След преступления - Блейк Пирс

Полтора часа спустя Кэри сидела за своим рабочим столом и тяжело вздыхала. Время оказалось потраченным впустую.

На пути до школы они не заметили ничего необычного и не обнаружили явных следов борьбы. Рядом с местом, где миссис Рейни нашла вещи Джессики, не оказалось подозрительных следов шин. Кэри постучалась в каждый дом в округе, чтобы узнать, нет ли у кого из хозяев камер наблюдения с видом на улицу – таких не было.

Когда они добрались до школы, Рэй уже беседовал с директором, который пообещал разослать имейлы всем родителям с просьбой поделиться любой информацией о пропавшей девочке. Охранник подготовил записи со школьных камер за весь день, и Кэри предложила, чтобы Рэй остался их смотреть, пока она отвезет мисси Рейни домой и начнет обзванивать потенциальных свидетелей из списка контактов.

Для Кэролин Рейни, наверное, это выглядело так, будто напарники просто умело разделяют обязанности. Отчасти так и было. Но также верно было и то, что даже мысль о поездке с Рэем в одной машине казалась Кэри невыносимой – слишком неловко.

Поэтому они взяли такси до дома Рейни, а оттуда Кэри отправилась в участок. Там она провела последние полчаса, обзванивая друзей и одноклассников Джессики. Никто не смог рассказать ничего толкового. Трое подружек подтвердили, что видели, как девочка уезжает из школы на велосипеде и машет им на прощание. Все было как обычно.

Кэри позвонила обоим мальчикам, которые нравились Джессике. Они были с ней знакомы, но не слишком близко, и, похоже, не догадывались о ее чувствах. Кэри не удивилась – она вспомнила, как в этом возрасте сама исписывала целые тетрадки именами мальчиков, в которых влюблялась, даже ни разу с ними не заговорив.

Она поговорила или оставила сообщения всем учителям Джессики, ее тренеру по софтболу, репетитору по математике и даже главе «соседской вахты» их района. Никто ничего не знал.

Она позвонила Рэю, и тот взял трубку после первого гудка.

«Сэндз».

«У меня глухо», – сказала она, решив сосредоточиться исключительно на работе. «Никто не видел ничего необычного. Друзья говорят, что она уезжала из школы в хорошем настроении. Еще пара человек должны мне перезвонить, но я не питаю особых надежд. Что у тебя?»

«Хвастаться нечем. Камеры захватывают только перекресток у школы в обоих направлениях. На записи она прощается с друзьями и уезжает, как ты и сказала. Охранник сейчас поднимает записи с начала недели, чтобы посмотреть, не ошивался ли кто-то странный у школы раньше. Это займет какое-то время».

В последней фразе был намек на то, что он вернется в участок нескоро. Кэри пропустила это мимо ушей.

«Думаю, нужно объявлять план перехват», – сказала она. «Сейчас шесть. Прошло три часа после звонка ее матери в «911». У нас нет улик, чтобы отрицать, что девочку похитили. Если ее схватили сразу после уроков, между 14:45 и 15:00, она может быть уже в Палм-Спрингс или Сан-Диего. Пора привлечь к этому делу как можно больше людей».

«Согласен», – сказал Рэй. «Организуешь? А я пока останусь смотреть записи».

«Конечно. Ты потом вернешься в участок?»

«Не знаю», – ответил он неопределенно. «Зависит от того, что я найду».

«Ладно, держи меня в курсе», – сказала она.

«Обязательно», – бросил он и повесил трубку не попрощавшись.

Кэри приказала себе не думать о том, что осталось в их разговоре между строк, и направить все силы на организацию плана перехвата. Она уже заканчивала, когда увидела своего босса, лейтенанта Коула Хиллмана, идущим к двери своего кабинета.

Он был одет в привычную униформу, состоящую из брюк, спортивной куртки, распущенного галстука и рубашки, которая не держалась заправленной из-за его выпирающего брюшка. Ему было слегка за пятьдесят, но работа состарила его раньше времени, так что глубокие морщины пересекали его лоб и собирались в уголках глаз, а волосах цвета «соль с перцем» становилось все больше «соли».

Кэри думала, что он подойдет к ее столу и потребует отчета по делу, но он даже не глянул в ее сторону. Ее это устраивало – она как раз хотела пойти к экспертам, чтобы узнать, улыбнулась ли им удача с отпечатками.

Зарегистрировав план перехват в системе, Кэри прошла через общий офис, необычно тихий в такое позднее время, и свернула в коридор. Она постучалась в дверь оперативников и вошла, не дожидаясь разрешения.

«Есть новости по делу Джессики Рейни?»

Секретарь – девушка лет двадцати с темными волосами и в очках – оторвалась от своего журнала. Кэри ее не узнала. Должность секретаря в оперативном отделе была не из легких, и люди менялись часто. Девушка ввела имя в базу.

«С рюкзака и велосипеда – ничего», – сообщила она. «Они до сих пор проверяют несколько отпечатков с телефона, но, судя по их разговорам, вряд ли это что-то даст».

«Вы могли бы передать, что детектив Кэри Локк просит поставить ее в известность, когда они закончат, не зависимо от результата. Даже если отпечатки окажутся бесполезными, я должна просмотреть телефон».

«Будет сделано, детектив», – пообещала девушка и снова уткнулась в журнал, не успела Кэри закрыть за собой дверь.

Стоя в одиночестве в тихом коридоре, Кэри сделала глубокий вдох и призналась себе, что больше ничего не может сделать. Рэй смотрел видео со школьных камер. Она объявила план перехват. Оперативники работали над отчетом, и телефон Джессики был пока недоступен. Она связалась со всеми в списке.

Кэри прислонилась к стене и закрыла глаза, позволяя мозгу расслабиться впервые за несколько часов. Но стоило ей это сделать, как в голову полезли непрошенные мысли.

Она видела перед собой выражение лица Рэя – уязвленное, растерянное. Видела черный фургон со своей дочерью, уезжавший в темноту. Видела глаза Коллекционера, когда сжимала его горло, выдавливая жизнь из человека, похитившего ее дочь пять лет назад, и без того умиравшего от дыры в черепе. Она видела нечеткую запись, на которой Черный Вдовец стреляет в голову другому мужчине, забирает Эви из фургона, заталкивает ее в багажник своей машины и исчезает навсегда.

Ее глаза широко распахнулись, и она обнаружила, что стоит у хранилища улик. В последние недели она была здесь много раз, перебирая снимки из жилища Брайана «Коллекционера» Виквайера.

Настоящие улики хранились в Центральном подразделении, потому что его квартира попадала под их юрисдикцию. Они со скрипом согласились на то, чтобы фотограф из Западного подразделения заснял все, что лежало у них в хранилище. И Кэри, формально виновная в смерти Виквайера, была не в том положении, чтобы с ними спорить.

Она не просматривала снимки уже несколько дней, но что-то в них не давало ей покоя. У нее будто что-то чесалось в мозгу, но она не могла дотянуться до этого места. Ее подсознание уловило какую-то пока недоступную уму связь.