеты садились в аэропорту Икалуита и на канадской базе ВВС в Нанисивике. Журналистов немедля отправляли на круизный пароход, участников саммита принимали вертолеты с «Джорджа Буша». Довольно часто прилетал «Сикорский» с платформы.

* * *

Дейл подошел к Дервишу, положил голову ему на колени.

– Что это он? – спросил Братишка.

– Голова у меня немного болит, – сказал Дервиш. – Он чувствует.

Братишка сказал:

– О как!.. Может, это из-за сияния? – Александр кивнул на окно. За окном по темному небу бродили слабые отсветы северного сияния.

– Не думаю, – ответил Дервиш. – Аврора бореалис совсем ни при чем.

– Аврора бореалис? А что это такое?

– А вот это, Александр, и есть северное сияние.

– Ага! Может, я сгоняю к Саре, спрошу таблеточку?

– Не надо – не поможет. Это из-за колдунов.

– Из-за каких колдунов?

– Схлестнулся я как-то с колдунами в Конго. Истребил целую секту. Но что-то они успели со мной сделать – стала голова болеть…

Братишка от таких слов Дервиша слегка обалдел. Если бы про колдунов в Конго ему рассказал кто-то другой – Иван или Дельфин, – он, вероятно, не поверил бы… Но – Дервиш!

– А дальше что было? – спросил Братишка.

– Дальше меня в Союзе расколдовывали силами целого НИИ и пары наших колдунов.