Звездочка - Йон Айвиде Линдквист

У Арвида с Улофом выпускные были назначены на другой день, Йёран был занят на работе, поэтому на выпускной к Терезе пришла только мама и дедушка с бабушкой. На пикнике, который они потом устроили на пригорке за футбольным полем, разговаривать им было особо не о чем. Дедушка сидел на покрывале и теребил бусы, когда-то подаренные внучкой, — он до сих пор их носил. А бабушка вручила Терезе подарочную карту в «Эйч-энд-эм» на сумму в пятьсот крон.

С погодой для выпускного будто нарочно подгадали: день стоял солнечный, и по синему, как на открытках, небу плыли небольшие прозрачные облачка, а в теплом воздухе звенел детский смех. Сидя на покрывале в позе лотоса, Тереза с удивлением обнаружила, что находится в прекрасном расположении духа.

— Представляешь, впереди целое лето! Чудесно, правда? — спросила ее бабушка, положив ей руку на колено.

— Да, это здорово, — искренне ответила Тереза.

Что приключилось с ней на следующий день, она так до конца и не поняла.

Созвонившись с Юханнесом, Тереза договорилась навестить его в новой квартире. Выйдя с утра на улицу, она почувствовала необыкновенную легкость и радость, разлившуюся по всему телу. Денек стоял прекрасный, и она предвкушала велосипедную прогулку до Эстерюда — всего четыре километра. Впереди семьдесят дней каникул, будто красивые разноцветные коробочки, и ей предстоит заполнить их содержимым.

Полгода назад на двенадцатый день рождения ей подарили новый велосипед. Всего три передачи, но ей больше и не надо. Проверив, что шины хорошо накачаны, она оседлала велик и выехала на гравийную дорожку.

Камешки зашуршали под колесами, и встречный ветер начал обдувать лицо. Ей предстояло проехать километр, прежде чем начнется асфальтированная дорога, ведущая в Эстерюд. Где-то на ветке запела птица, и в голове у Терезы родилась мысль:

«У меня первый день летних каникул. И я еду на велосипеде по красивой тропинке».

Дорога вилась между полей. Набрав ходу, Тереза перестала крутить педали и просто катилась вперед. «Каникулы только начались, и я…»

Вдруг что-то изменилось.

Поначалу Тереза решила, что большая туча заслонила солнце, но небо было по-прежнему безоблачным и солнечные лучи нежно обнимали мир.

Отчего тогда ей кажется, что простирающаяся перед ней дорога вдруг растворилась в темноте? Тереза помнила наизусть каждую кочку: двести метров по равнине, потом вверх на пригорок, затем мимо загона с овцами и плавно вниз к повороту на шоссе. Но сейчас перед ней нечто совсем иное — дорога, ведущая в неизвестность. А вокруг — неизведанные просторы.

Мир Терезы до этого момента состоял из нескольких знакомых мест и соединяющих их дорог — вот и все, ее маленькая планета. Но теперь произошло что-то, отчего сперло дыхание, и ей пришлось, крепко вцепившись в руль, резко затормозить. Будто ее, раньше всегда плававшую в небольшой бухте, бросили в воду прямо посреди бескрайнего моря.

Тереза потерла глаза. «Не может быть. У меня что-то со зрением».

Она слезла с велосипеда и взглянула в ту сторону, откуда приехала. Дорожка, привычно извиваясь, исчезала за кустами бузины. Однако теперь Тереза сильно сомневалась, приведет ли она ее к дому. Все контуры казались размытыми, будто кто-то большим ластиком стирал пространство вокруг нее.

Страх сковал сердце девочки. Она лишь песчинка в этой огромной вселенной.

«Прекрати! Ну что ты тут устроила?»

Терезе удалось унять дрожь. Может, получится урезонить себя? Девочке удалось успокоиться, но ощущение, что все вокруг стерто, так и не пропало. Она взобралась на велосипед и покатила к дому. К счастью, он оказался на месте.

Юханнесу она потом позвонила и сказала, что проколола колесо.

Пережитое на дороге оставило в ее душе глубокий след. Не то чтобы она теперь боялась уходить с участка, просто старалась избегать этого.

Как-то субботним днем Юханнес, не предупредив, заехал за ней на велосипеде. На мальчике были мятые шорты длиной до колен и желтая футболка, подчеркивающая его загар. Тереза немного засмущалась, когда они обнялись.

Юханнес недавно вернулся с Майорки, куда они ездили вместе с мамой. Пока Тереза доставала из буфета хлебцы и арахисовое масло, друг успел рассказать ей, что его мама встретила мужчину. Он живет в Норчеёинге, и на эти выходные она уехала к нему в гости, а значит, Юханнес свободен как птица. Может, он у Терезы тогда переночует?

Девочке не понравилось столь резкое вмешательство в устоявшийся распорядок дня, и она уклончиво ответила, что должна сначала спросить разрешения у родителей. Они сидели за столом друг против друга, и впервые Терезе было не о чем разговаривать с Юханнесом. Словно он приехал к ней сегодня из иного мира. Мира за пределами ее участка.

Слава богу, на кухню зашел Улоф, чтобы сделать себе бутербродов, и уже пару минут спустя они с Юханнесом увлеченно обсуждали «Рунскейп» — новую ролевую онлайн-игру.

— Может, съездим искупаться? — предложил Юханнес, когда Улоф отлучился в туалет.

— У меня купальника нет.

— Велика беда, искупаемся нагишом.

Тереза отдала бы все накопленные карманные деньги, лишь бы избежать того, что сейчас с ней произошло: она покраснела до корней волос и потупила взгляд.

— Брось, — усмехнулся Юханнес. — Мы же решили не париться из-за этого… Ну, понимаешь.

— Да, но…

Тот поцелуй. Тереза и не думала, что Юханнес помнит о нем, и теперь, когда оказалось наоборот, она смутилась еще сильней. Ей хотелось испариться, превратиться в небольшую лужицу на полу. Чтобы чем-то занять руки, Тереза решила сделать себе еще один бутерброд. Нож скреб по хрустящему хлебцу, пока она с преувеличенной тщательностью размазывала арахисовое масло, стремясь не пропустить ни краешка. Ее зубы вонзились в бутерброд с оглушительным треском. Юханнес смотрел на нее, а она отвернулась и глядела в окно.

Когда Улоф вернулся и предложил Юханнесу поиграть в «Рунскейп», тот вопросительно посмотрел на Терезу, но она лишь пожала плечами. Мальчики уселись за компьютер в гостиной, и Тереза наблюдала, как они по очереди крушат монстров и злых чародеев.

О том, может ли Юханнес остаться у них на ночь, Тереза родителей так и не спросила. Он поужинал с ними вместе, но за столом болтал больше с братьями. После ужина Юханнес засобирался домой, и Тереза вышла на крыльцо проводить его.

Оседлав велосипед и тренькнув на прощание звоночком, мальчик поехал в сторону калитки, но потом будто о чем-то вспомнил и, развернувшись, подъехал к Терезе:

— Слушай…

— Да?

— Мы ведь по-прежнему друзья, верно? Хоть все и по-другому.

— В смысле?

Юханнес попинал носком кроссовки землю, как он делал, когда они с Терезой еще только познакомились.

— Ну, просто… Я даже не знаю. Все стало иначе. Но мы ведь все равно можем продолжать дружить, да?