Кидалы - Джим Томпсон

– Настоящее имя, ублюдок! И не надо мне этих фальшивых бумажек! У всех вас, жуликов, их полно!

– Это мое настоящее имя. Я живу в Лос-Анджелесе и работаю на свою компанию уже четыре года…

– Хватит врать! Кто с тобой работает? Где еще ты проворачивал свои фокусы?

– Я был серьезно болен. Я приехал в Ла Джоллу прошлым вечером вместе с другом, на выходные.

– Ладно, ладно! Начнем все сначала, и смотри, если на этот раз не скажешь мне правду.

– Послушайте, офицер, мою личность может засвидетельствовать по меньшей мере сотня бизнесменов. Я много лет продавал им товар…

– Чушь! Хватит мне тут заливать! Как твое настоящее имя?

Вопросы сыпались без остановки. На них следовали одни и те же ответы. То и дело полицейский поворачивался к стене и снимал телефонную трубку, чтобы проверить информацию. И хотя она подтверждалась, он не сдавался. Он знал то, что знал. Он видел своими глазами, как работал кидала, видел, как он взял один за другим три приза. И несмотря на великолепное прикрытие Роя, он был взят с поличным, и это перевешивало любую легенду.

Он снова стоял у телефона, и его тяжелое лицо мрачнело, по мере того как он получал ответы на свои вопросы. Рой искоса посмотрел на Берта. Взглянул на доску, которая все еще лежала на прилавке, а потом опять поднял на Берта глаза и еле заметно ему кивнул. Но не был уверен, что Берт поймет его намек.

Полицейский бросил трубку на рычаг. Кисло уставился на Роя и провел мясистой рукой по лицу. Он медлил, пытаясь подобрать слова, соответствующие ситуации, придумать извинение, которое шло вразрез с его инстинктами и было насмешкой над тем, что он видел собственными глазами.

Рой услыхал глухой звук хлопнувшей крышки мусорного бака.

Он чуть заметно улыбнулся.

– Ну что, офицер, – сказал он. – Еще будут вопросы?

– Нет, – дернул головой полицейский. – Кажется, произошла ошибка.

– Да? Вы тут оскорбляли, унижали меня, словно я преступник. А теперь говорите, что, кажется, произошла ошибка. Считаете, этого достаточно, чтобы все уладить?

– Ну… – Слова с трудом соскакивали с его плотно сжатых губ. – Извините. Я виноват. Без обид.

Рой был доволен таким финалом. Полицейский резко повернулся к Берту.

– Ладно, мистер! Мне нужен номер вашей лицензии на спиртное. И вы арестованы за… где эта доска?

– Какая доска?

– Черт побери, не вешай мне лапшу на уши! Эта доска лежала прямо тут, на прилавке, та самая, на которой играл этот парень! Или ты отдаешь мне доску, или я найду ее сам.

Берт взял тряпку и стал протирать прилавок.

– В это время я обычно убираю, – сказал он. – Собираю всякое барахло и выбрасываю его в мусорный бак. Доску не припомню, но если что-то тут и было, то…

– Ты ее выкинул! Ты думаешь, это сойдет тебе с рук?

– А не сойдет? – спросил Берт.

Полицейский задохнулся от гнева. Потом он сказал:

– Ты у меня попляшешь, клянусь богом, ты еще попляшешь! – И резко повернулся к Рою: – И вы, мистер! Меня вы вокруг пальца не обведете. Я буду за вами следить, и если в следующий раз вы появитесь в этом городе…

Он развернулся и вышел из бара. Насмешливо улыбаясь, Рой уселся на стул.

– По-моему он рассердился, – сказал он. – Еще эля?

– Нет, – сказал Берт.

– Почему? Слушай, Берт. Извини, что так все получилось, но это была твоя доска. Я не…

– Знаю. Это моя ошибка. А я никогда не повторяю одну и ту же ошибку дважды. Поэтому хочу, чтобы ты ушел и больше никогда сюда не приходил.

Подошел посетитель, и Берт повернулся к нему. Рой встал и вышел из бара.

Яркий солнечный свет брызнул ему в лицо; после прохладного темного бара он показался ослепительным. Холодный эль – сколько же он его выпил – бурлил у него в животе, но через некоторое время Рой пришел в норму. Он не был пьян. Он никогда не пьянеет. Но было бы глупо возвращаться в Ла Джоллу голодным.

В ресторанчике за углом он съел тарелку супа и выпил две чашки черного кофе. Уже на выходе он посмотрел на часы и с ужасом увидел, что они показывают пять минут второго. Рой огляделся, но в ресторанчике не оказалось ни одного телефона, по крайней мере для общественного пользования, и он направился к своей машине.

Мойре лучше было не звонить. Наверняка с ней связывалась полиция, а Рой не хотел ничего объяснять по телефону.

Он спустился с длинного холма к Мишн-Вэлли и выехал на дорогу, ведущую к берегу. До Ла Джоллы было минут двадцать – двадцать пять максимум. В гостинице он объяснит Мойре, почему полицейский ошибся…

Принял его за кого-то другого? Нет, нет. Все должно объясняться просто, логически вытекать из вполне невинного события. Эта машина, к примеру, была арендована. Человек, последним бравший ее напрокат, попал на ней в серьезную аварию и, допустим, скрылся с места происшествия. И когда утром полицейские обнаружили эту машину…

Разумеется, в такой истории были натяжки: полиция по номерному знаку определила бы, что это прокатная машина. Но это не его дело – строить догадки. Он стал жертвой полицейской ошибки, а кто может их предсказать?

Хреновое утро, думал он. Это все из-за доски Берта. Почему он так со мной обошелся? И какого черта я беспокоюсь о том, что думает бармен?

Недалеко от пересечения с Пасифик-хайвэй поток машин увеличился, а на самом шоссе образовалась пробка на все четыре ряда, которую пытались разрулить двое полицейских. По понедельникам в Сан-Диего такого не бывало. Даже во время пересменок на авиазаводах дороги не были так забиты, а сейчас для пробки время было совершенно неподходящим.

Автомобили, среди которых была и машина Роя, медленно ползли вперед. Почти через час у Мишн-Бич он свернул с шоссе к заправке и там узнал, что случилось.

В Дел-Мар шли забеги. Начался местный сезон скачек.

Минут через тридцать пробка рассосалась, и через четверть часа он уже был в гостинице. Он позвонил Мойре прямо из вестибюля. Трубку никто не брал, но в регистратуре она оставила для него сообщение.

– Разумеется, мистер Диллон. Она просила передать вам, что ушла на скачки.

– На скачки? – удивился Рой. – Вы уверены?

– Да, сэр. Но она собиралась посмотреть только половину дневной программы. Сказала, что вернется пораньше.

– Ясно, – кивнул Рой. – Кстати, обо мне здесь справлялись из полиции пару часов назад?

Клерк вежливо подтвердил это и сказал, что звонили и миссис Лангтри тоже.

– Естественно, мы о вас исключительно высокого мнения, мистер Диллон. Надеюсь, ничего серьезного не произошло?

– Нет, благодарю, – сказал Рой и отправился в свою комнату.