Похититель - Ли Чайлд

— Да, она взялась за них всерьез, — продолжала Полинг. — Как вы считаете? В метафорическом смысле она каждый день в течение последних пяти лет зажигала свечу для своего брата.

— Как и Пэтти Джозеф, — сказал Ричер. — Это история двух сестер.

— Через двенадцать месяцев в Пентагоне стало известно, что Хобарт жив. Кроме того, они знали, где он находится, но молчали в течение четырех лет. Они позволили бедной женщине страдать.

— А что она могла бы сделать? Запереть дверь, зарядить пистолет и отправиться в Африку, чтобы попытаться его спасти? Вернуть сюда, чтобы он предстал перед судом за убийство Энни Лейн?

— Против него нет никаких улик.

— В любом случае тот, кто скрывал от нее правду, поступал правильно.

— Слова истинного вояки.

— А ФБР — настоящий источник свободной информации, да?

— Она могла бы отправиться туда и лично обратиться с петицией в новое правительство Буркина-Фасо.

— Такие вещи хорошо заканчиваются только в кино.

— Вы ужасный циник.

— Во мне нет ни капли цинизма. Просто я реалист.

Полинг вдруг затихла.

— Что такое? — спросил Ричер.

— Вы сказали: «Зарядить пистолет». Вы сказали, что Ди Мария могла зарядить пистолет и отправиться в Африку.

— Нет, я сказал, что такое вряд ли возможно.

— И все-таки… Мы с вами считаем, что Хобарт нашел себе нового партнера, — продолжила она. — Сразу, как только вернулся. И он ему верит, верит по-настоящему.

— Именно так, — согласился Ричер.

— Может ли сестра исполнять роль партнера?

Ричер не ответил.

— С доверием проблем у него не возникнет, — продолжала рассуждать Полинг. — Она его ждала, и этим объясняется быстрота, с какой они начали действовать. Она наверняка привязана к брату и полна гнева. Возможно ли, чтобы голос, который вы слышали по телефону, принадлежал женщине?

— Это возможно, — после недолгих размышлений ответил Ричер. — Должен признать, что такая мысль не приходила мне в голову. Ни разу. Во всем виноваты предрассудки. Подсознательная дискриминация. Эти устройства обладают широкими возможностями. Минни-Маус может звучать как Дарт Вейдер.

— Вы отмечали, что в голосе чувствовалась какая-то легкость. Словно говорил не слишком крупный человек.

Ричер кивнул:

— Верно.

— С таким же успехом это могла быть и женщина. Благодаря устройству, изменяющему голос, это вполне вероятно.

— Может быть, — согласился Ричер. — Но кто бы это ни был, он очень хорошо знает Уэст-Виллидж.

— К примеру, тот, кто проживает здесь в течение десяти лет. И этот некто определенно знает военный жаргон, имея мужа и брата — морских пехотинцев.

— Может быть, — повторил Ричер. — Грегори говорил мне, что в Хэмптонсе появлялась женщина. Толстая женщина.

— Толстая?

— Грегори сказал «грузная».

— Она приезжала на разведку?

— Нет. Они с Кейт о чем-то беседовали, прогуливаясь по пляжу.

— Возможно, это как раз и была Ди Мария. Может быть, она толстая. Может быть, она просила денег. Кейт ей отказала, и это оказалось последней каплей, переполнившей чашу.

— Тут дело не только в деньгах.

— Однако из этого не следует, что деньги не имеют значения, — возразила Полинг. — Судя по тому, где живет Ди Мария, она нуждается в деньгах. Ее доля составит более пяти миллионов долларов. Не исключено, что она считает это компенсацией за пять лет безуспешных попыток пробить стену. По миллиону долларов за год.

— Может быть, — не стал спорить Ричер.

— Это лишь предположение, — сказала Полинг. — Нам не следует его исключать.

— Тут вы правы, — сказал Ричер.

Полинг взяла с полки справочник и отыскала адрес на Хадсон-стрит.

— Квартира находится к югу от Хьюстон, — сказала она. — Между Вандам-стрит и Чарлтон-стрит, а не между Кларксон и Лерой. Мы ошиблись.

— Наверное, он вспомнил об этих улицах, потому что они находятся в нескольких кварталах к северу, — предположил Ричер. — Не мог же он назвать себя Чарлтоном Вандамом. Это прозвучало бы фальшиво.

— В любом случае они всего в пятнадцати минутах ходьбы отсюда.

— Только не нужно обольщаться. Это всего лишь один кирпич в стене, не более того. Один из них или оба, но они наверняка отсюда уже убрались. Только безумцы продолжали бы оставаться в городе.

— Вы так думаете?

— На их руках кровь, а в карманах полно денег, Полинг. Они уже где-нибудь на Каймановых островах, на Бермудах, в Венесуэле или в любом другом подходящем месте.

— Так что же нам делать?

— Мы пойдем на Хадсон-стрит с безумной надеждой, что след все еще остается теплым.