Тугая струна - Вэл Макдермид

— Итак, чисто гипотетически, — наконец заговорила она, раздумчиво подбирая слова, — если где-то организуется новое подразделение с особой зоной ответственности и они хотят, чтобы некое другое подразделение предоставило ему одно из своих расследований в качестве подопытного кролика, то, даже если вам кажется, что ваши люди имеют право знать, что к чему, вы тем не менее будете считать себя обязанным сохранять конфиденциальность в отношении истинных причин, почему они вмешиваются в это дело. Что-то в этом роде, да, сэр?

Брендон благодарно улыбнулся:

— Чисто гипотетически, да.

Ответной улыбки не последовало.

— На мой взгляд, это вряд ли подходящий случай для подобных экспериментов. — Она помолчала и только потом добавила: — Сэр.

Брендон, казалось, удивился.

— А почему бы нет? — спросил он.

Кэрол на секунду задумалась. Мало кто из ее соучеников и особенно соучениц сумел так же быстро вскарабкаться на скользкую вершину, как она. Покровительство Джона Брендона дало ей неизмеримо больше того, на что она могла когда-либо рассчитывать. А она даже не уверена, действительно ли причины, заставляющие ее упрямиться, именно те, на которые она собиралась сейчас сослаться. И все-таки, если уж начала, она не отступится.

— Мы — новое подразделение, — осторожно проговорила она. — Я только сейчас влилась в уже давно сработавшийся коллектив. Я пытаюсь построить с ними рабочие взаимоотношения, которые позволят нам стать надежной защитой для жителей городка и выполнять свой долг по отношению к ним. И я вряд ли смогу этого добиться, если у меня отнимут первое же серьезное дело, легшее ко мне на стол с тех пор, как я здесь.

— Никто не говорит о том, чтобы забрать у вас это дело, старший инспектор, — заговорил Брендон, переходя вслед за Кэрол на официальный тон. — Речь идет лишь об использовании нового спецподразделения в качестве консультантов.

— Это будет выглядеть так, словно вы не доверяете мне, — упорствовала Кэрол.

— Ерунда. Не будь я уверен в ваших способностях, зачем мне было повышать вас в должности?

Кэрол недоверчиво покачала головой. Она и в самом деле его не понимала.

— Уверена, завсегдатаи здешних пивнушек без труда найдут этому объяснение, сэр, — с горечью сказала она.

Глаза Брендона широко раскрылись, как только он понял ее мысль.

— Думаете, они… Не может быть… Это просто смешно! Никогда не слышал подобной глупости!

— Вам виднее, сэр. — Кэрол выдавила кривую улыбку и пригладила рукой густые светлые волосы. — Мне казалось, я не такая уж страшная.

Теперь Брендон недоверчиво качал головой.

— Мне никогда не приходило в голову, что кто-то может неправильно истолковать твое назначение. Ведь по тебе сразу видно, насколько ты хороший полицейский. — Он вздохнул и снова принялся покусывать губу. — Сейчас мое положение даже хуже, чем было, когда я сюда вошел. — Он поднял на нее глаза и решился. — Ладно, только это не для протокола. У Пола Бишопа возникли трудности с местным полицейским начальством в Лидсе. Они ясно сказали ему, что не потерпят его ребят на своей территории и близко не подпустят его ни к одному из своих преступлений. А ему, чтобы обучить людей, нужно настоящее дело, и вполне понятно, что тут не подойдет серийный убийца или насильник. Он позвонил мне, потому что мы соседи, и попросил присмотреть что-нибудь, на чем его команда могла бы набить руку, прежде чем они получат официальное право отбирать дела у кого бы то ни было. По правде говоря, я собирался предложить им вашего маньяка-поджигателя еще до того, как погиб человек.

Кэрол сердилась, но изо всех сил старалась не подавать вида. Вот всегда так. Только подумаешь, что приручила их, как они опять превращаются в неандертальцев.

— Сейчас это уже убийство. А детализировать психологический портрет еще больше вам все равно не удастся, — сказала она. — Чтобы сохранить самоуважение, не говоря уже о том, чтобы сохранить уважение моих подчиненных, мне необходимо возглавить расследование. Не хочу, чтобы видели, как я цепляюсь за штаны Национального спецподразделения по портретированию преступников, — холодно продолжала она. — Если бы я думала, что присылать гастролеров — лучший способ раскрытия серьезных преступлений, я бы сама подала заявление. Не могу поверить, что вы готовы подложить мне такую свинью… сэр. — Это последнее «сэр» прозвучало как явно лишнее.

У Брендона были свои приемы борьбы с нарушениями субординации, совсем иные, чем у Кэрол. Человеку его положения нет нужды прибегать к завуалированным угрозам. Он может позволить себе большую изобретательность.

— У меня нет намерения подкладывать свинью кому-то из нижестоящих офицеров, детектив-инспектор Джордан. Именно поэтому вы будете единственной, кто связан со спецподразделением. Вы сами поедете к ним в Лидс, а не они приедут сюда к нам. Я поставлю условием Бишопу, чтобы его люди имели дело только с вами — и ни с кем другим в полиции Восточного Йоркшира. Надеюсь, это вас удовлетворит?

Кэрол не могла не оценить скорости, с которой ее шеф расставил все по местам.

— Ваши указания предельно ясны, — сказала она, откидываясь на спинку кресла и признавая свое поражение.

Чувствуя облегчение оттого, что кризис миновал и ему не пришлось сделать или сказать ничего такого, в чем потом было бы неудобно признаться Мэгги, Брендон с усталой улыбкой поднялся с кресла:

— Спасибо, Кэрол. Я благодарен тебе. Занятно, ведь я готов был поклясться, что ты запрыгаешь от радости, узнав, что снова предстоит поработать с Тони Хиллом. Вы оба так чудесно ладили, когда работали в паре по бредфилдскому делу.

Она постаралась изобразить вымученное подобие улыбки — в надежде, что это сойдет за настоящую улыбку.

— Мое нежелание не имело никакого отношения к доктору Хиллу, — сказала она, впрочем, без особой уверенности, что Брендон ей поверит, потому что не могла убедить в этом даже саму себя.

— Я передам им, что ты сама с ними свяжешься. — Брендон вышел и прикрыл за собой дверь — проявление вежливости, за которое Кэрол была ему искренне благодарна.

— Сгораю от нетерпения, — мрачно сказала она в пустоту комнаты.

Шэз как ураган ворвалась в дверь полицейского участка, на территории которого размещалось их спецподразделение, и весело улыбнулась сидевшему за письменным столом полицейскому в форме. Ее лицо горело от еле сдерживаемого нетерпения.

— Детектив-констебль Боумен, — назвала она себя. — Особое подразделение по психологическому портретированию преступников. Тут на мое имя должен быть пакет.

Констебль смерил ее скептическим взглядом:

— Тут?

— Да, тут, — она посмотрела на часы, — пакет должен был прийти с ночной почтой. С той, что приносят к девяти часам. А поскольку на моих сейчас десять минут…

— Значит, кто-то пошутил над вами, радость моя, потому что для вас тут ничего нет, — сказал констебль, и в его голосе послышались нотки плохо скрытого удовлетворения. Не так уж часто выпадало ему уесть пришлеца и одновременно покуражиться над женщиной.