Найти в Нью-Йорке - Колин Харрисон

Но сейчас время бейсбола. На площадке — «Янки» в тонкую полоску, они профессиональным движением закручивают мяч, разминаясь и разогреваясь под мягким вечерним (19.00) небом. В руке Том уже держал наготове билеты; он занял кресла вместе с двумя своими гостями — шестидесятилетним кубинским инвестором из Майами, Хайме «Джимом» Мартинесом, и его протеже, молодым человеком, который достаточно знал испанский, чтобы говорить «nada».[6]

— Вы были правы! — воскликнул Мартинес, видя, как близко они от основной базы; впрочем, иного он не ожидал. — Очень хорошие места.

— Именно, — пробурчал Том с интонацией «вы этого достойны, парни». Это половина дела — вызвать в них адекватное происходящему нарастание жадности. Кому и знать, как не ему: он провел много сделок для одного типа, которому было всего сорок с небольшим. Том Рейли, топ-менеджер, вице-президент компании «Уламывание серьезных инвесторов». Область служебной деятельности — Беззастенчивая Реклама В Особо Важных Случаях. В числе профессиональных навыков — Умение Улыбаться, Превозмогая Боль, Не Показывать Страха и Лгать, Когда Необходимо, А Иногда — Без Необходимости. Хорошо действует на банкиров, маркетологов, биржевых аналитиков, журналистов и прочих. Лицо компании, ее публичный представитель. Приятной внешности, но без перебора. Не «мордашка». Мужественный вид. Твердость. Здоровье. Уверенность. Жена — преуспевающий терапевт, Парк-авеню, частная практика. Дети: пока нет. Заявленная причина: слишком занят. Реальная причина: неактивная сперма. Вялая, ненадежная сперма. Резиновые пули, подмокшие петарды. Решение: возможно, зачатие в пробирке, его жена — врач и относится к этому без особого восторга: она знает, что вероятность успеха невелика, зато сравнительно высока вероятность рождения недоношенного ребенка. Состояние брака: могло быть лучше.

Но зачем об этом думать? Сейчас надо делать деньги! И в Джиме Мартинесе, который сидит рядом с ним, Том Рейли распознал достойную добычу. У Мартинеса сплошная седина, волосы зализаны назад, как у тренера НБА Пэта Райли, и чарующая улыбка, которая, без сомнения, полезна, когда выступаешь от имени венчурной группы, стремящейся заниматься биотехнологическими проектами. Финансируют эту группу кубинцы — врачи, адвокаты и девелоперы, живущие на юге Флориды и в Латинской Америке. Капиталисты до мозга костей, кастроненавистники. Многие из них были женаты уже в третий или четвертый раз, имели несметное количество внуков (эти потомки с каждым поколением становились все белее), с детства привыкших видеть БМВ на подъездной аллее и обучающихся в частных школах. Страстное желание зарабатывать все больше денег никогда не ослабевает, даже у богатых! Особенно у богатых! Сейчас группа намеревалась вложить 54 миллиона в новый проект «Гудфарм» (синтетическая кожа для человека), ожидая при этом, что получит скидку на одно приобретение стоимостью больше чем в 62 миллиона: заметим, что этот кусок своего бизнеса «Бигфарм» планировала продать примерно за 69 миллионов. Отсюда — цель нынешнего вечера. Мартинес и Том создают атмосферу фальшивой непринужденности и хладнокровной сердечности, с тем чтобы облегчить предстоящие кровавые переговоры.

И вот началось! Игра, болтовня, предварительные бизнес-ласки. Трое мужчин в синих блейзерах и хороших слаксах. Том заказал у служителя пиво и хот-доги и принялся всячески ублажать кубинцев. Пролетел первый иннинг,[7]за ним второй. «Янки» побеждали «Балтимор» со счетом 2:1. Отличные жесткие подачи, пара великолепных моментов в инфилде,[8]один — в исполнении Джетера.

В третьем иннинге сильные отбивающие «Янки», которые явно получали завышенные гонорары, заставили подающего балтиморцев сделать пять перебежек. Матч грозил вот-вот обернуться комедией, но Мартинес пил уже третье пиво и настолько расслабился, что начал пространно объяснять, как богатые инвесторы-кубинцы в Майами расстроились из-за всех этих ураганов, которые свели на нет их проекты по недвижимости или затормозили их развитие, — и что они еще не решили, каким образом выгодно использовать посткастровскую Кубу.

— Мы устали рисковать, — признался Мартинес. — Так что, возможно, мы попробуем что-нибудь еще. Посмотрим, что нам сможет предложить ваша компания.

— Думаю, вы увидите — мы многое сможем предложить, — парировал Том. — Знаете, сейчас это еще не слишком афишируется, но результаты первых экспериментов весьма обнадеживают, так как…

В этот момент в конце прохода, возле которого они сидели, появился служитель. Он сверился с надписью на конверте.

— Том Рейли? — осведомился он у Мартинеса.

— Вот он, — показал Мартинес.

Посланец протянул Тому конверт:

— Меня попросили передать это вам.

— Спасибо, — отозвался Том, быстро сунув ему двадцатидолларовую купюру — чаевые. Гонец унесся. Том одарил своих гостей улыбкой. — Мало им электронной почты и телефона в кармане: все равно будут присылать бумажные письма… — Он разорвал конверт и извлек из него единственный листок — желтый бланк с голубой каймой. Он мог встать, выйти в проход и прочесть послание там, но это было бы невежливо и сулило осложнения в общении, а ему бы хотелось этого избежать. Поэтому он лишь чуть-чуть развернул листок, чтобы просто заглянуть в письмо, почувствовал, как оно пронзает его, нанося удар по самому тайному, мягкому и незащищенному месту, но при этом у него хватило присутствия духа ограничиться лишь кивком: мол, всего-навсего получил ожидаемую информацию.

— Хорошие новости? — подтолкнул его локтем этот старый кубинский лис из Майами.

— Отличные, — ответил Том, выдавив улыбку и пряча письмо в нагрудный карман. — Мы стараемся избегать беспроводной связи, когда речь идет о самых деликатных материях. Мой секретарь отправил курьера… Только что была одобрена одна очень крупная сделка, но пока нам лучше о ней помалкивать, вы же понимаете. Пока мы не можем ничего разглашать.

Он завершил эту тираду кивком, словно отвечая сам себе, и вновь погрузился в созерцание игры. Убедил ли он их? Возможно, не вполне.

Но он старательно притворялся до конца иннинга, а потом поднялся, чтобы сходить в туалет: сначала он нетерпеливо ждал, стоя в длинной очереди, потом устремился в кабинку, заперся, уселся и принялся изучать напечатанный текст:

Том, мы знаем, что ты знаешь: есть одна проблема. Мы просили тебя вежливо, но ты не отреагировал на наши запросы.

Речь идет о серьезных деньгах. И о серьезных последствиях — в случае, если ты эти деньги не вернешь.

Ответь нам сейчас, пока ты еще можешь это сделать.

Некоторое время его тошнило. Хот-доги с каким-то дерьмом, смешанные с пивом. В последнее время у него часто возникало такое ощущение. Но он поборол позыв. «У меня еще есть в запасе несколько хороших ходов, — с горечью пробормотал он себе под нос, — полно хороших ходов, черт побери». Как квотербек «Нью-Йорк джайнтс», выныривающий из схватки с двумя громадными линейными игроками, пытающимися взять его в «коробочку». Быстро шагнуть вбок, приостановиться, улучить безопасный момент — и сделать длинный бросок в зону защиты. Ты обречен на бегство, но играешь великолепно. В голове у него бурлила мешанина из спортивных образов и рекламных растяжек «Гудфарм». Он скомкал желтый листок и бросил его в корзину, полную пустых пивных стаканчиков.