Код Бытия - Джон Кейз

Ласситер ответил, что пока не знает.

Девица, нещадно флиртуя, потянула Бепи за рукав к молодому человеку с подписными листами. Итальянец бросил на Ласситера веселый взгляд и, пожав плечами, ухмыльнулся.

Перелет до Цюриха занял всего час, и столько же времени Ласситер потратил, чтобы найти себе временное жилище. Все наиболее известные гостиницы были переполнены. В конце концов он сумел получить номер во «Флориде» – старом, потрепанном, но все же довольно приятном отеле, расположенном на улочке рядом с набережной Лиммат. Джо останавливался здесь однажды, когда «Ласситер ассошиэйтс» вела дело, связанное со спором между профсоюзом металлургов и алюминеплавильным заводом, которым владел таинственный миллиардер из Швейцарии.

Комната была очень похожа на ту, в которой Джо останавливался прошлый раз. Неожиданно большая, с огромным окном, выходящим на Цюрихское озеро, расположенное в нескольких кварталах от входа в гостиницу. Из номера, наверное, открывался великолепный вид, однако сейчас стекло запотело, а за окном кружились снежинки.

Ласситер любил Цюрих, хотя и не мог объяснить причину этой любви. Серый, каменный и высокомерный город стоял на берегу темного озера, холодные воды которого подпитывались ледниками Альп. Город навсегда породнился с высокой культурой и был создан для пеших прогулок. Забросив багаж в шкаф, Ласситер вышел из гостиницы, чтобы пройтись по набережной. С бесцветного неба сыпался легкий снежок, и снежинки оседали на плечах прохожих. Двигаясь в направлении старого города, Джо наблюдал за парой лебедей, скользящих по темной холодной реке. Может, он просто забрел в такой район, но, судя по витринам магазинов, жители Цюриха занимались в основном книгопечатанием, торговлей цветными литографиями, антикварными музыкальными инструментами и производством лекарств из целебных трав.

Миновав Мюнстерский мост, Ласситер очутился на узеньких, мощенных булыжником улицах старого города, славившегося своими сверхъестественно дорогими магазинами. Ласситер надеялся, что прогулка улучшит его настроение. Так и случилось, но, к сожалению, очень ненадолго. В итоге он остался в подавленном расположении духа и вдобавок еще сильнее замерз. Магазины были прекрасны, но в данных условиях бесполезны: Джо ни в чем не нуждался, а под боком не имелось никого, кому можно было бы сделать подарок.

Ласситер свернул на Банхофштрассе и, прошагав несколько кварталов мимо великолепных, ярко освещенных рождественских витрин, оказался у входа в здание, которое бессознательно искал, – цюрихское отделение «Швейцарского кредита», откуда четыре месяца назад Франко Гримальди получил телеграфное подтверждение.

Он не знал, почему ему так хотелось взглянуть на здание, – обычный банк. Но пребывание на темной цюрихской улице, которая была частью мира Гримальди, осознание того, что Гримальди проходил через эти двери, пробудило в душе Ласситера надежду. Такое же чувство он испытал в пустой комнате на виа Дженова – ему казалось, что он приблизился к убийце своей сестры.

В ресторане отеля Джо проглотил безвкусный ужин и спросил у портье, как лучше всего добраться до Цуза. Тот не рекомендовал ехать на машине.

– Поездом вы доберетесь быстрее, по крайней мере до Шура. А там пересядете в автомобиль.

Портье был готов взять на себя организацию всей поездки вплоть до возвращения арендованного автомобиля. Швейцарцы славятся отсутствием любопытства, но на сей раз, возможно под влиянием щедрых чаевых, Ласситера осчастливили беседой.

– Цуз – очень живописное место. Вы хотите покататься на лыжах?

– Да. – Что еще он мог сказать?

– В этом году у нас выпало мало снега, но неподалеку от Цуза, в Понтрезине, есть ледник.

Они побеседовали еще несколько минут, после чего Ласситер вернулся в номер. Открыв мини-бар, он достал миниатюрную бутылочку шотландского виски и вылил ее содержимое в стакан для воды. Затем сел в кресло и набрал номер Макса Ланга.

Макс был президентом «Международного братства банковских клерков и финансовых служащих», насчитывающего свыше двух миллионов членов в разных концах мира, и утверждал, что его жизнь «в основном состоит из ночных перелетов между выступлениями».

Дело металлургов, которым когда-то занимался Джо, носило несколько иной характер. Макса тогда попросили не толкать очередную речь, а помочь положить конец войне, результатом которой было увольнение полутора тысяч рабочих на заводе в Равенсвуде. Профсоюз поручил «Ласситер ассошиэйтс» выяснить, кто владеет предприятием. Из западной Виргинии, где располагался завод, бумажный след вел в Швейцарию, что уже само по себе было странным. Дальнейшее расследование показало, что заводом владеет швейцарский делец – плейбой, обожающий истреблять профсоюзы.

Организация Ланга, представлявшая интересы банковских клерков, кассиров, финансовых статистиков и страховых агентов, не имела никакого отношения к металлургии. Однако, действуя в духе братской помощи, Ланг не поленился вступить в контакт с банкирами миллиардера и сумел убедить их, что изничтожение профсоюзов наносит ущерб престижу банков и противоречит их долгосрочным стратегическим интересам.

Банкиры прислушались к голосу председателя профсоюза своих работников и решили вмешаться. Конфликт был исчерпан, рабочие вернулись на завод, а Макс Ланг прославился как герой.

– Макс, говорит Джо Ласситер.

– Джо! Привет!

– Как ты?

– Отлично. У тебя новое дело? Как в Paвeнcвyдe?

– Нет.

– Плохо. Мы тогда здорово ткнули его рожей в дерьмо.

– Да.

– Я хочу сказать, что мы его классно поимели.

– Вот-вот.

– Он это заслужил! Разве не так?

– Верно.

– О’кей! Трахни его!

Ласситер рассмеялся. Он совсем забыл, что Макс обожал изображать персонаж, сыгранный Аль Пачино в «Лице со шрамом».

– Да, Джо, – сказал Макс, похохатывая от воспоминаний, – хорошее было дело. Со счастливым концом.

– Мне нужна твоя помощь.

– Все что угодно…

– Дело серьезное. Ты можешь отказаться.

– Слушаю тебя.

– Это нечто такое, о чем нельзя говорить по телефону.

– О’кей.

– Ты еще пользуешься PGP?

– Пока ничего лучшего не придумали, – буркнул Макс.

– Тот же ключ?

– Абсолютно.

– Я хочу направить тебе послание. Адрес не изменился?

– Нет.

– Отлично. А затем мы можем встретиться в Женеве.

– Превосходно! Когда?

– Через пару дней. Я предварительно позвоню.

– Хорошо.

– И как я уже сказал… если тебе что-то не понравится, откажись, хотя для меня это очень важно…

– Да шли ты мне этот чертов файл!