Прибежище - Крис Юэн

– Чем именно вы занимаетесь? Какая у вас должность? – спросил я Эрика.

– Должность?

– Ну да, в компании. В «СуперЗед».

Зеегер даже не моргнул.

– Я не работаю в «СуперЗед», Роб. Я и есть «СуперЗед». Я владею этой компанией.

Вот теперь я понял все. Эрик говорил, что он богатый человек, но истина заключается в том, что он вообще выходит за все рамки понятия «богатый». По сравнению с годовым оборотом его компании ВВП многих стран, вероятно, выглядит просто смешным.

Ничего удивительного, что ему так не нравился жених, которого выбрала для себя Лена. Роль Алекса Тайлера как одного из лидеров во всех кампаниях зеленых, должно быть, стала для Эрика источником вечных беспокойств. Но еще большее беспокойство, очевидно, ему доставлял страх, что Лена интересует Тайлера только в свете того, как бы, используя девушку, доставить неприятностей ее отцу.

– У вас не возникло подозрений, что это Тайлер стоит за всеми угрозами в адрес вашей дочери?

– Вначале да, возникли, – ответил Андерсон.

– А теперь?

– А теперь мы выяснили, что имеем дело с группой диссидентов, отколовшихся от его организации. И полагаем, что отношения Алекса с Леной были искренними.

– Они ведь собирались пожениться, верно? – включилась в разговор Ребекка.

Андерсон сделал паузу.

– Вряд ли деятельность группы носила легитимный характер. Парень был отнюдь не святой. Но со временем, как мы считаем, он начал меняться. И полагаем, что нашлись такие члены его организации, которым эти изменения не понравились.

– И что? Они убили Тайлера?

– Может быть.

– И теперь вы думаете, что они захватили Лену?

– Это вполне возможно. Поэтому мы так обеспокоены.

Ребекка присвистнула.

– Вы назвали их террористами, – обратилась она к Эрику. – Насколько радикально они настроены?

Зеегер прикрыл глаза.

– Эти люди способны на ужасные вещи.

– Они с вами уже связывались?

– Нет. Но если вы полагаете, что они будут требовать выкуп, вы заблуждаетесь. В их понимании мои деньги – грязные. И они их не интересуют. Эти мерзавцы желают только одного – навредить мне.

– А почему об этом ничего не было в прессе? – спросил я. – Не припоминаю, чтобы хоть что-то читал о смерти Тайлера.

Эрик поджал губы, как будто я сказал нечто неприличное.

– На раннем этапе расследования было несколько сообщений в прессе. Мы не могли это остановить. Но потом моя компания приложила огромные усилия, чтобы все это оставалось в тайне.

– Хотите сказать, вы замяли эту историю, – сказала Ребекка.

Лицо Зеегера стало напряженным. Я ждал, что Ребекка извинится. Но ничего подобного не произошло.

– Мне кажется, вы уже задали достаточно вопросов. – Андерсон чуть подался вперед в кресле и махнул мне своим блокнотом. – Вы говорили, что хотите помочь нам ее найти.

Я кивнул. Я действительно хотел им помочь. А теперь еще больше, чем прежде.

– Тогда можете начать с объяснения, что за чертовщина у вас там произошла.

Именно это я и сделал, стараясь коротко, но четко рассказать обо всех событиях, которые привели меня к встрече с Леной, а потом к ДТП на мотоцикле, последовавшему за этим. Я был достаточно осторожен и особенно подчеркнул тот факт, что именно Лена попросила взять ее с собой, увезти из коттеджа, и что мои воспоминания о самом несчастном случае в лучшем случае отрывочные, неполные.

Андерсон все время внимательно смотрел на меня. И хмурил лоб, сузив глаза. Я тщательно подбирал слова и выражения, словно Андерсон был детектором лжи в человеческом облике. Облегчение я испытывал лишь на тот краткий миг, когда он на секунду отводил от меня взгляд, делая очередную запись в блокноте. Но подобные моменты длились весьма недолго. Все это начинало мне надоедать.

Я как раз описывал, как выглядел мой байк после аварии, подробно рассказывая об изуродованной шине переднего колеса и перекрученном передке, когда раздражение все же прорвалось.

– Вы в этом что-нибудь смыслите? – спросил я.

– Конечно, – кивнул американец.

Я вздохнул, нимало не убежденный, но тут Ребекка похлопала меня по плечу. Она указала на что-то на потолке салона над нашими головами. Там торчала миниатюрная видеокамера, утопленная в мягкую кремовую обивку.

– По этому поводу вряд ли стоит беспокоиться, Роб. Каждое наше слово и каждое движение записывались с того самого момента, как мы ступили на борт самолета. Верно, джентльмены?

Эрик и Андерсон обменялись быстрыми взглядами.

– Это все-таки моя дочь! – вспыхнул Зеегер. – А ситуация…

– Мы отлично понимаем ситуацию, – сказала Ребекка. – И что касается меня, вы можете записывать все, что вам угодно. Кстати, это напомнило мне об одном обстоятельстве, о котором мы вам еще не сообщали. Коттедж, где находилась Лена, это так называемое убежище, был битком набит «жучками».

Андерсон весь скривился, словно откусил чего-то кислого.

– Все верно, – кивнула Ребекка. – В коттедже оказалось полно подслушивающей и записывающей аппаратуры. Видеокамеры и микрофоны во всех комнатах. – Она повернулась и уставилась на Эрика. – За Леной плотно наблюдали, мистер Зеегер. И именно таким образом ее похитили. Кто-то следил за каждым ее движением.

Ребекка поведала насчет белого фургона и байкеров-экстремалов, видевших его в течение нескольких недель перед Лениным исчезновением. И даже привела свою теорию касательно того, каким образом на пути моего байка установили некое препятствие, напоровшись на которое мы вылетели из седла. Потом поведала о добытом телефонном номере человека, сообщившего о моем несчастном случае. Вытащила из кармана своей кожанки листок бумаги и положила его на стол.

Андерсон тут же схватил бумажку.

– Вы звонили по этому номеру?

– Дважды, – ответила Ребекка. – В первый раз мужчина, который ответил на звонок, заявил, что я ошиблась номером. И отключил связь. Я позвонила снова. Телефон уже был выключен.

– И вы потеряли след.

– Нет, я как раз шла по следу. Но если уж говорить о провалах – как это вам в голову пришла идея выбрать остров Мэн в качестве убежища для Лены? Как вы умудрились поместить ее в коттедж, полный «жучков»?

Андерсон смял листок бумаги в кулаке.

– У нас нет возможности обсуждать с вами этот вопрос.

– А жаль. Я была бы рада услышать хоть какое-то объяснение.

Андерсон уже собрался ответить, но что-то его остановило. Он отклонился вбок и сунул руку во внутренний карман пиджака. Достал телефон. Экран светился, и аппарат тихонько жужжал. Американец поглядел на экран, потом поднялся с кресла, подняв вверх два пальца.