Алгоритм смерти - Стивен Хантер

– Так, я на месте. Куда подевался третий?

– Несколько минут назад он просто ушел и спустился на лифте вниз. Похоже, центральный лифт работает. Я видел этого парня, он присоединился к тем, кто внизу.

– Отлично, значит, их двое. Придется изловчиться.

– Что ты собираешься сделать?

– Использовать свое секретное оружие: смертоносную картошку.

У Рея за пазухой было полно богатых крахмалом клубней. По пути он заглянул в «Жареную картошку», расположенную рядом с магазином женского нижнего белья, и захватил семь или восемь самых крупных, шишковатых и неровных картофелин.

– Картошка! – удивленно произнес Макэлрой.

– Из картофелины получается отличный одноразовый глушитель. Смотри и учись, салага!

Выбрав самую большую картофелину, Рей снял «калашников» с плеча и насадил клубень на дуло, вгрызаясь пламегасителем и мушкой в рыхлую клетчатку так, чтобы добрых два дюйма овоща налезли на ствол. Картофелина оказалась прочно закреплена.

Распластавшись по полу, Рей поднял автомат к плечу и сдвинул вниз большой стальной рычажок предохранителя, расположенный на правой стороне ствольной коробки. Нахлынули старинные воспоминания, связанные с этим оружием. Перестрелка в песках – Афганистан, Ирак, кто теперь вспомнит? – он вместе со смешанным отрядом морских пехотинцев и армейских коммандос в доме на окраине какой-то забытой богом деревушки. У него был трофейный «калашников», и он стрелял, стрелял и стрелял всю ночь напролет. Наверное, он убил человек тридцать, не меньше, а когда утром подоспела помощь, в доме не оказалось ни одного убитого, хотя были тяжелораненые. Автомат был грубым, разболтанным, грязным, но, черт возьми, он исправно выполнял свою работу на протяжении всей долгой и трудной ночи.

– Но разве первая пуля не разнесет картофелину вдребезги? Будет ли у тебя время, чтобы насадить на дуло вторую?

– Хороший вопрос, – согласился Рей.

Чуть перекатившись на левый бок, он вытащил второй клубень и подтолкнул его вперед, поближе к дулу.

– Когда первый парень упадет, второй в это не поверит. Он застынет от неожиданности. Я надену на ствол картошку номер два и замочу его.

– Даже не знаю, – неуверенно пробормотал наблюдатель. – Этот тип уже побывал на войне. Возможно, он просто разрядит магазин в твою сторону и начнет орать… так, подожди-ка, подожди-ка. Один из них только что ушел. Я потерял его из виду, не могу сказать, куда он идет.

– Я его видел. Он направился в сортир. Это через четыре или пять магазинов дальше по коридору. Я разберусь с ним, когда он выйдет. Второй парень ничего не услышит, и следующим я завалю его.

– Господи, у тебя стальные нервы, – с уважением произнес наблюдатель.

– Я профессионал, – сказал Рей. – Это мое ремесло.

Снова растянувшись на полу, он занял положение для выстрела, начиная с конечностей. Ноги раздвинуты, ступни разведены наружу для лучшего упора, мышцы напряжены, приклад крепко прижат к плечу, упирается в кость, а не в мышечную ткань, дыхание уменьшено до медленного втягивания воздуха, последняя фаланга указательного пальца лежит на изгибе спускового крючка. После того, как сделано остальное, все дело в том, как нажать. Рей уже нажимал на спусковой крючок миллион раз. Он мастерски отработал это движение: уверенное, плавное, без бокового смещения, равномерное увеличение давления, унция за унцией, до тех пор, пока курок не срывался с боевого взвода, после чего именно там, где и рассчитывал Рей, неизбежно появлялась дырка.

В сотне ярдов от него борец за веру вышел из туалета, на таком расстоянии маленький человечек, вытирающий руки бумажным полотенцем, довольный собой, испытывающий облегчение, – вероятно, за всю свою жизнь ему лишь считаное число раз приходилось справлять нужду в комфорте, потому что в следующее мгновение он шагнул прямо на пулю.

Пуля попала ему над правым глазом, и голова дернулась так, как никогда не дернется голова человека в полном здравии, и он упал на пол, предположительно с глухим стуком, хотя Рей на таком расстоянии ничего не услышал. Услышал же он влажный шлепок: это картофелина, приняв инъекцию пороховых газов, которые со сверхзвуковой скоростью вырвались из дула вслед за выходящей пулей, взорвалась приглушенными брызгами, за микроскопическую долю секунды превратившись в измельченное на отдельные атомы месиво. В воздухе повисло облачко картофельного тумана.

Быстро сместив автомат назад, Рей насадил на дуло второй клубень и снова занял положение для стрельбы, точно так же, как прежде. На этот раз он прицелился в боевика на балконе, который стоял, равнодушно прислонившись к ограждению. Тот факт, что у него над плечом только что просвистела пуля, изуродовавшая лицо его напарника, начисто от него ускользнул, и он узнал, что настал его черед, только когда следующая пуля забрала его жизнь так, что он даже этого не почувствовал.

– Ищи мне следующую цель, – сказал Рей.

Как выяснилось, японцы оказались гораздо менее страшными, чем неуступчивый герр Doktor Ingenieur Иоахим, и переговоры прошли успешно. Так что всего через несколько минут специальный агент Нил снял трубку обычного стационарного телефона и набрал прозаический номер, начинающийся с «800»[28]. Загрузив в свой сотовый телефон программу связи с модемом, он через Wi-Fi подключился к компьютеру. Таким образом его телефон принимал и посылал через Wi-Fi тональные сигналы модема, которые затем по телефонной линии поступали в торговый центр. Быстро запустив все необходимое программное обеспечение на мобильнике, Нил через последовательный порт USB связал его с компьютером.

Тем временем разворачивающаяся драма собрала в маленьком кабинете целую аудиторию. Здесь были доктор Бенсон, двое молодых практикантов, которых можно было посылать за кофе, Холли Бербридж, поскольку ни у кого не хватило духу ее прогнать, настолько она была хорошенькая, и еще несколько программистов, компьютерных спецов и агентов.

Зазвонил телефон, как он мог бы зазвонить в любой американской пиццерии, и через несколько секунд серия щелчков известила об установлении соединения. У Нила уже был пароль доступа, полученный от японцев; он ввел цифры, и механический голос сообщил, что он «на связи».

Нил быстро переключил линию с телефона на компьютер, и через несколько секунд, после непродолжительного помаргивания экрана и треска в трубке, появилось меню на японском языке.

– Твою мать, – пробормотал Нил. – Кто-нибудь умеет читать по-японски?

– Нил, а ты у нас разве не специалист по японской порнухе? – спросил кто-то.

– Да, но только в том, что касается секса на рабочем месте. Здесь от этого никакого толку.

Но тут у него зазвонил сотовый телефон.

Нил ответил. Это была Юко Ямато, японская программистка.