Когда Остыли Следы - Блейк Пирс

И Эприл была замечательной старшей сестрой. Она отлично восстановилась после полученных ею психологических травм.

Иногда, глядя на Эприл, Райли казалось, что она смотрит в зеркало, которое показывает её саму, какой она была много лет назад, в подростковом возрасте. У Эприл были карие глаза и тёмные волосы Райли, хотя голова самой Райли уже была тронута сединой.

Райли почувствовала тёплую волну спокойствия.

«Может быть, я становлюсь хорошей матерью», – подумала она.

Но теплота быстро испарилась.

Она снова ощутила образ Спичечного убийцы, таящийся в уголках её разума.

*

После обеда Райли поднялась в свою спальню и кабинет. Она села за компьютер и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь расслабиться. Но задача, которая стояла перед ней, выбивала её из колеи.

Это казалось нелепым. В конце концов, за годы работы она выследила и поймала десятки опасных убийц, бессчётное количество раз угрожали её собственной жизни.

«Это всего лишь разговор с сестрой, я не должна так реагировать», – подумала она.

Но она не видела Венди уже… сколько же прошло лет?

И всё-таки не с детства. Венди связывалась с ней после смерти их отца. Они поговорили по телефону, обсуждая возможность личной встречи. Но Венди жила далеко, в городе Де-Мойн, штат Айова, и это было не так просто. Наконец, они выбрали время для видеозвонка.

Чтобы подготовиться, Райли посмотрела на фотографию в рамке, стоящую у неё на столе. Она нашла её среди вещей отца после его смерти. На снимке были изображены Райли, Венди и их мать. Райли было года четыре, а Венди была подростком.

Обе девочки и их мать выглядели довольными.

Райли не могла вспомнить, когда или где была сделана фотография.

И она точно не помнила, чтобы её семья когда-нибудь была счастлива.

Похолодевшими и дрожащими руками она набрала имя Венди для видеозвонка.

В женщине, появившейся на экране, не было ничего знакомого.

– Привет, Венди, – смущённо сказала Райли.

– Привет, – ответила Венди.

Несколько неловких мгновений они молча смотрели друг на друга.

Райли знала, что Венди сейчас около пятидесяти, она была лет на десять старше её. Она выглядела молодо, хотя и была чуть полновата, но в целом в её внешности не было ничего необычного. В её волосах, в отличие от волос Райли, не проглядывала седина, но Райли сомневалась, что это её натуральный цвет.

Райли переводила взгляд туда-обратно с фотографии и лица Венди. Она заметила, что Венди сильно похожа на мать. Райли знала, что сама она больше напоминает отца, но отнюдь не гордилась этим сходством.

– Что ж, – наконец нарушила тишину Венди, – чем ты занималась последние несколько десятилетий?

Обе сестры рассмеялись, но даже их смех был натянутым и неуклюжим.

Венди спросила:

– Ты замужем?

Райли громко вздохнула. Как объяснить то, что происходит между ними с Райаном, если она сама этого не понимает?

Она ответила:

– Что ж, подростки сегодня любят говорить: «Всё сложно». И у меня действительно всё сложно.

Они снова нервно рассмеялись.

– А ты?

Венди, кажется, начала понемногу расслабляться.

– У нас с Лореном скоро будет годовщина: двадцать пять лет в браке. Мы оба фармацевты, и у нас своя аптека. Она досталась Лорену от отца. У нас трое детей. Младший, Бартон, сейчас в колледже. Тора и Париш оба в браке, у них свои дети. Так что можно сказать, что наше с Лореном гнездо опустело.

Райли почувствовала приступ тоски.

Жизнь Венди разительно отличалась от её собственной жизни. Жизнь Венди была совершенно обычной.

Как и за ужином с Эприл, ей снова показалось, что она смотрит в зеркало. Вот только зеркало отражало не её прошлое – то было её будущее. Она видела себя такую, какой могла бы стать, но уже никогда не станет.

– А ты? – спросила Венди. – У тебя есть дети?

Райли снова почувствовала соблазн сказать: «Всё сложно», но вместо этого она ответила:

– Двое. У меня пятнадцатилетняя дочь Эприл. И я в процессе удочерения ещё одной девочки, Джилли, ей тринадцать.

– Удочерение! Нужно, чтобы больше людей это делали. Ты молодец!

Райли показалось, что она недостойна поздравлений в данный момент. Возможно, ей было бы спокойней, если бы она была уверена, что Джилли будет расти в семье с двумя родителями. Однако прямо сейчас это было под вопросом. Впрочем, Райли решила не вдаваться в такие дебри с Венди.

Вместо этого она решила перейти к делу, которое хотела обсудить со своей сестрой.

Но вопрос был очень деликатным.

– Венди, ты знаешь, что в завещании отец оставил хижину мне, – начала она.

Венди кивнула.

– Я знаю, – подтвердила она. – Ты присылала мне фото. Миленькое местечко.

Её слова покоробили Райли.

«Миленькое местечко…»

Райли приезжала туда несколько раз, последний – после смерти её отца. Но воспоминания были далеки от приятных. Её отец купил хижину, выйдя на пенсию после службы морским пехотинцем в войсках США. В памяти Райли она всегда оставалась домом одинокого, злого старика, который ненавидел буквально всех, и которого все ненавидели в ответ. В последний раз, когда Райли видела его живым, они даже дошли до драки.

– Думаю, это была ошибка, – сказала она.

– Что?

– То, что он оставил хижину мне. Он поступил неправильно. Надо было оставить её тебе.

Венди выглядела искренне недоумевающей.

– Почему? – удивилась она.

Райли почувствовала, что внутри неё поднимаются всевозможные отрицательные эмоции. Она прочистила горло.

– Потому, что это ты была с ним в конце, когда он лежал в больнице. Ты заботилась о нём. Ты и после взяла на себя все заботы: похороны и прочие юридические дела. Меня там не было. Я…

На следующих словах она чуть не поперхнулась.

– Не думаю, что я была бы на это способна. Мы не особенно с ним ладили.

Венди грустно улыбнулась.

– Мы тоже не очень дружили.

Райли знала, что это правда. Бедная Венди – отец постоянно поколачивал её, пока она не убежала навсегда, когда ей было пятнадцать. И всё же Венди хватило доброты, чтобы позаботиться об отце на смертном одре.

Райли не могла таким похвастаться и не могла не чувствовать свою вину.

Она сказала:

– Я не знаю, сколько стоит эта хижина. Наверняка, за неё можно выручить какие-то деньги. Я хочу, чтобы ты забрала её себе.