Клиент - Джон Гришэм

– Дьявол, ну конечно, нет, – сказал Мактьюн. –Я никогда бы не связался с адвокатом. Извини за грубое выражение, сынок, ноони, как гвоздь в заднице. Поверь мне. Если тебе нечего скрывать, адвокат тебене нужен. Отвечай правдиво, и все будет прекрасно.

Он начинал злиться, что было неудивительно.Марк знал, что один из них обязательно должен быть злым. Обычная система“плохой полицейский – хороший полицейский”, с которой Марк был отлично знакомблагодаря телевизору. Мактьюн будет свирепеть и дальше, а Труманн станет улыбатьсяи даже иногда хмуро поглядывать на своего разошедшегося коллегу, так, чтобыМарк видел. За это Марк должен проникнуться к нему доверием. Потом Мактьюнвыйдет из себя и покинет комнату, а Марк вывернется наизнанку перед добрымТруманном.

Труманн наклонился к Марку, фальшиво улыбаясь.

– Марк, Джером Клиффорд был уже мертв, когдавы с Рикки нашли его?

– Я хочу воспользоваться Пятой поправкой<Втексте Пятой поправки к Конституции США, в частности, говорится, что никого немогут принуждать свидетельствовать против самого себя.>.

Улыбку как ветром сдуло. Лицо Мактьюнаналилось кровью, и он в отчаянии покачал головой. Последовала длинная пауза, вовремя которой агенты переглядывались друг с другом. Марк следил за ползущим постолу муравьем, пока тот не исчез под блокнотом.

Труманн, который добрый, наконец решилсязаговорить.

– Боюсь, Марк, ты слишком часто смотришьтелевизор.

– Вы хотите сказать, я не могу воспользоватьсяПятой поправкой?

– Сейчас я угадаю, – прорычал Мактьюн. – Тысмотришь “Закон в Лос-Анджелесе”, верно?

– Каждую неделю.

– Оно и видно. Так ты будешь отвечать навопросы, Марк? Потому что, если не будешь, нам придется принять меры.

– Какие?

– Обратиться в суд. Поговорить с судьей.Убедить его заставить тебя отвечать на вопросы. Это все довольно неприятно,знаешь ли.

– Мне надо в туалет, – сказал Марк, сполз состула и встал.

– Разумеется, Марк, – согласился Труманн,неожиданно перепугавшись, что Марку стало плохо. – Туалет где-то дальше покоридору. – Марк был уже у дверей. – Даем тебе пять минут, Марк. Мы подождем.Не торопись.

Марк вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

* * *

В течение семнадцати минут агенты болтали икрутили в руках свои ручки. Они не волновались. Опытные агенты, они былизнакомы со всякими уловками. Такое уже случалось. Он заговорит.

Раздался стук в дверь, и Мактьюн сказал:

– Войдите.

Дверь открылась, и появилась симпатичнаяженщина лет пятидесяти. Войдя, она закрыла за собой дверь, как будто находиласьв своем собственном офисе. Они было начали подниматься, но она остановила их:

– Можете сидеть.

– У нас совещание, – официально заметилМактьюн.

– Вы не в ту комнату попали, – грубо бросилТруманн.

Она поставила портфель на стол и подалакаждому из агентов по визитной карточке.

– Не думаю, – сказала она. – Мое имя РеджиЛав. Я адвокат и представляю Марка Свея.

Надо отдать им должное, они приняли этоизвестие не так уж и плохо. Мактьюн принялся разглядывать визитку, а Труманнпросто стоял, опустив руки и пытаясь сообразить, что бы сказать.

– Когда он вас нанял? – спросил Мактьюн, глядявыпученными глазами на Труманна.

– Это ведь не ваше дело, не так ли? Он меня ненанял, он заплатил мне аванс. Садитесь.

Она непринужденно уселась на стул и подкатилаего к столу. Мужчины неуклюже присели на приличном расстоянии от нее.

– А где, гм... где Марк?

– Где-то. Он воспользовался Пятой поправкой.Могу я посмотреть ваши документы?

Они немедленно потянулись к пиджакам, порылисьв карманах и выудили оттуда свои бляхи. Она внимательно рассмотрела обе изаписала что-то в своем блокноте.

Покончив с этим, она подвинула бляхи им черезстол и спросила:

– Вы что, пытались допросить этого ребенка вотсутствие его матери?

– Нет, – ответил Труманн.

– Ну конечно, нет, – заявил Мактьюн, весь видкоторого говорил, что он шокирован подобным предположением.

– Он сказал, что вы пытались...

– Он все перепутал, – объяснил Мактьюн. – Мысначала обратились к доктору Гринуэю, и он согласился на эту встречу, в которойдолжны были участвовать Марк, Дайанна Свей и доктор.

– Но они не пришли, – быстро добавил Труманн,изо всех сил стараясь все разъяснить. – Мы спросили, где его мать, и он сказал,что сейчас она не может прийти, так вот мы и подумали, что она придет чутьпозже, а мы пока немного поболтаем с мальчишкой.

– Да, мы просто ждали миссис Свей и доктора, –поспешно согласился Мактьюн. – А где вы были в это время?

– Не задавайте вопросов, не относящихся кделу. Вы посоветовали Марку обратиться к адвокату?

Агенты переглянулись, ища помощи друг у друга.

– Об этом не было разговора. – Труманн невиннопожал плечами.

Поскольку мальчишки не было, врать было легче.И вообще, он просто перепуганный ребенок, который все перепутал, а они, в концеконцов, агенты ФБР, так что она должна верить им.

Мактьюн откашлялся:

– Помнишь, Ларри, Марк что-то такое сказал,или, может, это я сказал насчет “Закона в Лос-Анджелесе”, и тогда Марк спросил,не нужен ли ему адвокат, но он вроде бы шутил, во всяком случае, я воспринялего слова как шутку. Помнишь, Ларри?

Теперь и Ларри вспомнил:

– Да, конечно, что-то насчет “Закона вЛос-Анджелесе”. Просто шутка.

– Вы уверены?

– Ну, разумеется, я уверен, – сказал Труманн.Мактьюн нахмурился и поддержал партнера кивком головы.

– Он не спросил вас, не нужен ли ему адвокат?Они покачали головами, делая вид, что изо всех сил пытаются припомнить.

– Точно не помню. Он ведь ребенок, да еще иперепуган. Так что он все путает, – ответил Мактьюн.

– Вы сказали ему о его правах?