Западня. Занесенные снегом - Блейк Крауч

Кейлин опустилась на колени и обмакнула пальцы в прозрачную воду озера.

– Странно, как здесь тихо, – пробормотала она.

– Мне холодно, – пожаловалась Девлин.

– В кармане твоей куртки лежат перчатки. Надень их, малышка. – Уилл присел на песок и вытащил из заднего кармана штанов сложенный лист бумаги – карту, которую он распечатал с сайта TopoZone.com. – Ладно, взгляните сюда.

Обе его спутницы встали за его спиной, глядя ему через плечо.

– Судя по всему, самолет, который вчера видела Кейлин, приводнился не на это озеро, – сказал Иннис. – Помимо него, единственный водоем в Росомашьих холмах, куда может сесть гидроплан, – это второе, внутреннее озеро в этой долине.

– Ты думаешь, тот самолет летел туда, папа? – уточнила Деви.

– Не знаю. Отчасти мне думается, что здесь никого, кроме нас, нет и мы зря тратим время.

– А какой у нас выбор? – хмыкнула Шарп. – Прийти к аляскинской мафии и спросить, кому они передают похищенных женщин? После этого нас уж точно зароют в тундре, и на наших могилах вырастет кандык.

Уилл указал на точку на карте.

– Мы здесь. – Потом он провел пальцем по бумаге. – Вот здесь внутреннее озеро. Примерно в шести милях отсюда.

– Вот что я предлагаю… – начала Кейлин.

– Что? – повернулся к ней Иннис.

– У нас осталось несколько часов до наступления темноты. Посмотрим, какое расстояние мы сумеем пройти. Найдем безопасное место для лагеря, поближе к внутреннему озеру, чтобы мы смогли оттуда обследовать местность и при этом не волочь на себе эти жуткие мешки.

– Хорошо. Мне нравится эта идея.

***

На распечатанной Уиллом карте Росомашьих холмов не было обозначено ни единой тропы, но внутреннее и внешнее озера соединял ручей. Они пошли вдоль этого ручья – довольно медленно, аккуратно ступая по мшистому берегу, где это было возможно, и пробираясь через подлесок там, где берег становился слишком топким. Воздух был чистым, в нем витал аромат хвои.

Около четырех часов дня они остановились у подножия водопада – здесь ручей стекал с откоса, прыгая по уступам. Уилл пошарил в своем рюкзаке и нашел герметично закрывающиеся пакеты с орехами и сушеными фруктами, которыми их снабдил Бак. Пока он раздавал еду и бутылки с водой, Кейлин изучала карту, прослеживая их путь от внешнего озера в холмы.

– Далеко мы ушли? – спросила Девлин.

– Это я и пытаюсь вычислить. – Шарп наконец отыскала тонкие линии, пересекавшие голубую полоску на карте, – они обозначали водопады. – Похоже, мы прошли примерно… три мили.

– Смотрите! – прошептала девочка.

Пара оленей-карибу осторожно пробиралась к нижнему водопаду, каждые несколько шагов останавливаясь, чтобы осмотреться и прислушаться.

***

Они двинулись дальше. Ручей сузился, и его русло стало каменистым и более крутым. Теперь на нем было больше каскадов и меньше ровных участков.

Девлин шагала впереди. Неожиданно она остановилась, промолвив:

– Слушайте!

Уилл слышал лишь журчание воды.

– Деви, я не… – начал было он и тут осознал, что действительно слышит звук мотора или, возможно, двух моторов, едва различимый за плеском падающей с уступа воды. Здесь, посреди аляскинской глуши.

– Это то, о чем я думаю? – спросила Кейлин.

Звук двигателей становился громче. Самих самолетов не было видно за густыми ветками елей, но они прошли словно бы прямо над головами путешественников – а потом рев моторов затих вдали, и после него громкий плеск водопада показался еле различимым шорохом.

– Вряд ли один из них – самолет Бака, – сказал Уилл.

– Я тоже так думаю, – согласилась Шарп.

– Может быть, какой-то из них и прилетал вчера за тобой, Кейлин, – предположила Девлин.

– Мы их даже рассмотреть не смогли, – вздохнула Шарп.

Постепенно темнело, становилось холоднее, и морось, оседавшая на ворсинках черной флисовой куртки Инниса, превращалась в крупинки льда.

– Наверное, надо начинать искать место для лагеря, – сказал он.

Прошел еще час, прежде чем они набрели на достаточно ровную и широкую прогалину, чтобы на ней можно было поставить палатку. Они поднялись более чем на тысячу футов над уровнем внешнего озера, и даже лес здесь был другой – ели стали низкими и редкими, кустарник приобрел ярко-красный цвет.

– Давайте станем здесь лагерем на ночь, – предложил Уилл. – Отличная поляна, и к ручью близко.

Они нашли свой «походный дом» в рюкзаке Девлин – просторную четырехместную всесезонную палатку куполообразной формы. Иннис уже много лет не занимался установкой палаток, а Кейлин так и вовсе никогда этого не делала, так что им понадобилось добрых полчаса, чтобы собрать из отдельных частей дуги каркаса и просунуть их в соответствующие кармашки, и еще пятнадцать минут, чтобы закрепить растяжки и натянуть тент. Когда наконец палатка была установлена, они закинули внутрь рюкзаки и спальники и забрались туда сами, чтобы укрыться от надвигающейся непогоды.

– Скоро стемнеет, – напомнил Уилл. – Хотел бы я похвастаться тем, что я опытный турист и могу мгновенно разжечь костер, но когда все дерево вокруг мокрое, у меня это вряд ли получится.

– Просто разожги газовую плитку, и я назову тебя героем, – сказала Шарп.

Пока Кейлин с Деви надували термоизолирующие матрасы и раскатывали спальные мешки, Иннис устроил кухню под открытым небом. Он смутно помнил, что пилот советовал им заниматься готовкой подальше от палатки, и поэтому отошел ярдов на пятьдесят, где из земли торчало несколько валунов.

По краям луга сгустились клубы тумана, которые медленно проплывали между стволами елей и тополей. Уилл прикидывал, где бы установить походную плитку, и думал о предыдущей ночи с Кейлин. Между ними не возникло отчуждения, которого он опасался. Может быть, попозже вечером им нужно будет пройтись и поговорить о том, что случилось, – о том поцелуе и явном притяжении, которое они оба чувствовали друг к другу.