По лезвию ножа - Маркус Сэйки

Они составили план, продумали каждую мелочь, а потом, в спальне, впервые за несколько недель занялись любовью. Нежная прелюдия неожиданно переросла в необузданный секс, которого у них давно не было. Когда все закончилось, Карен уснула прямо на Дэнни, не выпуская его из себя. Картер лежал без сна, в очередной раз обдумывая план.

На первый взгляд – ничего сложного: дождаться, пока Эвана не будет поблизости; увезти Томми; уговорить Дебби, что ей лучше на время затаиться. Как только мальчик будет в безопасности, Карен позвонит Нолану из таксофона, расскажет об убийстве на парковке и сообщит, что убийца в ближайшие часы появится на Пайк-стрит. Если все пройдет удачно, Нолан устроит засаду и схватит Эвана. Макганн нарушил условия досрочного освобождения, на него повесят незаконное хранение оружия – достаточно оснований для содержания под стражей, пока соберут материалы для обвинения в убийстве.

Что случится дальше – трудно сказать, но Эван больше не причинит никому зла.

Дэнни встал, с хрустом потянулся и вышел из кофейни. Бармен даже не взглянул на него, с головой погрузившись в чтение. Утренний час пик уже прошел, и поток транспорта двигался быстро: потрепанные фургоны, дешевые автомобили, редкие такси. Открыв машину, Дэнни забрался в салон и поежился: сиденье остыло, в тонкой куртке было холодно.

Свернув на Пайк-стрит, он проехал мимо стройки, выискивая источники опасности. Объект плохо просматривался сквозь проемы ограды, но, похоже, все в порядке. Вдоль улицы стояло несколько пикапов, навороченный «шевроле-камаро» с тонированными стеклами. «Мустанга» не видно. Отлично! Самое трудное скоро останется позади.

Притормозив у ворот, Дэнни вышел из машины. Холодный ветер покусывал кожу, нес с собой запах зимы и шоколада с находящейся неподалеку кондитерской фабрики. Картер двигался спокойно, уверенно, не привлекая внимания. Никаких поводов для беспокойства: дверца трейлера закрыта, жалюзи опущены, за окнами темно. Неподалеку стоит «форд» Дебби. Хорошо, что Эван все-таки вызвал ее присматривать за мальчиком. Девушка наверняка согласится на его план – она до смерти напугана и с радостью ухватится за шанс выпутаться из грязной истории.

Дэнни отомкнул громыхнувшую цепь, распахнул ворота, сел в машину, въехал во двор и, ловко развернувшись, подогнал «эксплорер» к дверце трейлера.

Если повезет, после ареста Эван не станет болтать о похищении. Это уголовное преступление, за него прибавят срок. Впрочем, Макганну плевать. Он расскажет копам все, лишь бы побольнее задеть Дэнни. К тому времени Томми вернется к отцу, а Дэнни будет известно имя и адрес единственного свидетеля убийства на стоянке. Это дает определенные преимущества: прокурор штата примет во внимание помощь следствию в процессе над Эваном и снимет с Дэнни мелкие обвинения – разумеется, при условии, что с мальчиком все в порядке, а Дебби удастся уговорить.

А если нет?

Если нет – здравствуй, тюрьма!

Глубоко вздохнув, Картер открыл заднюю дверцу. Представление начинается! Не заглушая мотора, он выбрался из салона и направился к трейлеру: сейчас распахнется дверь. Дебби слышала, как он подъехал. Однако она не вышла, даже в окно не выглянула – неужели так напугана?

Взбежав по ступенькам, Картер открыл дверь и вошел. Свет не горит, жалюзи опущены. После яркого солнечного утра в трейлере было темно, как в пещере. Пахло подгоревшим кофе и мусорной гнилью. Почему Дебби сидит в темноте?

Дэнни хотел окликнуть ее, но передумал. Чем меньше услышит Томми, тем лучше. Где же Дебби? План составлен с расчетом на ее помощь! Есть ли смысл ждать? Вообще-то время терять не хотелось: Эван может вернуться в любую минуту.

Томми не произвел ни звука с того момента, как распахнулась дверь.

Вспомнился тихий всхлип мальчика и кривая ухмылка Эвана, приставившего пистолет ко лбу Томми. Воображение тут же нарисовало страшную картину: навсегда умолкнувший Томми неподвижно лежит на кушетке, руки и ноги обмотаны изолентой, во лбу – окровавленная дыра, как третий глаз. Дэнни бросился к кушетке, не разбирая дороги в темноте. Зацепил коленом тумбочку – в глазах замельтешило. Опустившись на корточки, он наклонился к кушетке.

Обивка, подушки… Дэнни лихорадочно ощупал кушетку: никого!

В панике Картер вскочил на ноги, щелкнул выключателем. В ярком свете лампочки – кушетка с грязной продавленной обивкой. На ножках и подлокотниках – неровно оторванные куски изоленты. В центре лежит крышка от упаковки гамбургера.

Дрожащими руками Дэнни перевернул картонку: записка. Черным маркером неровно выведено: «Планы изменились. Прости, партнер!»

Растерянно моргая, Картер переводил взгляд с кушетки на записку.

Томми исчез.

Дэнни попятился, наткнулся на шкаф и выронил картонку. Переворачиваясь на лету – яркую картинку на лицевой стороне упаковки сменял тусклый картон на обороте, – она медленно упала на пол.

Надо уходить. Надо перестроиться и составить новый план.

Как? Придумывать больше нечего.

Непостижимым образом Эван предугадал его действия. Как только Дэнни что-то удавалось, какая-то непреодолимая сила разрушала достигнутое, отбрасывала назад. Он снова оказался на канате, натянутом над бездонной пропастью: один неверный вздох – и сорвешься в бездну.

Время поджимало, ситуация превратилась в безвыходную. Надо хоть что-нибудь предпринять, прежде чем Эван свяжется с Ричардом. Каждая секунда – на вес золота. Дэнни подобрал записку, смял и швырнул в мусорное ведро, сорвал с кушетки изоленту. Не мешало бы уничтожить все следы, но с уборкой трейлера придется подождать. Выключив свет, Картер открыл дверь и вышел на залитую солнцем стройплощадку.

Внедорожник стоял на прежнем месте, однако на подъездной аллее появился голубой седан. У машины стоял незнакомый негр в мягкой фетровой шляпе, бдительно глядя на Дэнни.

– Нашелся наконец-то! – Из машины вышел Нолан, небрежно поглаживая кобуру. – Помнишь, я обещал с тебя глаз не спускать? Поворачивайся, руки за голову! Поедешь со мной.