Вне подозрений - Джеймс Гриппандо

Херна покосился на своего адвоката, потом на Джека. Затем опустил глаза и тихо произнес:

— Он сказал, что если бы был азартным человеком, то держал бы пари, что это АЛС.

— А потом вдруг выясняется, что никакого АЛС у мисс Мерил нет, верно?

— Очевидно, доктор Марш ошибался.

— Простите, доктор. Но он не ошибался. Диагноз носил предположительный характер. «Возможно, АЛС». И вы прекрасно знали, что он продолжал наблюдать пациентку, проводил все новые анализы.

— Знаю только то, что доктор мне сказал — он готов держать пари, что это АЛС.

— Вы же сами подтолкнули его к такому ответу.

— Как коллега, испытывающий огромное уважение к опыту и способностям этого человека, я спросил его напрямую. И получил вполне искренний ответ.

— Нет. Вы подтолкнули его, спровоцировали именно на этот ответ, поскольку мисс Мерил представилась прекрасная возможность совершить выгодную сделку.

— Это неправда!

— Вы боялись, что, если не заключите с ней договор сейчас, до установления окончательного диагноза, ее перехватит другая группа инвесторов.

— Знаю лишь одно: доктор Марш был готов держать пари, что это АЛС. Вот и все.

Джек грозно надвинулся на него.

— Но ведь не мисс Мерил поставила себе неверный диагноз. Так или нет?

— Нет.

— Тогда она думала лишь об одном: через два-три года ее ждет мучительная смерть.

— Откуда мне знать, о чем она там думала?

— Да все вы прекрасно знали! — резко заметил Джек. — Просмотрели ее историю болезни, тут же сообразили, что дело пахнет нешуточными деньгами, и убедили ее в том, что она скоро умрет.

Доктор Херна молчал. Он словно окаменел, точно только сейчас понял, какие страдания пережила эта женщина. По крайней мере он сообразил, куда направлен удар Джека.

А тот продолжал:

— Скажите, мисс Мерил хоть раз говорила вам, что диагноз ее окончательный и сомнению не подлежит?

— Нет.

— Гарантировала вам, что умрет через два года?

— Нет.

— Она лишь передала вам историю своей болезни, правильно?

— Да.

— И, опираясь на приведенные там данные, вы сами сделали вывод: предстоит ли ей скоро умереть или жить дальше?

— Да.

— И вы сделали ставку на смерть.

— Ну, можно сказать и так.

— Ставку на АЛС?

— Да.

— И вы проиграли.

Ответа не последовало.

— Вот что, доктор. Вы и ваши инвесторы бросили, образно выражаясь, кости. И проиграли. Разве я не прав?

Свидетель помедлил, затем ответил:

— Все обернулось не так, как мы рассчитывали.

— Что ж, веское основание, чтобы подавать в суд.

— Возражаю!

— Возражение принято.

Джек не стал спорить, но сарказм, прозвучавший в его голосе, ясно давал понять присяжным, каков должен быть ответ.

— А не кажется ли вам, что эта женщина и без того достаточно настрадалась? — Все вам мало, задницы вы эдакие! Ишь чего придумали, еще и в суд на нее подавать!

— Вы закончили, мистер Свайтек? — спросил судья.

— Да, ваша честь. Думаю, все ясно. — И с этими словами Джек отвернулся от свидетеля и направился на свое место.

Джесси одарила его преисполненным благодарности взглядом, но другой взгляд был куда как чувствительнее. Доктор Херна смотрел на него с такой ненавистью, что, казалось, вот-вот прожжет дырку в пиджаке.

Джесси наклонилась к нему и шепнула:

— Отличная работа, Джек.

— Да, — кивнул он в ответ.