Книга о бесценной субстанции - Сара Грэн

Перекусив мясными сэндвичами, мы пешком отправились к Полу. Новый Орлеан напоминал декорацию для исторического фильма или ожившую сказку. Свет, краски, запахи, звучащая повсюду музыка – все создавало атмосферу нереальности, особенно по контрасту с серыми буднями жизни в провинции. Я уже дважды бывала здесь в промотурах: первый раз – с книгой Эйбела, второй – со своей. Эйбел писал глубокие, сложные произведения, тираж которых не превышал пары тысяч экземпляров. Однако у него была небольшая группа преданных поклонников, готовых следовать за ним по всему свету.

– Я должен кое-что рассказать о Поле, – заявил Лукас, когда мы оставили позади Французский квартал и оказались в районе Фобур-Мариньи. – Боюсь, ты посчитаешь его мерзким типом.

Мы оба рассмеялись. Лукас хорошо изучил мою натуру и предпочтения.

– Пол родом из захолустного городка в Нью-Джерси: из развлечений там разве что торговые центры да дешевые ресторанчики вроде «Олив Гарден». Яркая личность. Говорит много и громко. Злоупотребляет алкоголем. Но сердце у него золотое. Всегда платит за друзей в ресторане. В общем, он букинист, причем хороший. Специализируется на книгах по религии, фольклору и магии. Я не раз обращался к нему для пополнения библиотечного фонда.

– Говоришь, Пол знает о нашей книге?

Лукасу пришло очередное сообщение. Глянув на экран мобильника, он ответил:

– Обещает поведать нам нечто удивительное. Кстати, таких рассказчиков еще поискать.

– В хорошем смысле?

Лукас промычал что-то неопределенное.

* * *

Пол жил недалеко от Французского квартала в большом обшарпанном доме бледно-голубого цвета со множеством странных пристроек и входов. От каждой двери до линии электропередач и тянулись провода. Во дворе хаотично росли огромные непонятные кусты и исполинский дуб, корни которого разрослись до самого крыльца, вспучив доски. В Новом Орлеане всегда главенствовала природа. Мы обошли дом, выбрали дверь, максимально напоминающую входную, и позвонили в один из четырех звонков. Через минуту на пороге появилась молодая женщина лет двадцати пяти в отделанном кружевом длинном платье на бретельках, которые то и дело сползали с плеч. Она была с распущенными волосами и практически без косметики – если не считать ярко-красную помаду на губах.

– Привет! Вы Хайден? – спросила незнакомка с улыбкой.

– Нет, – ответил Лукас, слегка покраснев. – Здравствуйте. Мы к Полу. Он нас ждет.

– Ой, извините! – весело сказала она. – Входите. Пол, скорее всего, на кухне.

Планировка оказалась анфиладной: ряд проходных комнат, располагавшихся одна за другой. Первая – по-видимому, служившая гостиной – была забита мебелью из комиссионки; повсюду валялись книги, журналы и подносы с грязной посудой. Несмотря на убогую обстановку, комната производила приятное впечатление. Похоже, жильцам нравилось проводить здесь время.

Второе помещение использовалось исключительно для секса. На большой кровати, застеленной черным атласным бельем, лежало несколько подушек; к опорам балдахина были привязаны веревки. К противоположной стене крепилась специальная рама с наручниками, а рядом стоял туалетный столик, над которым висели всевозможные секс-игрушки. В отличие от предыдущей, эта комната выглядела чистой и опрятной.

Далее шла просторная столовая с рабочей зоной, бо́льшую часть которой занимал огромный стол. За ним, хмуро уставившись в экран ноутбука, сидел мужчина в синих джинсах и черной рубашке – лет тридцати, но с ранней сединой на висках. Он не удостоил нас даже взглядом, и мы проследовали на кухню – самую неопрятную и приветливую из всех комнат. Босой мужчина у плиты помешивал булькающую в глубокой кастрюле красную фасоль, а две женщины за столом делили косячок, нарезая овощи.

– Пол! – окликнул Лукас.

Обернувшись, мужчина расплылся в улыбке. Он выглядел примерно на тридцать пять, как и женщины, и был одет совершенно по-дурацки: штаны с кучей карманов и петелек, как у рабочих или художников, футболка с прорезанными в нескольких местах дырками, на голове – шляпа-поркпай^[34]. Довершали картину безупречные, тщательно уложенные воском усы.

– Лукас!

Друзья обменялись сложным ритуальным рукопожатием и тепло обнялись. Наблюдая за их общением, я сделала приятное открытие: оказывается, Лукас способен на искреннюю привязанность и сердечность.

– Это Лили, моя подруга и деловой партнер.

Пол Кракауэр радушно пожал мне руку и представил нас двум женщинам. Красотка в длинном платье куда-то исчезла. Я заметила, что Лукас ищет ее глазами. Это показалось мне милым. Очевидно, девушка ему понравилась.

– Познакомьтесь с Кейтлин и Розой, – сказал Пол.

Кейтлин и Роза помахали нам и улыбнулись. Розой звали красивую афроамериканку с эбеновой кожей и коротко стриженными волосами, одетую в черное платье. На Кейтлин – белой толстушке – был мешковатый топ в цветочек и рваные голубые джинсы. В улыбках всей троицы сквозило неподдельное радушие; эти люди словно излучали свет и здоровье.

– Идите за мной, – позвал Кракауэр. – Книги в гостевом доме.

Еще одна дверь вела из кухни на задний двор. Мы прошли по неухоженному газону к маленькому домику на другом конце участка. Все ставни были плотно прикрыты, а дверь заперта аж на три замка – Полу пришлось повозиться, чтобы ее открыть.

Зайдя внутрь, я поняла причину усиленных мер безопасности: мы оказались в небольшой, идеально оборудованной библиотеке. В этой сокровищнице насчитывалось около пятисот наименований, аккуратно расставленных на полках из темного дерева. На деревянном столе в центре комнаты расположились ноутбук и несколько книжных стопок. Остальное пространство занимали стулья и заполненные книгами библиотечные тележки.

Коллекция являлась поистине уникальной. В основном здесь были представлены произведения по трем темам: Новый Орлеан, книги о книгах (мечта любого букиниста) и магия во всех ее проявлениях (колдовство, шаманизм, вуду, Таро, иллюзионизм и секс-магия). Я увидела пару знакомых авторов: Элис Банкер Стокхэм^[35], Паскаль Беверли Рэндольф^[36].