Зовите меня Апостол - Р. Скотт Бэккер

Дверь открыла женщина, одетая в трусики и майку на бретельках. Не иначе, Дженни собственной персоной. Слишком мелкорослая для модели, и лицо простоватое. Добродушное, округлое. Фермерская дочка на все сто. Но до чего ж симпатичная! У Эдди губа не дура.

— Случайных путников принимаете?

Осмотрела меня с головы до пят, улыбнулась, потерлась щекой о свое плечо, будто котенок. И в глазах ее прочиталось: «Когда они выглядят как ты — конечно!» Но вслух сказала:

— Дорогой, плечи натрудил?

— Угу. Весь мир на плечах таскаю.

Махнула рукой, приглашая — элегантно, изящно. Видно — не пьяная. Я, честно говоря, и не представлял, чего ожидать от провинциальных секс-услуг. Может, гнилых зубов и «бля» через слово? Дженни мои страхи успокоила. Чистенькая, и в доме опрятно — хоть бы тарелка грязная у мойки на кухне. Полы чуть прогнулись — у старых домов, как и у старых людей, нелады с прямизной. Мебель, однако, новая и безвкусная. Впрочем, не мне о вкусах распинаться.

В гостиной почти все место занимали два массажных стола, застланные белыми простынями и выглядящие почти как больничные койки на колесиках. Диванчик, плоский телевизор и журнальный столик придвинуты к обзорному окну. Наверняка днем Дженни складывает массажные столы и предается любимому занятию прочих смертных: тихо гниет перед телевизором.

— Чего хочешь, красавчик?

— Размяться, — ответил я, вытягивая комок мятых десяток и пятерок, настрелянных за день.

Размяться, конечно. У меня всегда сперва — секс, а уж потом работа.

— Да, а потом — пара вопросов.

Дженни не фыркнула и не поморщилась — выдержанная. Шлюхи обычно ненавидят любителей порасспрашивать — большей частью душевно терзаемых болванов с доходом. Эти недоумки тоже хотят всего лишь потрахаться, но больная совесть развязывает язык. Обязательно хочется посочувствовать несчастной, вынужденной торговать своим телом, будто хотят зараз ублажить и ее, и свою мораль. Знавал я шлюху, вытатуировавшую на выбритом лобке: «Только деньги!» В ответ на расспросы указывала: «Читайте объявление». Пожаловалась мне однажды: «Достали уже! Мне хоть за каждое слово тариф назначай!»

— Вообще-то вопрос только один.

Дженни ухватила меня за руку и потянула в сумрак гостиной.

— Валяй.

— Ты знаешь парня, только что побывавшего здесь?

— Конечно, — ответила, расстегивая мне ремень и открывая ширинку. — Это Брэд.

— Да, Брэд. Конечно. — Я улыбнулся.

— И в чем дело с Брэдом? — спросила, поглаживая мне промежность. Большинство шлюх как сборщики на конвейере: движения отточены до автоматизма.

— Он сюда заглядывал в прошлую субботу близ полуночи?

Дженни замерла. Отступила на шаг, глянула сконфуженно — в самом деле, неловкая ситуация: у меня джинсы уже до колен спущены.

— Ты имеешь в виду, когда девушка эта пропала… тезка моя?

— Угу.

— Ты коп или как?

— Или как. Частный сыщик. Меня ее родители наняли, полиции поспособствовать.

Наверное, она и так догадалась. Большой сметки не нужно, чтобы подметить: мы по одну сторону баррикад, хоть я — чадо мегаполиса, а она — провинциальный цветочек. Мы оба с той стороны, откуда копов обзывают «свиньями».

— Думаешь, найдут ее?

Судя по тону, историей с пропажей она заинтересовалась и наверняка была в курсе новостей. Полагаю, не слишком-то приятно узнать об исчезновении тезки в таком-то крохотном городишке, в особенности учитывая то, чем Дженни зарабатывала на жизнь.

Я пожал плечами — дескать, безнадежно.

— Нет. Скоро — уж точно нет.

— И я так думаю, — отозвалась рассеянно. — Знаешь, у меня предчувствие…

Твою мать! Предчувствие у нее. Кино мы насмотрелись.

— Так Брэд заглядывал? — повторил я настырно.

— Брэд?.. Ну, был. Явился в субботу на ночь глядя, ну, ты понимаешь, — пожала плечами равнодушно. — Вылиться захотелось.

— Я так и понял, — ответил я, глянув искоса на спущенные штаны. — Но ведь надо удостовериться, сама понимаешь.

Рассмеялась хрипло, шагнула, правой ногой стянула мои штаны до щиколоток.

— Значит, ее старики тебя наняли?

— Угу, — ответил я, прижимаясь к ней своим зашевелившимся хозяйством. — Я сыщик знаменитый.

Потом я расспросил ее основательно — кому, как не ей, знать о городских подонках, свихнувшихся на сексе? Ради такого дела оба массажных стола сдвинули вместе. Дженни мне на грудь улеглась. Рассказывала и помаленьку шевелила моего нижнего приятеля — по привычке, наверное. Поведала мне, что когда услышала про Дженнифер — Дженни звала ее «другая Дженнифер», — тоже подумала о местных сексоголиках. Да, кое-кто из клиентов любил небезобидные забавы, но именно эти клиенты, как ей казалось, меньше всего склонны к чему-нибудь сомнительному за стенами массажного салона.

— Вообще, со мной лучше шутки не шутить, — сообщила, указав небрежно пальцем в дальний конец зала, где виднелись двери, должно быть, в спальни.

— Почему?

— Потому что мой братец там вон постоянно режется на приставке в видеоигры.

— Братец?

— Ну, сводный. Джером. С ним никто шутки не шутит.

— Ты могла бы меня ему представить?

— Если только ты шутки шутить задумал…

Из моих скомканных джинсов вдруг донеслись аккорды «Черного на черном» «AC/DC».

— Пардон. — Я отлепился от вспотевшей Дженни. — Увы, время расписано по минутам.

Она фыркнула в ответ: «И у меня!»

До чего же я обожаю шлюх! Почти как дурь, заставляющую их торговать собой. У меня аж мурашки по коже, как представлю: где-то поблизости, под шкафом или в ящичке, дожидается пухленький пакетик со счастьем.

Звонила Молли.

— Угу, — объявил я в трубку.

— Апостол, ты где?

— В пивнухе, — ответил сварливо: мол, где мне еще быть?

— Пив — что?

— Пив-ну-хе! Знаешь, это место, где пиво пьют.

— Апостол, не надо придуриваться! — Ишь как фыркнула в трубку, мол, время — деньги. — Шевелись! Буду ждать на углу Инкерман-стрит и Кейн.

— Что такое? Почему?

— Потому что Нолен нашел отрезанный палец.

Упс! Классическая картинка внезапного прозрения. У Молли, оказывается, был сканер, перехватывать полицейские переговоры. Я сколько раз хотел такой заиметь, да не сподобился бабок набрать. Очень уж скверно карта ложилась и слишком часто массажные салоны попадались по дороге. А пока я шлялся в ночи, пытаясь унять порочные страсти, Молли пересматривала сериал «Место преступления» и бдительно прослушивала назначенных государством слуг и защитников народа.