Милый Каин - Игнасио Гарсиа-Валиньо

Нико невозмутимо смотрел на них. Помимо спокойствия в его взгляде было что-то еще, по всей видимости презрение.

— Я играл с ним, бросал ему мяч. Он выбежал на улицу, а там как раз ехал грузовик. — Сын бесстрастно описал родителям то, что случилось с собакой.

Они втроем сидели в гостиной. Отец и мать явно намеревались серьезно побеседовать с Нико. Он же, судя по всему, полагал, что говорить тут особо не о чем.

У Карлоса Альберта до сих пор шли мурашки по коже. Мертвый Аргос со вспоротым брюхом и наполовину вывалившимися кишками стоял у него перед глазами. На этот раз отец был твердо намерен получить от сына подробное объяснение случившегося. Слишком уж сильным оказалось потрясение, пережитое им.

Нико никогда не отличался словоохотливостью, не стремился к полноте и подробности описаний. Этот вечер не стал исключением. Как обычно, невозмутимый и безразличный ко всему, он просто выводил отца из себя скупыми, односложными ответами на все вопросы, заданные ему.

— Ты сам притащил собаку в дом с улицы, причем один?

Мальчик кивнул.

— Но скажи на милость, зачем? Почему, в конце концов, ты положил его к нам на кровать?

— Он был еще жив. Даже хвостом вилял.

Кораль и Карлос озадаченно переглянулись.

— Значит, ты положил его на кровать, чтобы он там умер? — продолжал расспрашивать отец.

Нико вновь кивнул и пожал плечами. Ну да, так, мол, получилось.

Кораль не верила своим ушам. Ей казалось невозможным, чтобы ребенок говорил о таком событии настолько безразлично, как будто о пустяке, недостойном переживаний, или, быть может, не очень приятном сне, о котором лучше скорее забыть. У нее возникло такое ощущение, что Николас даже не присутствовал при случившейся трагедии.

Она с трудом представляла себе эту сцену. Вот ее сын не то несет, не то тащит за собой в дом умирающую собаку. Кстати, она весила килограммов семьдесят. Вот он с трудом затаскивает ее по ступенькам на террасу, переваливает через порог, тащит вверх по лестнице и наконец из последних сил взваливает окровавленную тушу на родительскую кровать.

«Господи, да откуда у него только силы взялись?»

Кораль и в голову не могло прийти, что ее сын, в сущности еще совсем ребенок, был в состоянии проделать столь тяжелую физическую работу. Это не говоря уже о той невероятной психологической нагрузке, которую он должен был испытывать в тот момент.

«И что, спрашивается, все это может означать?»

— Но почему ты нам не позвонил? Почему, в конце концов, не позвал Арасели, не рассказал ей, что случилось? — Карлос и сам не замечал, как, задавая вопросы, жестикулировал все более бурно. — Почему ты никому ничего не сказал? Тебе хотелось посмотреть, что из всего этого выйдет?

Мальчик в очередной раз пожал плечами.

Чтобы не глядеть в эти ледяные, безразличные ко всему глаза, Карлос стал ходить из угла в угол гостиной и даже на какое-то время вышел в кухню.

Следующее замечание он произнес уже оттуда:

— Ты же должен был с ног до головы перепачкаться в крови.

— Я потом переоделся.

Кораль машинально подошла к стиральной машине и приоткрыла барабан. Там действительно лежал клубок вещей Нико, насквозь пропитавшихся свежей кровью. По всему выходило, что он на самом деле молча, никому ничего не рассказывая, переоделся и убрал грязную одежду. Ни дать ни взять воин, закаленный в боях. Он, видите ли, сменил потрепанную форму на новую после того, как у него на руках умер израненный боевой товарищ.

Кораль восприняла молчание сына как признак смирения и раскаяния. Мать почувствовала если не угрызения совести, то уж по крайней мере мощный прилив сочувствия и жалости по отношению к нему.

— Ну хорошо, Нико, — ласково, взвешивая каждое слово, сказала она. — Давай я расскажу тебе, как мы все это видим. Да, произошло несчастье. Но ты ведь в этом не виноват. Что случилось, то случилось. Собака попала под машину. Не нужно себя в этом укорять. Другое дело, что мы с папой очень испугались, когда увидели кровь на асфальте около дома. Знаешь, когда мы поняли, что это именно кровь, а не что-то другое, нам на миг показалось, будто с вами случилась беда. Можешь себе представить, что с нами творилось в те минуты?

Нико вновь пожал плечами.

— Да что же это такое? — теряя терпение, повысил голос отец. — Неужели тебе наплевать на то, что чувствуем мы с мамой?

Нико мрачно нахмурился.

Кораль положила руку на плечо Карлоса и сказала:

— Ладно. Оставь его. Не настаивай сейчас на объяснениях.

Аргос в очередной раз притащил ему обслюнявленный теннисный мяч. Пес был готов бегать за игрушкой куда угодно, причем чем дальше, тем лучше.

«Вот ведь надоел, — подумал Нико. — Мерзкое животное, хотя, в общем-то, если присмотреться, довольно симпатичное».

Пес носился за мячом как угорелый, при этом успевал в последний момент затормозить перед какой-нибудь клумбой и обегал ее по периметру, а не прокладывал себе путь напрямую.

«Впрочем, раз-другой он чуть было не попортил любимые розовые кусты мамы. Будь она сейчас дома — тут такое началось бы!.. Мама раскричалась бы на всю улицу и пошла бы за шваброй. Вот только попробуй догони эту хитрую псину. Пес мигом сообразил бы, что дело плохо, и тут же перевел бы эту ситуацию в новую игру, увлекательную хотя бы для него, — пятнашки».

Все это происходило на глазах Нико не раз и не два. Мама неизменно оказывалась проигравшей. Она отступала, так и не догнав Аргоса.

Николас сидел на ступеньках террасы, прислонившись к балюстраде, увитой плющом, с открытым ноутбуком на коленях. Было скучно. Родители уехали на свой коктейль, Арасели ушла в дом вместе с Дианой. Шахматная партия по мере приближения к эндшпилю становилась все более предсказуемой и уже не вызывала у Нико того интереса, который он испытывал в дебюте. Мальчик зевнул, причем уже в который раз за последние несколько минут.

Аргос положил мячик ему под ноги и едва не затанцевал перед ним на задних лапах от удовольствия. Еще бы! Он был уверен в том, что все это затянется до бесконечности. Мячик будет улетать все дальше и дальше, а он станет бегать за ним и приносить этот обслюнявленный комок сыну хозяина, оказавшемуся таким замечательным партнером по игре. Глаза пса сверкали, уши торчали, он ни секунды не мог усидеть на одном месте. Энергия в нем била через край.

В очередной раз мяч полетел уже совсем далеко — за забор, на улицу. Аргос юркнул в приоткрытую калитку и перехватил мяч уже у противоположного тротуара. Нико заметил, что у дома напротив стоит мебельный фургон. Грузчики как раз закончили работу, захлопнули задние дверцы и собрались садиться в кабину грузовика.

Пес опять тыкался ему в руку холодным носом, предлагая продолжить такую замечательную игру. Нико взял мяч и прицелился. Аргос не сводил глаз с его руки. Этот ход мальчик просчитал очень точно. Он даже не бросил, а скорее покатил мяч прямо по земле — через открытую калитку по тротуару, мостовой, на другую сторону улицы, к задним колесам грузовика. Через какую-то долю секунды туда же, под колеса машины, влетел и Аргос. Именно в этот момент грузовик тронулся с места.