По лезвию ножа - Маркус Сэйки

Гамбургеры в «Первом сорте» с каждым годом становились все меньше и меньше – до обещанных двухсот граммов фарша не дотягивали, но были по-прежнему вкусными и сочными. Вдобавок, как только детективы выкладывали на стол рации, официантка помечала листок заказа «Полиция» – и кассир пробивал полцены. Сегодня это обрадовать не успело, потому что сотовый Мэтьюза зазвонил через полминуты после того, как принесли заказ.

Энтони скорчил недовольную мину, вытер жир с пальцев.

– Да. Обедаем с Ноланом. Угу, в «Первом сорте»… Где? – Мэтьюз лихорадочно зашарил по карманам. Шон протянул напарнику свою ручку. Энтони кивнул, записывая что-то на салфетке. – Ладно, скоро приедем. Даже не мечтай! – хохотнул он. Отложив телефон, Мэтьюз взялся за гамбургер.

– Что случилось?

– Вилли звонил. Утопленника выловили.

– Где?

– На пересечении автострады Стивенсона и Арчер-авеню.

– Угу. – Нолан задумчиво жевал чизбургер. – Еще один торчок поплавать захотел?

Люди гибнут самыми нелепыми способами, но особенно часто это случается с наркоманами.

Однажды Шону пришлось расследовать обстоятельства смерти члена банды «Черные братья» – девятнадцатилетний парень сгорел заживо. Сначала думали, что он стал жертвой очередной разборки, но вскрытие не показало ни следов борьбы, ни других повреждений: только ожоги. Как выяснилось, чудик уснул за трубкой крэка. Матрас загорелся, а улетевший в страну грез парень ничего не почувствовал. Юные гении преступного мира!

Инспектор Мэтьюз покачал головой:

– Вряд ли.

– Почему?

– Пулевое ранение в грудь.

Нолан с тоской посмотрел на остатки чизбургера. Он редко лакомился жирными чизбургерами, предпочитая здоровую пищу.

– Ладно, поехали, – вздохнул он.

На выходе из кафе их едва не сбил с ног порыв ветра. Ветра в Чикаго знаменитые: холодные, резкие и сильные – взрослого человека запросто сносят. Синий «форд» стоял за территорией паркинга, но штрафную квитанцию не прикрепили: все копы знают машины друг друга, даже если на них нет никаких опознавательных знаков. Нолан завел мотор и настроил рацию на частоту девятого участка – вдруг по дороге удастся перехватить новости?

– Где они?

– Где-то на восточном берегу.

Дорога в Бриджпорт заняла минут двадцать. Место происшествия искать не пришлось. Под эстакадой – десяток патрульных машин, включенные мигалки освещают округу ослепительно яркими огнями. Над головой – шум и грохот движения на трассе. Улыбаясь, к инспекторам подошел Питер Брэдли, патрульный из местного отделения: уши покраснели на ветру, грудь раздута бронежилетом под формой.

– Приветствую! Что, в гости нагрянули?

– Ага. Рабочий день окончен, Брэдли! Настоящие копы приехали.

Патрульный засмеялся и повел их к берегу.

– Там инспектор Джексон.

– Кто нашел тело?

– Двое мальчишек – случайно наткнулись, вызвали нас.

– Показания взяли?

– Сорвались с уроков, пришли к реке. Их увезли в девятый участок, но сержант привезет их обратно, если потребуется.

Нолан кивнул. Малолетние прогульщики – не убийцы, но что-нибудь полезное они могли заметить. Свидетели – самое главное. Контрольная комиссия по расследованию тяжких преступлений занимает такую же позицию в войне с преступностью, как Франция – в войне с Ираком. Нет свидетеля – нет и дела. Это не телесериал «Место преступления», где компетентные специалисты круглосуточно занимаются поиском вещественных доказательств. Если в деле не фигурирует влиятельная белая жертва из Норт-Сайда, результатов лабораторных исследований приходится ждать месяцами.