Две вечности. Асфиксия - Вакари

–И вовсе не по цветовой гамме, а…

Я осеклась, так как Илай победно усмехнулся.

–Серьёзно?– Дэбра с неверящим видом приподняла брови.– Ли, ты меня поражаешь.

Винсен хлопнул в ладоши, возвращая нас к теме разговора, и заявил:

–Коль ты такой весельчак, Илай, ждём от тебя новую непревзойдённую игру. Охота за сокровищами была, по моему скромному разумению, на семь баллов из десяти. Так вот – предложи десятку, и тогда признаю тебя Королем Развлечений.

–Эй, когда на меня давят, я начинаю паниковать, путаться и глупеть!

–Куда уж больше глупеть-то,– хихикнула Дэбра.

–Мне ничего не придумать в такой атмосфере.

Дэбра выступила вперёд, бросая на Илая победоносные взгляды.

–Есть у меня идейка, но немного детская. Как насчёт «холодно-горячо»?– предложила она.

–Это там, где прячешь какой-то предмет, а потом подсказываешь человеку направление?– уточнил Винсен.

–Да. Если человек подходит близко к спрятанной вещи, ему говорят «тепло». Если отходит в неверном направлении – «холодно». Всё просто. Но играть в такое в нашем возрасте немного…

Дэбра смущённо царапнула алым ногтем скулу, но остальные поддержали её идею. Особенно Илай. С дополнениями, естественно.

–Усложним правила,– заявил он.– Завяжем ищущему глаза. Пусть помучается!

–Не уверена, что будет весело,– сказала я.

Почему-то не хотелось играть в эту игру. Неясно, откуда взялось странное чувство тревоги, может, из-за предложения завязать глаза?

–Не узнаем, пока не попробуем,– не сдавался Илай.– Ли возмущалась громче всех, с неё и начнем.

–Эй!

–Выйди-ка за дверь, пока мы не придумаем, что и куда спрятать. Не подслушивай.

–Ну ладно, ладно.

Я вышла в коридор, гадая, что мне придётся искать. А вернувшись, встретилась с озорными взглядами товарищей. Даже Дэбра, считающая «холодно-горячо» детской забавой, довольно усмехалась.

–А теперь завяжем глаза.

Илай взмахнул небольшой декоративной салфеткой, до этого украшавшей тумбочку. На глаза мне легла слегка грубая материя, и мир погрузился во тьму. Было немного неуютно, но терпимо. Вспомнился недавний разговор про абсолютную тишину. Юния сказала, что её не существует, как и абсолютного мрака.

На миг я представила, что не просто лишилась способности видеть, но и перестала слышать смешки друзей, их дыхание, вой ветра… Страшно. Не понимаешь, где ты, полностью теряется связь с окружающим миром. Как будто падаешь в бесконечную пропасть.

Я замотала головой, вытряхивая из неё глупые мысли.

–А теперь покружимся.

На плечо мне упала чья-то ладонь, и я непроизвольно вздрогнула. Голос принадлежал Илаю.

–Кружимся-кружимся!

Я завертелась вокруг своей оси, растеряв чувство равновесия и местоположения в пространстве. Как понять, когда ничего не видишь? Где двери? Где мебель?

Голоса друзей стали единственной путеводной нитью, связывающей меня с окружающим миром.

–Холодно,– сказал кто-то.

Что ж, логично. Я сделала несколько пробных шагов налево.

–Холоднее.

Хорошо. Тогда я пошла в обратную сторону, к «точке старта», но на этот раз ушла правее.

–Всё равно холодно.

Отлично, теперь я могла попробовать идти назад или вперёд.

–Чуть теплее. Но только чуточку.

Вот и наметилось верное направление.

–Да, теплее, теплее.

Я прошла дальше и наткнулась на что-то, больно ударившись ногой. Провела по поверхности ладонью – мягко. На ощупь – ткань, шероховатая, с небольшими трещинами, определённо не новая. Обивка старого кресла.

Теперь я примерно представляла, где нахожусь.

Итак, кресло. Перед ним – журнальный столик. По бокам от него – диванчик и ещё несколько кресел. С ними надо было быть аккуратнее.

–Тепло. Ну как, тепло, но не то чтоб тепло, а средней тёплости.

–Научись выражаться по-человечески, ты её сбиваешь.

–Давай, Ли, осталось недолго мучиться.

Последний голос – спокойный и подбадривающий – принадлежал Винсену.

Я обошла кресло, не убирая ладони со спинки.

–Теплее.

–Уже больше горячее, чем теплее.

–Горячее и… Ой, Ли, стой!

Уверенно вышагивая вдоль дивана, я не боялась ни на что наткнуться. Но тьма оказалась хитрее и спрятала в себе неожиданную преграду. Я обо что-то запнулась, не удержала равновесия и полетела куда-то вбок, предвкушая болезненную встречу с полом.

–Ли, осторожнее!

Повязка спала с глаз, и я поморщилась, привыкая к миру света, предметов и форм. Сердце бешено колотилось от страха. Потребовалось несколько мгновений, прежде чем мысли вернулись в норму.

Винсен поддерживал меня за руку и не давал упасть.

–Спасибо, уже решила, что заработаю парочку синяков,– выдохнула я.

Винсен отпустил меня и покачал головой.

–А игра опаснее, чем ожидалось.

–Ли, с тобой всё в порядке?– взволнованно спросила Корделия.

–А, да, вполне. Жаль, что до цели так и не добралась, можно сказать, что проиграла этот раунд. И что я всё-таки искала?

Илай гордо выпятил грудь.

–Прекрасный винтажный подсвечник, смастерённый древними ценителями истинной красоты…

–Обычный дешёвый подсвечник?– приподняла я бровь.

–Прекрасный винтажный…

–Ладно, забудь.

Но Илай не унимался:

–Предлагаю усложнить задачу. Расширим зону поисков.

–Хочешь поломать нам шеи?– спросил Винсен, чей голос не предвещал Илаю ничего хорошего.

–Будем осторожнее,– отмахнулся тот.– В случае чего ты нас подлатаешь.

–Я учусь на хирурга, а не на волшебника.

–Да ладно, так же веселее. Ещё разок! Шен, знаю, ты точно не откажешься.

–Я?

Джошени удивился. На время игры он подозрительно притих, и я не помнила, чтобы он давал мне подсказки.

–Ты же любишь все эти сумасшедшие рискованные штуки,– сказал Илай.– Пройтись по канату над пропастью или сунуть голову в пасть аллигатору, всякое такое. Прогулка с закрытыми глазами по гостинице ни в какое сравнение не идёт, а?

–Не было никакого аллигатора,– покачал головой Джошени.

–А пропасть, значит, была?

–Не такая уж и пропасть, и там был не канат, а… Зачем я всё это вам рассказываю?