Галатея - Кирилл Григорьев

1

Он передумал в самый последний момент. На кладбище, проинструктированный и подготовленный поехал Костик.

Сам Вадим остался вместе с Димой и найденным Сашком. Того вытащили уже ближе к ночи из большого сугроба, где Саня сидел, трясся от страха и молился. Бедолагу немедля доставили к Немченко.

И вот теперь, Вадим, глядя на его все еще синее лицо, пытался понять кто перед ним: старый друг Саня или чуждое порождение Тьмы, воскрешенное к жизни Тензором. Допрос, в основном вел Стременников. Двое автоматчиков позади Сани выступали безмолвным аргументом на случай, если Тензор все-таки приложил руку к его возвращению.

— Что случилось в машине? — повторил вопрос Дима в двадцатый раз.

— Я пошел проверять Роберта, — наконец, ответил Сашок. — Пощупал пульс, стал вылезать. А он вдруг очнулся и начал меняться.

— Как меняться?

— Кожа на лице, — всхлипнул Саня. — У него все лицо затряслось. Ходуном заходило.

— Как это? — не понял Дима.

— Похоже на эпилепсию? — вмешался Немченко.

— Немного, — согласился Саня. — Но не совсем так.

— А как?

— Ладно, — коснулся Диминого локтя Вадим. — Что было дальше?

— Я плохо помню, — признался Сашок. — Помню, как захлопнул дверь. Побежал, тоже помню. Кричал вроде бы что-то. Потом падал несколько раз. Очнулся уже в сугробе.

— А машина?

— Я видел, — кивнул Саня. — Ее словно бы изнутри вспучило. Все стекла вылетели. А потом вылез Роберт. Походил вокруг, что-то поднял. А потом он сел в машину и уехал.

— Не понимаю, — сказал Вадим. — Что же ты почти сутки в сугробе просидел?

— Меня искал Роберт с каким-то парнем.

— С чего ты взял?

— Я их видел из сугроба.

Немченко посмотрел на Стременникова.

— Что за парень? — спросил Дима.

— Тощий такой. Волосы рыжие. Очень похож на фотку, которую вы нам, шеф, для опознания показывали.

— Рон Уизли? Из кино про Гарри Поттера? — отрывисто спросил Немченко.

— Не знаю, — пожал плечами Саня. — Но похож был точно.

Немченко взволновано вскочил.

— И куда они потом делись? — не выдержал он.

— Ушли налево по дороге.

— Налево? — уточнил Дима, рассматривая карту. — Пешком?

— Да, — ответил Сашок.

— Ну? — нетерпеливо посмотрел Вадим на Стременникова.

Тот поднял от карты голову.

— Вадя, — произнес он. — Судя по карте, от места, где он сидел, налево есть только дачный кооператив. А дальше тупик.

— Кооператив? — нахмурился Немченко. — Ни за что не поверю, что он на даче отсиживается. А мы этот кооператив проверяли уже?

Дима посмотрел на свои заметки.

— Еще не добрались. Он же в тупике.

— Это мы в тупике, — заметил с недовольством Немченко. — Уже вторые сутки, кстати. Сколько у нас здесь людей осталось?

— Три группы.

— Отправь всех к этому гребанному кооперативу. Без меня не начинать!

Дима потер лоб.

— Ты уверен? — деликатно переспросил он.

Вадим на мгновение задумался. Снятие всех групп с их направлений поиска означало серьезное замедление. Где-то на полдня-сутки. А вдруг это пустышка? Или, не дай бог, тщательно спланированная Тензором ловушка?

Немченко оперся руками на карту.

А ведь там, вполне возможно, где-то томится Машка, плененная этим выродком.

— Готовь машину, поехали, — приказал Вадим Стременникову.

Сашок поднялся.

— А ты нет, Сань, — остановил его жестом Немченко. — Ты здесь останешься. Посидишь с ребятами до нашего возвращения.

— Вы, что, шеф, думаете, я как Палтус? — глухо спросил тот. — Думаете, что и меня Тензор под себя подмял, да?

— Конечно, нет, — заставил себя улыбнуться Вадим. — Просто куда тебе сейчас после целого дня в сугробе? Приходи в себя, выпей что-нибудь, расслабься.

Он посмотрел на молчаливых охранников.

Старший еле заметно кивнул. Вадим их проинструктировал еще до начала допроса. Инструкция была проста: любое отклонение от нормы означало для Сашка немедленную смерть.

— Организуйте парню поесть, — заботливо распорядился Немченко. — Выпить что-нибудь. Врача. Проследите, одним словом.

Старший кивнул снова.

Последняя фраза была кодовой. Она означала: «Стрелять по вашему усмотрению».

2

К высоким металлическим воротам садового товарищества они подъехали уже в полной темноте. Немченко трясло всю дорогу. И не от плохой дороги или подвески джипа. Он никак не мог поверить, что вышел, наконец, в поисках дочери на финишную прямую.

Около ворот стояли поблескивающие в свете фар черные джипы. Кое-где по салонам тлели сигаретные огоньки.

— Старших — ко мне! — распорядился Немченко.

Через мгновение в их машине стало тесно.

— Ребята, — начал Вадим, обводя строгим взглядом серьезные лица. — Я уже вас инструктировал, но хочу напомнить еще раз. Ищем мы рыжего паренька, фото, уверен, видели все. С ним могут быть известные многим товарищи, а именно: Роберт и, вполне возможно, братья Ханины. Я не знаю, будет ли кто-то еще, но прошу приготовиться. Повторяю: рыжий парень мне нужен живой. Стрелять только — я приказываю! — только по конечностям, да и то в крайнем случае. С ним, вполне вероятно, будет девушка. Это моя дочь, если кто не знает. Зовут Маша. Насчет нее, надеюсь, тоже все всем ясно. Верно?

— Рыжего требуется поймать, вырубить и доставить, — кивнул Расул. Он руководил второй группой. — А девушку поймать, вырубить и доставить нежно.

— Верно, — с уважением одобрил Вадим. — С товарищами их сопровождающими не церемоньтесь. Стрелять на поражение. Они смертельно опасны и очень сильны. Предупреждаю, смерть у них наступает только, подчеркиваю, только от выстрела в голову. Поэтому стрелять надо точно.

— Они нелюди, что ль? — спросил кто-то, в темноте.

Немченко посмотрел на Диму.

— Ты людей ввел в курс дела или нет? — с раздражением поинтересовался он.

— Конечно. Кто это у нас такой не просвещенный?

— Так просто, уточнить хотел, — буркнули вновь из темноты.

— А нечего уточнять, понял? — завелся Вадим. — Здесь тебе чего, палата парламента, что ли? Подискутировать захотелось?