Песнь песков - Брижит Обер

— О костях неандертальцев, которые мы обнаружили на затонувшем корабле! — прокричал Д'Анкосс.

— Это невозможно. Эти утопленники никак не могут принадлежать к человеческому виду, исчезнувшему почти тридцать тысяч лет назад.

— Вот именно, — подтвердил Д'Анкосс. — Это невозможно. Итак, или я сошел с ума, или мы проскочили какой-то эпизод эволюции.

— Но вы же не смогли прибегнуть ни к углеродному методу датировки, ни…

— …Ни к термолюминесценции терракоты, ни к анализу пыльцы и так далее и так далее. Я знаю, знаю, но, каков бы ни был метод датировки, невозможно найти неандертальцев с медным ожерельем на шее или с мечом на поясе. Потому что они жили в те времена, когда всего этого просто не было!

— Значит, это были не неандертальцы.

— Роман, поверьте, мне отнюдь не мерещатся повсюду эти неандертальцы! — воскликнул Антуан немного слишком эмоционально. — Все скелеты, которые я смог осмотреть, имели характерную особенность: грудную клетку гораздо шире, чем у наших лучших атлетов! Не говоря уже о тазовой области с верхним ответвлением на тазовой кости, об объеме черепа, гораздо большем, чем наш, в среднем полторы тысячи кубических сантиметров по сравнению с тысячью тремястами современного человека, или еще соотношение между рукой и предплечьем, более коротким и…

Роман поднял руку, призывая его замолчать:

— Ладно, ладно. Перед нами археологическая загадка, которая пересекается с событиями этих последних дней, если я правильно улавливаю вашу логику. Вы прослеживаете связь между утопленниками, убийствами и всем этим… — закончил он, обведя жестом трупы, пустыню, обломки скал.

— Это не просто связь, это роковая последовательность! Черт возьми, да вы сами взгляните на этого типа!

Он указал на череп в форме сахарной головы.

— Если вы обреете ему бороду, то увидите, что у него практически отсутствуют скулы.

— Таких людей сколько угодно!

— Разумеется, признаки несколько ослабли тридцать тысяч лет спустя, но все-таки! Вы же видели мышечные сочленения его плеч? Если бы можно было сделать вскрытие, держу пари, что обнаружили бы аномалию таза. Внутреннее ухо тоже отличается…

Роман потер виски:

— Послушайте, Антуан, вы сейчас доказываете мне, что у современных людей могут присутствовать те же физические характеристики, что и у ваших дорогих неандертальцов?

— Ради бога, Роман! Я как раз говорю вам, что этот тип и есть гомо неандерталенсис! Вы слушаете меня или нет?

Роман вновь опустил глаза и взглянул на труп, на живот с выпуклыми мышцами, на татуировку синими чернилами, возвещающую, что «Народ вернется», на темные остекленевшие глаза, глубоко сидящие в орбитах, и почувствовал, что по спине пробежал холодок.

Нет, этого не может быть. Это просто навязчивый бред археолога, который слишком долго пробыл на солнце, страдает от жажды и к тому же ранен.

— «Неандерталец жив», так, кажется? — глупо хохотнул он. — Я читал такую книгу, давно уже.

— Доктор Хевельман, тысяча девятьсот семьдесят четвертый, — машинально пробормотал Д'Анкосс.

— Вот-вот! Там рассказывалось о так называемом диком человеке, найденном в леднике русскими охотниками с Камчатки и выставленном в замороженном виде на одной ферме в Миннесоте. «Ледяной человек из Миннесоты»! — закончил Роман со смешком.

Д'Анкосс в отчаянии замотал головой:

— Я говорю вам не о каком-то ярмарочном балагане! Я привожу вам факты. Факты, которые, вне всякого сомнения, связаны один с другим. Народ жив. И как раз сейчас он возвращается.

Тысячи вопросов и возражений теснились в голове Романа, который не мог оторвать взгляд от человека (но был ли тот человеком — человеком, действительно ему подобным?), распростертого у его ног. Он был так погружен в свои мысли, что поначалу даже не обратил никакого внимания на пучок света, рыщущий по скалам.

Затем резко вскочил на ноги.

— Там! — бросил Д'Анкосс.

Роман повернулся. Свет исходил от какой-то большой и тяжелой гудящей громады, которая быстро приближалась.

Тяжелая громада. Мощные фары тяжелой громады. Танк?

Силуэт вырисовывался все четче. У этой громады, которая тряслась по степи, гудя клаксоном, были очень знакомые очертания.

«Серебряный Рейнджер».

Роман рывком выпрямился, усталость последних дней была забыта, и он принялся энергично размахивать руками. Д'Анкосс, облокотившись на скалу, тоже попытался кое-как выпрямиться. Значит, их последний день еще не наступил. Не то, что для бедняги Маттео.

Непрекращающийся вой клаксона разрывал прозрачную тишину ночи, и вскоре Роман сумел различить Ли, сидящего за рулем.

Ли? Значит, этот старый мерзавец не сбежал? А где остальные? «Серебряный Рейнджер», отчаянно гудя, приближался, а Роман все махал руками, словно семафор, пришпиленный фарами. Он не смог сказать с уверенностью, что же все-таки его насторожило: неподвижные черты и застывший взгляд Ли, тот факт, что трейлер не замедлял хода, или зловещая настойчивость, с какой гудел клаксон, но внезапно он понял, что тот не остановится, и быстро отскочил назад, как раз за мгновение до того, как машина на полном ходу пронеслась в нескольких сантиметрах от него, проехала по телу Маттео с отвратительным скрежетом раздавленной скорлупы и продолжила свою безумную езду, подпрыгивая на выбоинах, затем, в ста метрах от них, ударилась о крутой откос.

Из-под капота вырвался столб дыма, словно «Серебряный Рейнджер» глубоко вздохнул, прежде чем испустить дух, затем замолк клаксон и вновь воцарились ночная тишина и темнота: мотор молчал, фары разбились о скалу.

— Можно подумать, за ними по пятам гнался сам дьявол! — пробормотал, побледнев, Д'Анкосс.

— Я пойду посмотрю. Оставайтесь на месте.

Кивнув на свою ногу и повязку, заляпанную песком и засохшей кровью, Антуан попытался изобразить ироничную усмешку:

— Можете не беспокоиться, я буду неподвижен, как статуя.

Роман проверил, на месте ли нож, подобрал автомат, лежащий возле одного из убитых всадниками солдат, — это могло бы напугать врага, вздумай тот атаковать, — и медленным и осторожным шагом направился к потерпевшему аварию трейлеру.

Проходя мимо раздавленного тела Маттео, месива из камней и расплющенной плоти, он отвел глаза. Как будто кто-то взломал гробницу и осквернил труп. Роман в очередной раз попытался сосредоточиться на событиях. Сейчас нет места сантиментам.

Следы колес свидетельствовали о том, что Ли даже не пытался затормозить. От кого он спасался? Роман сощурился, чтобы лучше разглядеть трейлер при свете первых звезд. Он выглядел угрожающе, будто опасный раненый зверь, прильнувший к склону горы. Глупости, подумал он. Там же твои друзья, твоя команда!