Сокровище еретика - Скотт Мариани

Кирби сделал паузу.

— Теперь мы переходим к легенде. К древнему мифу о сокровище еретика, который гласит, что кто-то спас или пытался спасти громадное количество драгоценных артефактов веры от уничтожения агентами Эхнатона.

— Кто?

— Я неспроста сказал «миф», — ответил Кирби. — На самом деле неизвестно ни кто, ни как, ни что было на самом деле. Это байка на слуху тысячи лет, и ее давно уже не принимают всерьез.

Бен почувствовал, как напрягаются мышцы.

— Выходит, ты мне забиваешь голову бесполезными слухами?.. Господи, на что я трачу время!

Он почти был готов бросить все и уйти из паба. Им вновь овладело отчаяние. Зачем он здесь? Почему не охотится на Пакстона?

Кирби уловил его настрой.

— Погоди, я не договорил. То, что я сейчас скажу, в корне все меняет.

— Надеюсь, для разнообразия ты выдашь что-нибудь стоящее.

— Весьма. Здесь кончается легенда и начинается реальность. Мы с Морганом влезли в это дело после случайной находки в турецком городе Антакья, где в древние времена стоял сирийский Антиох.

Бен помнил это название. В Антиохе последователей Иисуса впервые назвали христианами. Веками этот город опустошали войны и осады, крестовые походы и землетрясения. Его захватывали египтяне, греки, римляне.

— Пару лет назад Морган ездил туда в отпуск, — объяснил Кирби. — Он всегда любил копаться в антикварных лавочках, бродить по базарам. Большая часть того, что там продается, — фальшивый хлам. Древние папирусы, сделанные из прошлогодних банановых листьев. Якобы старинные кости, которые сначала обточили, потом скормили индейке, чтобы их разъел желудочный сок. Однако в последний день перед возвращением Морган наткнулся на кое-что особенное.

— На что же?

— На небольшую шкатулку, изъеденную временем. Продавец сказал, что ее откопали рядом с остатками крепостного вала Антиоха. Любой бы на его месте решил, что это рухлядь. Морган же купил ее, отнес домой и полночи пытался открыть. Внутри лежал папирус.

— А не прошлогодний банановый лист?

— Самый настоящий. Он был написан подлинным иератическим письмом, которое, по сути, является упрощенной версией иероглифов, предназначенной для ведения документов.

— Я в курсе, что такое иератическое письмо, — сказал Бен. — Продолжай.

— Это было незаконченное послание, написанное жителем Антиоха в районе тысяча триста тридцать пятого года до нашей эры, уже после смерти фараона Эхнатона. Автор пишет, что он старый больной человек, Диодор из Гераклеи, который хочет сообщить важные сведения.

— Кирби, не тяни жилы. У меня решительно нет времени.

Историк поднял палец.

— Потерпи чуть-чуть. Здесь начинается самое интересное. Послание было адресовано Санепу, верховному жрецу Фив, и в нем Диодор открыл восхитительную тайну. Он признается, добровольно и открыто, в величайшей краже в истории Египта. Но за свой поступок он не был бы ни осужден, ни наказан. Более того, получи Санеп это письмо, Диодора привезли бы в Египет и воздали ему почести как герою. Сейчас объясню почему.

Бен молча ждал продолжения. Появился призрачный шанс, что информация будет полезной.

— Надо вернуться на пару лет назад, когда Диодор еще не был Диодором, — продолжал Кирби. — Под этим именем скрывался Венкура, египтянин, рожденный в Фивах. Когда юный Санеп только начинал службу в храме, Венкура уже был одним из самых влиятельных и уважаемых верховных жрецов города. В письме он рассказывает, как в тысяча триста сорок четвертом году до нашей эры они с еще двумя жрецами, Катепом и Менамуном, решили уберечь страну и веру от разорения, чинимого Эхнатоном.

Теперь Бен внимательно слушал.

— И что?

— Представь себя на их месте. Вокруг царит хаос. Все считают фараона законченным психом. Своей культурной революцией и маразматичным культом солнца он угрожает самому выживанию государства. Уничтожает великолепные сокровища, уже в то время не имеющие цены. Никаких подвижек к лучшему не предвидится. Что бы сделал ты? Подумай сам.

Бен уже понял ответ. Кирби ухмыльнулся, глядя на его лицо.

— Именно. Они должны были устроить заговор с целью убийства. Уверен, этот вариант они рассматривали. И сочли слишком рискованным: у фараона повсюду были соглядатаи. Никому нельзя было доверять. И они решили переждать, в надежде, что с концом его безумного правления жизнь вернется в нормальную колею. Вопрос времени.

— Укрыть сокровища для потомков, — произнес Бен, — рассчитывая однажды вернуть их на законное место.

Кирби восторженно кивнул и снова присосался к виски.

— Венкура, Катеп и Менамун не стремились к личному обогащению. Они считали себя распорядителями сокровищ, их защитниками. Они приложили все свое влияние, чтобы спасти что возможно, укрыть на несколько месяцев, может, на год. Поначалу ценности сложили в секретном месте в Фивах. Затем по чуть-чуть начали вывозить туда, где никто не смог бы их найти. Пока им хватало влияния, чтобы держать операцию в тайне. Но мероприятие было крайне рискованное. Самоубийственное. Рано или поздно на них должны были выйти агенты фараона. Так и случилось. Кому-то язык развязали деньги, кому-то пытки. Жрецы оказались под колпаком. Перемещать сокровища стало невозможно. Все, что осталось, они спрятали где-то в пустыне. Венкура описал, как сам выбрался из Фив на торговом судне. О судьбе Катепа и Менамуна он узнал много позже. Чтобы не попасть в руки палачей, они покончили жизнь самоубийством, выпив яд.

— Венкура бежал в Сирию?

— Находчивый дядька, чего говорить. Устроился наставником к сыну богача, придумал себе легенду и стал Диодором. Шли годы. И в один прекрасный день донеслись новости: Эхнатон умер, возможно убит, старый порядок восстановлен, реформы Эхнатона и само его имя втоптаны в грязь, а его наследник, Тутанхамон, возродил прежнюю религию с Амоном во главе пантеона. Мечта Венкуры исполнилась. Старый больной человек боялся унести тайну сокровищ в могилу и изложил ее в письме. Печально, а может, и не очень, что послание он так и не отправил. Нам уже никогда не узнать почему. Может, не успел. Может, передумал. Какая разница? Важно лишь то, что мы его нашли. И что сокровище по-прежнему ждет в песках.

Несколько секунд Бен молчал, переваривая информацию.

— Кирби, ты уверен, что это правда? А то тут чертовски много догадок.

— Уж поверь. Мы с Морганом потратили много месяцев, расшифровывая папирус.

— И где он сейчас?

— В Лондоне. Заперт в банковском сейфе. После смерти Моргана только я знаю, где именно.

Бен нахмурился.

— Где гарантия, что папирус подлинный? Почему ты уверен, что Диодор и Венкура — одно лицо?

— Потому что он поставил на письмо личную печать верховного жреца. Ее рисунок знали только посвященные. По ней можно уверенно определить, что писал именно Венкура. Смотри.