Подарок - Луиза Дженсен

– Когда все соберутся, разобьем людей на пары и таким образом сумеем осмотреть бо́льшую территорию.

Я терла глаза в полном изнеможении, хотя не было еще и четырех. Трудно было поверить, что Гарри пропал всего несколько часов назад. Казалось, с тех пор прошло несколько дней. Я никак не могла успокоиться, словно фотография Оуэна открыла в мозгу поток искрящих, пульсирующих картин, которые исчезали прежде, чем я могла разобраться в их смысле. Получалось что-то вроде игры в испорченный телефон: я понятия не имела, как их объяснить.

Чтобы чем-то себя занять, я послала эсэмэску Натану, сообщив, что случилось. Он предложил помощь, но я колебалась – сомневалась, разумно ли сводить в одной комнате своего бывшего и своего нынешнего.

– Дженна! – позвал Сэм, и я отложила телефон. Организуя поиски, он казался образцом спокойствия, но моргал глазами вдвое чаще обычного, и я чувствовала, как он напуган. – Сумеешь осмотреть территорию рядом с ветеринарной клиникой? Ты знаешь этот район лучше остальных.

Мне передали прикрепленный к планшету лист, и я добавила номер своего мобильного к столбику других телефонов. Сэм собирался размножить список, чтобы каждый мог сообщать новости другим.

– О том, что мальчик объявился, – сказал Сэм, и все закивали и заулыбались. – Разумеется, мы его найдем.

Ожидая, когда мне дадут список телефонов, я подсела на диван к Кэти.

– С ним все обойдется, – сказала я ей, но она настолько ушла в себя, что ничего не слышала.

Я взяла пульт дистанционного управления и уже готовилась переключить новостной канал на что-нибудь менее депрессивное, как мое внимание привлекла картинка на экране – группа полицейских на каком-то поле. Репортер с серьезным лицом указывал на желтую ленту ограждения, затем камера выхватила белую палатку, после чего крупным планом показали мрачную физиономию охраняющего вход стража порядка – ноги расставлены, руки сцеплены на животе. Я прибавила звук и придвинулась к телевизору.

На экране появилось женское лицо с пылающими щеками, седые волосы выбились из-под облегающей голову круглой черной шапочки.

– Можете рассказать, что произошло?

– Да. – В глазах женщины блестели слезы, она раскачивалась из стороны в сторону. Камера отъехала и показала, как репортер взял ее за руку – успокоить или поддержать, чтобы она не упала.

– Я выгуливала Барнаби.

– Вашу собаку?

– Да. – Женщина показала на прыгающего у ее ног кинг-чарльз-спаниеля. – Взяла его из собачьего приюта, а имя ему придумала моя внучка Хлоя. – Ее лицо на мгновение осветила улыбка, словно она вспомнила, что ее показывают по телевизору и Хлоя тоже может ее увидеть. Но ее улыбка тут же потухла, как только она взглянула на что-то через плечо.

– Вот там я это и нашла. – Ее голос сорвался, она отодвинулась и стала вытирать нос, но репортер снова сунул ей в лицо микрофон.

– Что же вы нашли?

Из глаз женщины полились слезы, и она покачала головой.

– Нашел Барнаби, а не я. Рыл не переставая землю, а когда я попыталась его оттащить, зарычал на меня. Совсем на него не похоже. Я решила, что он учуял что-нибудь для себя приятное. Например, кость. – Зрачки женщины расширились, она словно вернулась мыслями к тому, что недавно увидела.

– Что было дальше? – Голос репортера вернул ее в настоящее, и она заметно вздрогнула.

– Простите. Я схватила Барнаби за ошейник и попыталась его увести. И тогда увидела это.

– Это?

– Руку. Человеческую руку. Простите, не могу… – Женщина отошла, а оператор перевел камеру на лицо репортера.

– Экстренное сообщение! На аэродроме Бертон женщина, выгуливающая собаку, только что обнаружила труп. Оставайтесь с нами, чтобы узнать подробности.