Тайная власть - Брэд Тор

– Конечно. Пожалуйста, проходите.

Они сели в кресла в его кабинете. Секретарша принесла кофе и вышла, плотно закрыв за собой дверь.

– Давно мы не виделись, – заметил Стивенсон. – Вы, я смотрю, за это время сменили прическу. Выглядите классно.

– Эрик, – не в тон ему проговорила Лидия, – мы пришли по серьезному делу.

– Я уже понял, – отозвался банкир упавшим голосом. – И чем могу помочь?

Она посмотрела на Макги, затем перевела взгляд на Стивенсона.

– Должна предупредить, что вы можете потребовать присутствия адвоката. Это ваше право. Но в этом случае разговор откладывается, и я назначу время и дату, когда вам надлежит явиться с ним в штаб-квартиру ЦРУ.

Стивенсон расширил глаза:

– При чем тут адвокат? Зачем он нужен? Объясните же наконец, в чем дело.

– А дело в том, мистер Стивенсон, – строго произнес Макги, – что пропала крупная сумма денег.

– Эрик, – добавила Лидия, – лучше признайте вину и верните деньги. Так будет лучше, и для вас, и вообще.

Банкир занервничал, поглядывая то на Лидию, то на Макги:

– О каких деньгах речь? Я не понимаю.

Макги некоторое время молча разглядывал семейные фотографии на его столе, действительно, настоящий алтарь, затем медленно произнес:

– Мистер Стивенсон, речь идет о деньгах, исчезнувших со счета Международной опеки.

– Простите, пожалуйста, а кто вы такой?

– Мистер Макги прикомандирован к Управлению Генеральной прокуратурой, – пояснила Лидия.

– И какие ко мне претензии?

Макги раскрыл папку из плотного картона, набитую распечатками, которые достал из мусорного контейнера позади магазина оргтехники. На папке крупными буквами было написано: «Дело Стивенсона Эрика», дальше шла его должность и название банка. Он держал папку так, чтобы банкир видел надпись, но не документы, которые перелистывал внутри.

Международная опека – так называлась неправительственная организация, под прикрытием которой действовала группа политических диверсий ЦРУ, в которую в свое время входила Лидия Райан. Сейчас она явилась к банкиру Эрику Стивенсону проверить, если ли на счетах этой организации деньги. Если да, то группа продолжает действовать, как и предполагалось. А значит, они с Макги на верном пути.

– Послушайте, Эрик, – проговорила Лидия, смягчив тон, – возможно, у вас нет повода для беспокойства. Если вы не виноваты, то…

– Конечно, я ни в чем не виноват! – воскликнул он. – Разве патриот может красть у государства? А я патриот, и вы это знаете.

Разумеется, Лидия знала, что он ни в чем не виноват. Стивенсон был честный, порядочный человек, но сейчас, когда на карту были поставлены их жизни, его надо было трясти.

– Тогда, пожалуйста, проясните нам ситуация, и мы уйдем.

– Я готов.

– Куда ушли деньги со счета Международной опеки?

– Мне было дано указание перевести их на другой счет.

– Кто дал указание?

– Деркин.

– Почему?

Стивенсон вскинул руки:

– А вот это не мое дело. Я отвечаю за бухгалтерию. Обеспечиваю движение денежных средств в соответствии с предписаниями. А что и почему – не в моей компетенции. Кстати, и не в вашей тоже.

– В каком смысле? – притворно удивилась она.

– А в том, что ваша фамилия отовсюду удалена, – ответил банкир. – Деркин позвонил мне и предписал стереть ее из всех документов. Сказал, что вас перевели в другой отдел. Вот почему я удивился вашему приходу. И странно, почему Деркин не позвонил, если возникла проблема с деньгами.

– Мистер Стивенсон, как давно вы осуществляете финансовые операции с мистером Деркином? – хмуро произнес Макги, открывая другую папку с надписью: «Дело Деркина Филиппа».

Банкир опять запаниковал:

– Не знаю. Может, лет шесть?

– Это вопрос, мистер Стивенсон? Вы меня спрашиваете или отвечаете?

– Конечно, отвечаю, – пролепетал банкир.

– За эти шесть лет, – продолжил представитель Генеральной прокуратуры, – вы открывали для мистера Деркина личный офшорный счет на Больших Кайманах?

– Разумеется, нет.

– А в Цюрихе?

– Нет.

– В Андорре?

– Нет. Я вообще личных счетов для него не открывал.

Макги продолжал просматривать воображаемый список в папке Деркина.

– А как насчет Гибралтара, Гренады, Белиза, Республики Вануату?

– Боже, у него что, так много личных счетов?

– Представьте себе, мистер Стивенсон.

– Лидия, – взмолился банкир, – поверьте, я не имею к пропаже денег никакого отношения. По указанию Деркина я закрыл счет Международной опеки и открыл новый.

– На кого? – спросила она.

– На ту же группу. Только без вас.

– Вам не приходило в голову, что Деркин превышал полномочия?

Стивенсон вытаращил глаза:

– Лидия, что вы такое говорите? Разве я напрашивался к вам? Нет, это ко мне, скромному финансисту, управляющему небольшим банком, однажды пришли двое агентов ЦРУ. Я думал, им понадобился небольшой кредит для открытия бизнеса, а они попросили меня послужить родине. Ну, я, как патриот, согласился. – Он помолчал. – А ведь жена предупреждала не связываться с ними. Вот я и вляпался.

– Да, вляпались, мистер Стивенсон, – произнес Макги беспощадным тоном. – И сильно.

– Погодите, – спохватилась Лидия, – если все, что говорит Эрик, правда, то тогда нам нужно серьезно взяться за Деркина.

– Конечно, это все правда, – с жаром проговорил банкир.

Макги многозначительно замолк, как будто что-то прикидывая в уме.

– Так что там с новым счетом? – спросила Лидия.

Стивенсон нажал на компьютере несколько клавиш.

– У них все осталось как прежде. Только название НПО изменили. Теперь организация называется «Посланцы мира».

– Когда в последний раз туда переводили деньги?

– Две недели назад.

– С этим счетом работают кредитные карточки и безналичная оплата?

Банкир нажал еще пару клавиш:

– Да, через филиалы.

Пришло время показать Стивенсону свет в конце тоннеля. Лидия Райан посмотрела на Макги:

– Теперь нам ясно, как Деркин прятал деньги.

– Это так, – согласился представитель Генеральной прокуратуры, – но мистер Стивенсон здесь тоже замешан.

Банкир попытался что-то сказать, но Лидия его остановила: