Зеленая угроза - Роберт Ладлэм

Кастилья постучал по сброшюрованной стопке бумаги толстым указательным пальцем.

– Я вижу в этом документе очень много предположений. А вот чего не вижу, так это твердых фактов. – Он прочитал вслух: – «Полученные из перехватов сведения неконкретного, но существенного характера указывают на то, что радикальные элементы, присутствующие среди демонстраторов в Санта-Фе, могут планировать силовые акции против Теллеровского института или даже против лично президента».

Он снял очки и снова взглянул на руководителей разведки.

– Не хотите перевести это на простой английский язык, Дэвид?

– Мы заметили нарастание количества упоминаний о вашей поездке в Санта-Фе и в Интернете, и в тех телефонных разговорах, которые мы держим под контролем. Вновь и вновь встречаются очень подозрительные фразы, касающиеся запланированного сборища. Идут постоянные разговоры о «важном событии» или «веселье у Теллера», – сказал руководитель ЦРУ. – Мои люди слышат то же самое и за границей. Те же сведения есть у Агентства национальной безопасности. А ФБР получает такую же информацию здесь, дома. Верно, Боб?

Зеллер кивнул с серьезным видом.

– Значит, из-за вот этого ваши аналитики исходят такой пеной? – Кастилья покачал головой; слова директора ЦРУ явно не впечатлили его. – Из-за того, что люди по электронной почте пишут друг другу о том, что собираются принять участие в политическом протесте? – Он громко фыркнул. – Помилуй бог, любое мероприятие, на которое могут собраться тридцать-сорок тысяч человек, да еще в такой глуши, как окрестности Санта-Фе, на самом деле можно с полнейшим правом назвать важным событием! В конце концов, Нью-Мексико – это мои места, и я очень сомневаюсь, что хотя бы половина из тех, кто сегодня так яростно протестует, придет слушать мою речь, чему бы я ее ни посвятил.

– Когда подобные разговоры ведут члены «Сьерра-клуба» или «Федерации девственной природы», я не особенно волнуюсь, – мягко ответил Хансон. – Но даже самые простые слова могут приобретать совсем другие значения, когда их используют некоторые опасные группировки и индивидуумы. Смертельные значения.

– Вы говорите о так называемых «радикальных элементах»?

– Да, сэр.

– И что же представляют из себя эти опасные люди?

– По большей части они так или иначе связаны с Движением Лазаря, мистер президент, – осторожно подбирая слова, сказал Хансон.

Кастилья нахмурился.

– Дэвид, вы опять завели свою старую песню.

Его собеседник пожал плечами.

– Что поделать, сэр. Но правда не становится ни на йоту менее верной от того, что она горька. Если рассматривать нашу последнюю информацию о Движении Лазаря в целом, она производит чрезвычайно тревожное впечатление. Движение дает метастазы, и то, что еще недавно представляло собой относительно мирный политический и экологический союз, быстро превращается в нечто гораздо более тайное, опасное и смертоносное. – Он посмотрел через стол на президента. – Я знаю, что вы знакомы со сводками о наблюдении и различных перехватах информации. И с нашим анализом всего этого.

Кастилья медленно кивнул. ФБР, ЦРУ и другие федеральные спецслужбы держали под неотрывным наблюдением довольно много различных организаций, групп и отдельных людей. С ростом глобального терроризма и распространением технологий, позволяющих создавать химическое, биологическое и ядерное оружие, никто в Вашингтоне не хотел испытывать судьбу и подвергать страну опасности неожиданной встречи с неизвестным врагом.

– В таком случае позвольте мне говорить прямо, сэр, – продолжал Хансон. – Мы считаем, что Движение Лазаря с недавних пор решило бороться за достижение своих целей путем насилия и терроризма. Его риторика делается все более и более злобной, параноидальной, исполненной глубокой ненависти, нацеленной на тех, кого лазаристы считают своими врагами. – Директор ЦРУ пододвинул к президенту через сосновый стол еще один лист бумаги. – Это лишь один пример.

Кастилья надел очки и молча просмотрел бумагу. Его губы искривились от искреннего отвращения. Лист являлся распечаткой страницы с сайта Движения Лазаря, и половину его содержания представляли крохотные – чуть больше ногтя большого пальца – фотографии гротескно изогнувшихся и искалеченных трупов. Огромный заголовок-шапка наверху извещал: «ИСТРЕБЛЕНИЕ НЕВИННЫХ ЛЮДЕЙ В КУШАСЕ». Текст между фотографиями утверждал, что в убийстве всех жителей деревни в Зимбабве виновны или «эскадроны смерти», финансируемые корпорациями, или «наемники, вооруженные американским правительством». В статье говорилось, что чудовищное преступление явилось частью тайного плана по срыву попыток Движения Лазаря оживить традиционное африканское сельское хозяйство, поскольку они являются серьезной угрозой для американской монополии на пестициды и генетически измененные культуры. Страница закачивалась призывом расправиться с теми, кто «стремится уничтожить Землю и всех, кто любит ее».

Президент бросил листок на стол.

– Это надо же – выдумать такую чушь!

– Совершенно с вами согласен. – Хансон взял распечатку и убрал ее в портфель. – Однако это очень эффективная чушь. По крайней мере, для заранее избранной целевой аудитории.

– Вы, надеюсь, послали людей в Зимбабве, чтобы выяснить, что же на самом деле произошло в этой Кушасе? – спросил Кастилья.

Директор ЦРУ покачал головой.

– Это было бы чрезвычайно трудно, мистер президент. Без разрешения от их правительства, которое, скорее всего, не дало бы его, поскольку настроено враждебно по отношению к нам, мы должны были бы провести все расследование тайно. Но даже и при благоприятном стечении обстоятельств нам вряд ли удалось бы как следует прояснить картину. Зимбабве – это нищая страна, в которой уже много лет идут гражданские войны. Этих несчастных крестьян мог убить кто угодно – от правительственных отрядов до помешанных бандитов.

– Черт возьми, – пробормотал Кастилья. – А если бы там поймали наших людей, без разрешения проводящих расследование, то все решили бы, что мы были причастны к этой резне и теперь пытаемся замести следы.

– В этом и заключается главная проблема, сэр, – спокойно согласился Хансон. – Но независимо от того, что на самом деле произошло в Кушасе, совершенно ясно одно: лидеры Движения Лазаря использовали этот инцидент для того, чтобы передвинуть своих последователей на более радикальную позицию, подготовить их к более прямым и даже насильственным действиям против наших союзников и нас.

– Проклятье, если бы вы только знали, как же мне все это неприятно, – проворчал Кастилья. Он подался вперед. – Не забывайте, что я знаком со многими из основателей Движения Лазаря. Это уважаемые люди, борцы за сохранение окружающей среды, ученые, писатели… даже несколько политиков. Они хотели сохранить Землю, вернуть ее к жизни. Я не согласен с большей частью их программы, но это были хорошие люди. Благородные люди.

– И где же они теперь, сэр? – все так же спокойно спросил глава ЦРУ. – Основателей Движения Лазаря было девять. Шестеро из них умерли или от естественных причин, или при подозрительно эффектных несчастных случаях. Еще трое пропали без вести. – Он сделал паузу и посмотрел на Кастилью. – Включая Дзиндзиро Номуру.