Кровь Люцифера - Ребекка Кантрелл

Глава 17

18 марта, 15 часов 40 минут

по центральноевропейскому времени

Прага, Чешская Республика

Рун стоял рядом с Элизабет в центре Староместской площади. На небо наползли тучи, начинался слабый дождь, усеивавший мокрыми крапинками брусчатку. Элизабет смотрела на золотистый циферблат астрономических часов, знаменитого Орлоя. Потом перевела взгляд на окружающие здания.

— Так где именно была лаборатория того типа? — спросил Джордан.

— Мне нужно немного сориентироваться, — ответила она.

— Многое изменилось, но, к счастью для нас, многое осталось прежним.

Рун изучал многочисленные переплетающиеся циферблаты и символы курантов. Было почти четыре часа пополудни, а значит, до заката оставалось часа два с половиной.

Эрин поплотнее запахнулась в легкую синюю куртку.

— Я бы решила, что лаборатория Джона Ди находится где-то в переулке Алхимиков, возле Пражского Града.

— И ошиблись бы, — отозвалась Элизабет неприятно высокомерным тоном. — Мастерские многих алхимиков располагались в том переулке, но большинство тайных работ производилось неподалеку отсюда.

— Так где именно была лаборатория Джона Ди? — настойчиво спросила София.

Элизабет медленно пошла прочь от часовой башни к противоположной стороне площади. Следуя неспешной походкой, она прошла по кругу, словно стрелка компаса, пытающаяся обнаружить направление на север. И наконец указала на узкую улочку, ведущую от площади. По обеим сторонам улицы высились жилые здания.

— Если его лаборатория не была уничтожена, она находится в той стороне.

Эрин нахмурилась, не в силах скрыть тревогу. Рун понимал ее беспокойство. Если лаборатории больше нет, значит, мало того что они предприняли это путешествие напрасно — они просто не будут знать, куда двигаться дальше в своих поисках.

Элизабет решительно шла вперед, вынуждая всех остальных следовать за ней. София спешила изо всех сил, чтобы держаться вровень с графиней, Рун вместе с остальными немного приотстал.

Эрин смотрела по сторонам, любуясь старинными зданиями, но мысли ее были устремлены к более свежим событиям.

— В две тысячи втором году, — произнесла она, взмахнув рукой, — в Праге было сильное наводнение. Влтава вышла из берегов и затопила город. Когда вода отступила, многие участки городских улиц — включая и эту, если я не ошибаюсь, — провалились в средневековые тоннели, открывая давно затерянные помещения, мастерские... даже алхимические лаборатории. — Эрин посмотрела на собеседников, затем на мокрую брусчатку под ногами. — За столько лет миллионы людей ходили над этими тоннелями и даже не знали, что они там есть. В то время это вызвало огромный ажиотаж среди археологов.

Шедшая впереди всех Элизабет издала односложное восклицание, в котором Рун опознал венгерское ругательство. Все подбежали к ней. Графиня стояла перед деревянной вывеской на металлическом кронштейне. Двустворчатая деревянная дверь под вывеской, покрашенная в темно-синий цвет, была гостеприимно распахнута. Элизабет мрачно сдвинула брови, глядя на вывеску так, словно готова была сорвать ее с кронштейна.

На одной из створок двери красовался яркий серебряный круг, украшенный изображением — две реторты, соединенные трубками. По кругу шла надпись: «Speculum Alchemiae Muzeum Prague»[11].

— Это музей! — резко бросила Элизабет. — Так-то в вашу эпоху охраняют тайны?

— Очевидно, да, — отозвался Джордан.

Рун шагнул ближе. В кованой железной стойке, прикрепленной к двери, стояли сосуды грушевидной формы. Золотистый ярлык, прилепленный к каждому из них, гласил о его содержимом: «Эликсир памяти», «Эликсир здоровья», «Эликсир вечной молодости».

Подобные причудливые бутыли Рун помнил по своим детским годам.

Христиан подбоченился, с сомнением глядя на музей.

— Бумаги Джона Ди находятся здесь?— Они были здесь, — поправила Элизабет. — Когда-то это был совершенно обычный, неприметный дом. В передней его части была большая зала, а в дальней — гостиная, где алхимики принимали гостей и разговаривали о своей работе. Среди них были такие ученые, как Тихо Браге и рабби Лёв[12]. Старики с белыми бородами склонялись над тиглями и перегонными кубами. Конечно же, попадались и шарлатаны, такие как клятый Эдвард Келли.

Дождевые капли затекали Руну в глаза, и он стер их тыльной стороной руки.

— Над чем они работали?

Элизабет стряхнула морось со своего апостольника.

— Над всем. Они искали множество вещей, которые оказались глупыми и недостижимыми, как философский камень, способный превращать простые металлы в золото, но помимо того, им удалось открыть немало значимых вещей. — Она топнула изящной ножкой по брусчатке. — И эти открытия впоследствии были утрачены. Там было такое, чего ваше современное сознание не в состоянии даже вместить. А теперь вы превратили это в развлечение для скучающих детишек.

— Ну что ж, раз уж мы проделали весь этот путь, — сказал Христиан, проскальзывая мимо нее, — нам ничто не мешает взглянуть.

Все последовали за ним, увлекая за собой графиню, как она ни протестовала.

Из-за стойки их поприветствовали две женщины. Старшая, в темных волосах которой виднелась густая проседь, нанизывала на нитку бусы, а младшая — вероятнее всего, ее дочь — сметала со стеклянной витрины пыль при помощи длинной метелки из перьев.