Ложь короля - Стив Берри

– Вы пришли в этот час, чтобы спросить меня об этом?

Кэтлин попробовала сблефовать:

– С учетом происшедшего сегодня здесь вам удивляться не следует.

И ее слова, очевидно, подействовали.

– Раз на раз не приходится, – ответил он. – Как правило, в четыре пополудни. Но бывает и в час, в зависимости от того, запланирована ли на этот день служба или какое-нибудь мероприятие.

– Как сегодня?

– А что сегодня? Церковь закрыли в четыре, согласно заявленной просьбе.

– И после этого там никого не было?

В его глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство:

– Двери запер я лично.

– А их потом не отпирали снова?

– В смысле, было ли там какое-то мероприятие? – переспросил он.

– Да, именно. И гладко ли оно прошло?

Он кивнул.

– Двери снова отперли в шесть и заперли в десять. Из персонала, согласно просьбе, в церкви никто не присутствовал.

Думай. Импровизируй. Цепляйся за возможность.

– У нас тут некоторые… внутренние нюансы. Проблемки. Но не по вашей части. По нашей. И вот мы пытаемся отследить, отмотать события к исходной точке…

– Ах вон оно что… Мне-то сказали, что все прошло безукоризненно.

– Сказал кто – ваш начальник?

– Сам казначей.

В Иннах начальство – это бенчеры и старшие члены коллегии (обычно судьи). Старший бенчер считается заодно и казначеем.

– Мидл-Темпла или Иннер-Темпла? – уточнила Кэтлин. – То есть Срединного или Внутреннего?

Храмовная церковь стояла на границе территорий двух Иннов, и в уходе за ней участвовали, соответственно, оба. Южные скамьи значились за Иннер-Темплом, северные – за Мидл-Темплом.

– Внутреннего. Казначей там человек очень солидный. Да к тому же пришел не один.

– Я, кстати, это и хочу прояснить. Кто был тот второй?

– Человек очень заслуженный. Уже в летах, с тростью. Сэр Томас Мэтьюз.

* * *

Книгу Малоун положил на прилавок. В дверь все продолжали проходить посетители, лунатически бродя между стеллажами.

– Они, я так понимаю, из тех, кто является после занавеса в театрах? – поинтересовался он.

– Единственная причина, по которой я так поздно закрываюсь по выходным. Это, как выяснилось, вполне окупается. К тому же я, по счастью, немного сова.

Ну а он кто? Сложно и сказать. Не спит ночь, бодрствует все утро… И весь дальнейший день. Наверное, просто из привычки заставлять ум работать по мере надобности. А надобность никогда не иссякает. Вот сейчас, например, тело все еще действует по часовому поясу Джорджии – то есть минус пять часов, – а стало быть, все в норме.

Мисс Мэри указала на книгу, которая сейчас лежала перед Малоуном:

– Это издание тысяча девятьсот десятого года. В свое время Брэм Стокер работал у сэра Генри Ирвинга, одного из величайших актеров Викторианской эпохи. Был при нем управляющим театра «Лицеум» – здесь, на Стрэнде. Он же числился у Ирвинга персональным ассистентом. В эти годы из-под пера Стокера выходит целый ряд замечательных произведений, включая «Дракулу». Генри Ирвинга Стокер боготворил. По мнению многих, главный персонаж в «Дракуле» списан именно с Ирвинга.

– Слышу об этом впервые.

– А между тем это так, – знающе кивнула мисс Мэри. – И вот в тысяча девятьсот третьем году, подыскивая по просьбе Ирвинга коттедж на лето, Стокер неожиданно набрел на любопытнейшую легенду. В Костуолдсе, близ Глостершира. А если совсем уж точно, то в деревеньке Бисли.

Красный велюровый томик она открыла на оглавлении.

– Стокера буквально завораживали истории о всевозможных мистификациях и притворщиках всех времен. Он утверждал, что самозванцы существовали на всем протяжении истории человечества и будут процветать до тех пор, пока общество позволяет им разыгрывать и дурачить себя. И делает это охотно, ибо такова человеческая натура. Так он вывел свой ставший знаменитым ряд персоналий. Кто-то в этом ряду заметен более, кто-то менее.

Малоун изучил оглавление – три с лишним десятка сюжетов, разбросанных по тремстам страницам. Вечный Жид. Ведьмы. Женщины в образе мужчин. Лжедофин. Доктор Ди.

– Помимо романов и рассказов, – увлеченно продолжала мисс Мэри, – он написал еще четыре небеллетристические книги. При этом не отвлекался и от своей работы распорядителя, а на Ирвинга работал вплоть до смерти этого великого актера в тысяча девятьсот пятом году. Сам Стокер умер в тысяча девятьсот двенадцатом. Получается, эта книга издана за два года до его кончины. И когда я читала тот ваш материал на электронном носителе, мне сразу же подумалось именно о ней.

Она указала на последний сюжет, со страницы 283.

«Мальчик Бисли».

Малоун аккуратно перевернул страницу и приступил к чтению. Но уже после первого абзаца поднял недоуменные глаза и сказал:

– Да нет, не может такого быть.

– Почему? Почему нет, мистер Малоун?

* * *

Попрощавшись со смотрителем, Кэтлин покинула территорию «Судебных иннов». Их завлекли сюда специально – ее и, возможно, Антрима. А затем ей дали указание ехать в Оксфорд.

«Я сам из Иннер-Темпл. Пятьдесят лет членства».

Так ей, помнится, сказал Мэтьюз.

А затем, в Оксфорде, высказался насчет «Общества Дедала»: «Человек, что напал на вас в часовне, – с этой группой мы прежде уже сталкивались. Чуть раньше в Храмовной церкви они повстречали Блейка Антрима».

А ведь это именно Мэтьюз через казначея Иннер-Темпл договаривался насчет «мероприятия» в церкви.

Не какое-то там «Общество Дедала».

Что же за всем этим стоит?

Подозрения у Кэтлин перерастали в прямое недоверие.

Тут зазвонил сотовый.

Мэтьюз, легок на помине.

– Вы уже вернулись в Лондон? – осведомился он.

– Как велели.

– Тогда следуйте в книжный магазин, угол Риджент-стрит и площади Пикадилли. «Мир старых книг». Там сейчас находится тот американский агент Коттон Малоун, а может, и тот молодой человек, которого мы разыскиваем: Иэн Данн. Флэшка тоже наверняка там.

– А как же Антрим?

– Расклад изменился. Судя по всему, для поиска Иэна Данна и флэшки мистер Антрим отрядил Малоуна. Поскольку у Антрима ее определенно нет, нужно, чтобы вы вышли с Малоуном на контакт и перехватили ее. В осуществлении этого задания делайте все, что сочтете нужным. Главное – чтобы в темпе.

Кэтлин поинтересовалась, в чем причина спешки.

– Мистер Малоун может нарваться на неприятности.