Кости - Джонатан Келлерман

— Вы запираете ворота в восемь вечера?

— Да, но те, кто внесли залоговую сумму, могут получить электронный ключ с круглосуточным доступом.

— Когда именно включаются камеры?

— Когда в офисе никого нет.

— В какое время?

— Вечером, после восьми, — ответил Филип.

— У Т. Сойера был электронный ключ?

Филип снова заклацал по клавиатуре.

— Проверяем ячейку… Да, похоже, он так и не вернул этот ключ, так что залог ему не возместили. Двести долларов.

— Ясно, — кивнул Майло. — Давайте посмотрим записи. Давностью более двух недель.

— Это было бы хорошо, но увы, невозможно, — ответил Филип. — Перезапись идет каждые сорок восемь часов.

— Два дня, а потом все стирается? Ничего себе, крутая у вас безопасность…

— Эта незаконная вещь — она опасна? Типа токсичных отходов или еще чего-нибудь такого? Мои родители не в восторге от того, что я тут работаю, — опасаются относительно вещей, который мы принимаем на хранение.

— Ничего ядовитого или радиоактивного, — заверил Майло. — Кто-нибудь из служащих компании может рассказать нам что-либо о мистере Сойере?

— Я могу спросить, но вряд ли. Все, что нам нужно, хранится здесь. — Он постучал по компьютеру.

— Давайте взглянем на записи за последние сорок восемь часов.

— Конечно. — Филип потянулся влево и включил видеомагнитофон, выведя запись на монитор. Экран стал серым — и остался таким.

— Хм-м, — произнес Филип и снова застучал по клаве. Ничего не изменилось. — Что-то не показывает. Я не знаю…

— А вы сделайте, чтобы показало, Фил.

После многочисленных обращений к меню «Помощь» и нескольких фальстартов монитор выдал зернистую черно-белую картинку въездных ворот. Статический снимок, но хотя бы время на нем было отмечено. Камера висела наклонно, давая вид на выезд к стоянке — пятнадцать футов асфальта довольно далеко от парковочных мест.

— Все, что вы хотели знать о подъездной дорожке, но боялись спросить, — съязвил я.

Фил улыбнулся было, но заметил выражение лица Майло и передумал.

Экран снова стал серым. Затем всплыло сообщение об ошибке.

— Похоже, техника неисправна, — сказал Филипп. — Надо сообщить об этом.

— Включите быструю перемотку; проверим, есть ли еще что дальше.

Филип подчинился. Больше ничего на записи не было.

— Дайте нам ключ от ячейки четырнадцать пятьдесят пять.

— Наверное, это можно…

— Подумайте вот о чем, — напомнил Майло. — Если там есть что-то опасное, то влипнем мы, а не вы.

— Мне все равно придется остаться здесь, — ответил Филип, залезая в ящик стола. — Вот этот должен подойти. Если нет, я не знаю.

* * *

По пути к ячейке я произнес?

— Т. Сойер.

— Приятель Гека… или Хака?^[22] Ха-ха, очень смешно.

Внутри здания, перекрещиваясь, тянулись узкие сумрачные коридоры со стенами, сложенными из бетонных блоков. Через равные промежутки в стенах были расположены фанерные двери с разнообразными навесными замками, порой весьма серьезного вида.

На ячейке 1455 висел стандартный замок — видимо, за счет компании. Майло надел перчатки, отпер дверь, и за ней открылись пятьдесят квадратных футов темной пустоты.

Пол чисто выметен, ни пылинки. В коридор просачивался запах хлорки.

Лейтенант потер глаза и пробежался лучом фонарика по всем поверхностям.

— Стоит ли тратить зря время и силы экспертов?

— Зависит от того, насколько сильно тебе нужно прикрыть свою задницу.

— Скажу им проверить все с люминолом; может, повезет.

Мы вернулись в офис. Филип играл на служебном компьютере в какую-то игру — по экрану бегали ярко одетые ниндзя, космические пришельцы и женщины с темными раскосыми глазами и бюстами, не поддававшимися воздействию гравитации.

— Уже? — спросил он, продолжая орудовать мышкой.

— В освободившихся ячейках всегда проводится уборка? — осведомился Майло.

— Угу.

— С хлоркой?

— Это специальное распоряжение, которое мы получили из головного офиса, — объяснил Филип. — Убивает все, так что следующему арендатору не нужно беспокоиться ни о чем.

— Какая заботливость! — хмыкнул Майло.

— Ага. — На экране из огромного фиолетового облака вылез размахивающий копьем демон. Филип моргнул, подался вперед и приготовился к схватке.

* * *

Майло рванул машину с места и всю дорогу до участка изображал гонки NASCAR по боковым улицам. Ему не терпелось проверить, не пришел ли ордер на обыск жилья Трэвиса Хака в доме Вандеров.

От помощника прокурора, с которым он разговаривал до сих пор, толку было мало, но у Майло была еще парочка в запасе.

— Джон Нгуен иногда идет нам навстречу в таких вопросах.

— Прокурор-сёрфинг, — усмехнулся я.

— К слову о токсичных отходах.

Я оставил его бодаться с исполнительной системой и поехал домой, думая о коренных зубах и резцах.

Деморе Монтут, основной кандидатке на неизвестную Номер Три, был пятьдесят один год — по стандартам уличных тружениц она уже была древней, как помет мамонта. На снимке десятилетней давности, который откопал Мо Рид, мы увидели морщинистое лицо с впалыми щеками и набрякшими веками, голову венчала спутанная шевелюра платинового цвета. Жизнь, которую она вела, не способствовала физическому и психическому здоровью — на вид ей было далеко за шестьдесят.

И все же она сохранила зубы.

Удачная генетика? Или полный набор зубов был последним, что осталось от ее гордости, результатом тщательнейшего ухода?

Я поискал заведения, предоставляющие бесплатные стоматологические услуги в округе Лос-Анджелес, нашел восемь и стал обзванивать их, пользуясь своей врачебной должностью.

Мне повезло на четвертом номере — районная поликлиника при стоматологическом колледже располагалась на Роуз-авеню, к югу от бульвара Линкольна. В пешей доступности от гаражной квартиры Селены Басс.

И в нескольких минутах езды от Птичьего болота.

Я спросил регистраторшу, когда мисс Монтут посещала их в последний раз.

— Она числится в наших записях; это все, что я могу вам сказать.