Город мертвых - Дин Кунц

Крисси сказала:

– Как мило с вашей стороны приехать в гости, принцесса Джозефина.

Удивившись и зазвенев бубенчиками, Джоко огляделся. В поисках принцессы. Королевская особа. Он никогда раньше не встречал таких. Ему может понадобиться новая забавная шляпа. И обувь тоже. Но в комнату никто не вошел.

Когда он недоуменно склонил голову в сторону Крисси, она произнесла:

– А теперь ты должен сказать: «Как мило, что вы пригласили меня, принцесса Крисси».

Глубоко впечатленный, Джоко спросил:

– Ты принцесса?

– Я принцесса Монтаны. Мой папа – король.

– Ух ты, – сказал Джоко. И начал потеть. Совсем немного. В ушах.

– А ты, – промолвила принцесса Крисси, – теперь принцесса Джозефина из далекого королевства.

– Я Джоко.

– Но это чай с принцессами. «Принцесса Джоко» звучит глупо. Ты должен быть принцессой Джозефиной.

Джоко пошлепал раздвоенными губами, обдумывая услышанное.

– В смысле, ее заменой в последнюю минуту, потому что она не смогла приехать?

– Ну хорошо.

Джоко спросил:

– А почему настоящая принцесса Джозефина не смогла приехать?

Принцесса Крисси пожала плечами:

– Может, она встретила прекрасного принца и теперь они поженятся.

– А может, – сказал Джоко, – ужасный мор поразил королевство ее отца.

Принцесса Крисси нахмурилась:

– Что означает… вот эта штука, которую ты сказал?

– Ужасный мор. Чума. Ужасная, уродующая болезнь. Твой нос может отгнить и уши, как при проказе. Язык может стать черным и съежиться. Тысячи мертвых. Еще тысячи покрыты шрамами, сошли с ума и охромели на всю жизнь. Тела кучами свалены в канавы. Массовые захоронения. Катастрофа.

Крисси покачала головой:

– Нет. Это прекрасный принц. А теперь ты скажешь свои слова, чтобы мы могли продолжить?

Джоко хотелось с успехом провести это чаепитие, поэтому он снова пошлепал губами и опять подумал. Чтобы убедиться, что сделает именно то, чего она хочет. Чтобы полностью убедиться. Потом он сказал:

– Итак, мы можем продолжать.

Принцесса Крисси, глядя на него склонила голову, совсем так, как он наклонял голову раньше.

Эрика из своего кресла у камина театральным шепотом подсказала Джоко:

– Как мило, что вы пригласили меня, принцесса Крисси.

О. Он почувствовал себя глупым. Глупым-глупым-глупым. Больше опухолью, нежели чудовищем, и не большой опухолью, а маленькой кистой. Типичный глупый Джоко. Он попытался изысканно исправиться:

– Как мило, что вы пригласили меня, принцесса Крисси.

– Не желаете ли чаю, принцесса Джозефина?

– Да. Да, я желаю чаю.

– Разве это не чудный чайник?

– Да. Он чудный. И чайник.

– Налить ли вам полную чашку?

– Да. Налить ли, – произнес Джоко.

Он начинал справляться. Это оказалось проще, чем он думал.

Принцесса Крисси сказала:

– У тебя из ушей что-то капает.

– Пот. Просто пот.

– А мои уши не потеют.

Джоко пожал плечами.

– Это талант.

– Это противно.

– Немножко противно, – признал он. – Но не воняет.

Наливая чай в чашечки, принцесса Крисси сказала:

– Принцесса Джозефина, чей портрет у вас на платье? Это рыцарь вашего королевства?

На Джоко не было платья. На нем были джинсы и футболка с длинными рукавами, с принтом его героя.

– Он единственный и неподражаемый Бастер Стилхаммер! Морду-бьющий, зад-дерущий, стероиды-жрущий, до слез доводящий лучший реслер всех времен!

Принцесса Крисси сказала, что не знает, кто такой реслер, и что в ее королевском дворце реслеров не было, а принцесса Джозефина, то есть Джоко, с радостью поспешил объяснить. Он боролся с собой на полу. Брал себя в хаммерлок. Он мог это проделать благодаря длине своих рук. И дополнительному локтевому суставу. Он наступал себе правой ногой на лицо, прижимая свою раздавленную рожицу к полу. Волос у него не было, так что тянуть оказалось не за что. Кроме трех волосков на языке. Но он ни разу не видел таскания за волосы на языке, ни в одном шоу на «Ворлд Реслинг Интертейнмент». Он не мог подхватить себя и бросить. Он пытался. Но не выходило. Зато мог много чего другого из крутого реслерского дела. И делал. А потом вернулся на свое место за столом.

Принцесса Крисси хихикала:

– Ты забавный.

От ее смеха Джоко почувствовал себя настоящим принцем. Или принцессой. Не важно.

Принцесса Крисси подняла свою чашку, подула в нее и сказала:

– Это я в самый-самый первый раз пью настоящий чай на чаепитии. Его для нас заварила Эрика.

– А что ты обычно пьешь на чаепитии?

– Воздушный чай, – ответила принцесса Крисси.

Джоко осушил свою чашку одним глотком.

– Бе. Фу. Гха-а-а. Гха-а-а. Кхе. Фе. Фа. Фу. – Он высунул язык и яростно протер его обеими руками. Схватил красивую салфетку. Вытер рот изнутри. Прочистил нос. Промокнул пот из ушей. И сказал: – Не хотел тебя обидеть.

– Ты должен был положить туда сахар, – промолвила принцесса Крисси, показывая на четыре кубика, оставленные на тарелке.

Джоко схватил все четыре. Забросил их в рот. Покатал во рту. Лучше. Но слишком сладко. Он выплюнул их в свою чашку.

– Подожди, – сказал он, вскакивая на ноги и пируэтом вылетая из комнаты. По коридору. В кухню. Вокруг центрального стола. Ему нравилось крутиться. Когда он нервничал. Сжигал лишнюю энергию. Крутился, чтобы успокоиться. О, как звенели бубенчики на его шапке!

Когда он вернулся в гостиную, то принес серебряный поднос с двумя чистыми чашками. Двухлитровую бутылку холодной пепси. И тарелку вупи-паев^[29].

– Вот так пьют чай в моем королевстве, – сказал Джоко.

Он налил пепси в обе чашки. Ничего не пролил на стол. Не стал просто пить из бутылки. Выбросил четыре обычных бисквита в камин. Бросил вупи-пай, как фрисби^[30], и поймал, когда тот, обогнув комнату, бумерангом вернулся к нему. Ну просто Джордж Клуни.

Отставив чай, принцесса Крисси сказала:

– Здорово.

– Очень здорово, – согласился он.