Вдова - Фиона Бартон

Она уже стала ему сниться по ночам, а это явно был не лучший знак.

Инспектор подумал, не отвлекает ли его этот злосчастный голубой фургон от каких-то иных зацепок. Но почему тогда водитель на голубом грузовичке до сих пор никак не проявился? Ведь все вокруг стремились помочь найти малышку. Если это был просто случайный человек, заезжавший к кому-то в один из домов по Мэнор-роуд, – он бы уже давно отзвонился в полицию. Разве нет?

«Если только это был не Глен Тейлор», – заключил Спаркс.

Искали девочку везде и всюду, следственная группа тщательнейшим образом изучала все мелочи и найденные фрагменты одежды. Вот нашли в кустах выброшенную детскую футболку, вот – одиночную туфельку. Вот сообщили, что в торговом центре заметили белокурую кроху, пытающуюся спастись от взрослого. Однако проходили часы, потом дни, потом недели, не принося ни малейшего результата. Следователи были уже на взводе, измотаны до предела – и притом никто не мог сказать, когда все это кончится.

Каждая их ежеутренняя оперативка становилась все короче и безнадежнее. Футболка оказалась размером на восьмилетку, туфелька была не Беллина, а белокурая маленькая крикунья, как выяснилось, просто устроила родителями истерику. Любые зацепки таяли, стоило на них внимательнее взглянуть.

Отчаяние Спаркс старался держать глубоко в себе: достаточно ему повесить голову – и вся группа сдастся. Каждое утро у себя в кабинете он настраивал себя соответствующим образом, а порой даже позировал перед зеркалом в туалете, убеждаясь, что ни одна живая душа не заметит признаков неудачи в его порядком опухших за последнее время глазах. После этого, исполненный энергией, он бодро шагал в оперативный штаб, заряжая своих сотрудников и сотрудниц новыми силами.

– Вернемся-ка к тому, с чего мы начали, – предложил он в тот день.

И группа вслед за ним принялась снова изучать фотографии, карты, списки имен.

– Что мы упускаем из виду? – требовательно вопросил Спаркс.

Вокруг – немые измученные лица.

– Кто бы мог похитить ребенка? – продолжал он теребить сотрудников. – Что можно предположить, исходя из других дел?

– Педофил.

– Шайка педофилов.

– Похищение с целью наживы.

– Или из мести.

– Женщина, потерявшая дитя.

– Или неспособная его иметь.

– Или «фантазер», которому нужен ребенок для завершенности сценария.

Спаркс кивнул.

– Давайте разделимся на группы по двое человек… Пардон, по два человека – и еще разок изучим всех наших свидетелей и подозреваемых на предмет того, не подпадают ли они под одну из этих категорий.

Штаб сосредоточенно загудел, и Боб оставил его на Иана Мэттьюса. Спарксу было любопытно узнать, как скоро у них всплывет имя Глена Тейлора, к тому же ему требовалось все как следует обдумать самому.

Довольно странной штучкой была эта Джин. Бобу помнилось, как он впервые встретился с миссис Тейлор: и ее совершенно потрясенное лицо, и ловкие, каверзные вопросы к ней, и незыблемые ее ответы. Спаркс с самого начала не сомневался, что она прикрывает Глена, однако тогда отнес это к слепой супружеской преданности. Но, может быть, причина в том, что она сама каким-то образом в этом замешана?

То, чтобы женщины убивали детей, случается все-таки редко, и, по статистике, в подавляющем числе случаев убивают они собственных. Но время от времени женщины крадут чужих детей.

Он знал, что бездетность может стать для женщины мощным мотивирующим фактором. В отдельных особах он разжигается донельзя, так что от горя и тоски они буквально сходят с ума. И соседи, и сотрудницы Джин по салону говорили, что она, так и не сумев зачать дитя, чувствовала себя опустошенной. А когда какая-либо из клиенток сообщала, что беременна, Джин потом горько плакала в задней комнате.

И все же в тот день, когда исчезла Белла, никто не видел Джин Тейлор в Саутгемптоне.

Размышляя, Спаркс чиркал перед собой в блокноте, рисуя пауков и паутину.

Ели Джин так сильно любит детей – почему же она живет с человеком, смотрящим на компьютере, как детей насилуют? Почему она настолько предана этому мужчине? Боб был уверен, что Эйлин на ее месте мигом бы хлопнула дверью. И он не мог бы ее за это винить. Так откуда все-таки у Глена такая власть над своей женой?

– Может, мы все это рассматривали под неверным углом? – спросил он у своего отражения, моя руки в мужской уборной. – Может быть, как раз у нее есть власть над Гленом? И это Джин толкнула его на преступление?

Естественно, когда он вернулся в оперативный штаб, имя Джин Тейлор уже было выведено на стенде. При этом следователи, поглядывая на категорию «женщин, неспособных иметь детей», активно обсуждали предыдущие полицейские дела такого рода.

– Видите ли, сэр, – сказал Спарксу один из полицейских, – обычно женщина, крадущая ребенка, действует самостоятельно. И к тому же они никогда не охотятся за двухлетками. Некоторые прикидываются перед своим партнером или семьей, будто беременны, носят одежду для будущих мам, подсовывая туда какой-то наполнитель, а потом – так сказать, для полноты обмана – крадут малыша из родильного отделения или из коляски, оставленной у магазина. Забирать же двухлетку – огромный риск. Эти малявки, перепугавшись, могут устроить настоящую бучу, а ревущее дитя непременно привлечет чье-то внимание.

Тут поднял руку Дэн Фрай – один из выпускников‑новобранцев отделения, – и Мэттьюс кивнул, давая ему слово. Совсем молоденький парнишка, только со студенческой скамьи, поднялся держать речь перед бригадой, еще не ведая, что здесь принято говорить сидя, обращаясь к собственному рабочему столу.

Прежде чем начать, Фрай быстро прокашлялся.

– А потом, ребенка более старшего возраста придется ото всех скрывать. Гораздо труднее объяснить своей семье и друзьям внезапное появление у тебя двухлетки. И если уж ты выкрал дитя такого возраста, чтобы растить как свое собственное, тебе придется тоже куда-то исчезнуть. А Тейлоры даже с места не сдвинулись.

– Совершенно верно… хм… Фрай. Это все? – произнес Спаркс, жестом веля тому садиться.

Другие команды отрабатывали версии похищения ради наживы или мести. Деньги у Доун не водились, и оперативники пропесочили ее более юные годы, выясняя насчет предыдущих бойфрендов, а также фактов применения наркотиков или занятия проституцией – нет ли у той каких-либо связей с организованной преступностью. Все оказалось чисто. Доун была простой провинциальной девушкой, которая работала себе в офисе, пока не спуталась с женатым мужчиной и не забеременела.

Кстати, отец Беллы так до сих пор и не нашелся. То имя, которым он назвался Доун, по-видимому, было ненастоящим, а номер сотового оказался типа туристического pay-as-you-go, без регистрации, и уже не отзывался.

– Обычный ходок, босс, – фыркнул Мэттьюс. – Находит себе ненадолго связь на стороне и потом исчезает. Так всю жизнь, по наезженной дорожке. В каждом городе небось потоптался.