Кости - Джонатан Келлерман

Тощие пальцы Дюшена сжали пустую банку, пытаясь смять ее, но оставили лишь крошечное углубление в тонкой жести. Он отставил банку в сторону и снова начал ощупывать дырку от зуба во рту.

— Джо Отто?

— Был такой тип. Но не с Шералин, еще до нее.

— С другой девушкой?

Дюшен кивнул.

— Меня вызвали, потому что он хотел извратов. Как вы сказали, бритоголовый; она, тяжело дыша, сказала мне спасти ее от скинхеда. Но когда я пришел в номер, он уже смылся.

— Девушка была ранена?

— Небольшой синяк. Она была крупной женщиной и могла постоять за себя.

— Каких «извратов» хотел этот человек?

— Он хотел связать ее; мы постоянно твердим, чтобы девушки не соглашались на такое. Когда она отказала, он достал нож. Не обычный нож, скорее медицинская штучка — так она это назвала.

— Скальпель.

— Он пытался напугать ее, показав, как эта штука режет бумагу — Дюшен изобразил удар снизу вверх.

— У нее был синяк, но не было порезов? — уточнил Майло.

— Слава богу, не было, — подтвердил Дюшен. — Она испугалась и бросилась прочь из номера. Он кинулся за ней и схватил ее, потом ударил рукой — не ножом, слава богу — еще раз. Попал ей сюда. — Он потер висок. — Костяшками пальцев, так, что даже отметины были видны; на следующий день у нее пол-лица распухло. Огромный темный синяк, даже на ее коже был виден.

— Темнокожая женщина? — догадался Майло.

— Большая и красивая.

— Как ее звали?

— Мы называли ее Большая Лора.

— А по документам?

— Не знаю, — ответил Дюшен. — Нам хватало и «Большой Лоры».

— Высокая?

— И крупная. Сто с лишним кило веселья.

— Где ее можно найти.

Последовала долгая пауза.

— Не знаю, лейтенант.

— Еще одна ночная беглянка, Джо Отто?

Дюшен набожно сложил ладони.

— Такие люди ведут непостоянную жизнь.

Снабдив его третьей банкой колы и двумя батончиками «Херши», Майло задал ему вопрос о белых проститутках пожилого возраста.

— Не в моем ведении, я больше по части души, — ответил Дюшен. — Могу я идти?

— Конечно, спасибо. Свяжитесь, если вспомните или узнаете что-нибудь.

— Несомненно, лейтенант. Подобные вещи плохо сказываются на бизнесе.

* * *

Мы с Мо Ридом вошли в допросную после того, как Дюшен ушел.

— Крупная женщина по имени Лора, — произнес Майло.

— Соответствует неизвестной Номер Два, — заметил Рид. — Интересно, что две жертвы были из «конюшни» Дюшена.

— Ты что-нибудь чуешь относительно него?

Рид задумался.

— Трудно сказать. Ему не обязательно было приходить сюда и рассказывать нам что-либо. Если только не считать его достаточно хитрым, чтобы он смог нас разыграть, — сказал я. — Может быть, кто-нибудь вынюхал его слабость. Вычислил, чьими девушками можно воспользоваться.

— Пес невысокого ранга в стае, — кивнул Майло. — Это имеет смысл. Полагаю, Дюшен рассказал нам все, что знал, Моисей. Пора вернуться на трассу и попробовать выкопать что-нибудь еще. Я попробую отыскать ту, которая больше всего похоже на Шералин. В идеальном мире кто-нибудь из нас додумался бы, что именно сделало ее жертвой. Но, по крайней мере, мы можем взять образец тканей у ее матери или ее ребенка и сравнить с генетическим материалом костей. Не то чтобы я ждал, будто неизвестная Номер Один окажется кем-то другим…

— А что насчет Большой Лоры?

— Я попробую что-нибудь разузнать хотя бы по прозвищу. Что касается неизвестной Номер Три, то срок смерти у нее самый давний, а память у уличных девиц короткая. Но, может быть, кому-нибудь и запомнилась пожилая белая женщина.

— Если она из этого района, значит, злодейства на какой-то промежуток времени были локализованы географически, — продолжил мысль Рид. — Потом ему захотелось перейти на новый уровень, и он переключился с проституток на Селену. Ее квартира не так далеко от аэропорта. Или от болота, если уж на то пошло.

— Психологически Селену от других отделяет большое расстояние, — заметил я. — Могут быть и промежуточные жертвы.

— Например? — спросил Майло.

— Не проститутки, но из кругов, расцениваемых как низший класс.

— Он поднимается по социальной лестнице?

— Собака не нашла в болоте больше ничего, — напомнил Рид, — но К-9 проводил поиски только у восточного берега.

— Бодрящая мысль, — хмыкнул Майло. — Будь это обычная топь, мы получили бы ордер и пригнали бы экскаватор. Но мы имеем дело со священной землей.

— Может быть, убийца тоже считает ее таковой, — сказал я.

Майло достал из кармана сигару, и Рид настороженно приподнял светлые брови.

— Не волнуйся, парень, я не буду лишать тебя свежего воздуха… Что же касается хлопот с получением разрешения на раскопки в других частях болота, давайте сначала проясним дело с теми трупами, которые у нас уже есть. Пора поработать на улице.

Когда мы направились к дверям, Мо Рид промолвил:

— Плохо, что Дюшен не опознал Хака.

— Этот идиот утверждал, что никогда не видел клиентов, если с ними не было проблем, и я ему верю, — отозвался Майло. — И какой с него прок был Большой Лоре, когда она влипла в неприятности с тем скинхедом? Обалденная манера вести бизнес.

— Лысый мужчина со скальпелем, — сказал Рид. — Для того чтобы отсечь руку, нужно кое-что покруче, верно, док?

— Я не по этой части, — ответил я, — но да, именно так. Лучше всего подошла бы хирургическая пила.

— Любая пила, достаточно острая, — поправил Майло. — Даже поганый китайский кухонный топорик пойдет, если мужик достаточно сильный и ловкий.

— Может быть, преступник учился на врача? — предположил Рид.

— Двадцать лет назад я смотрел бы именно в эту сторону, — вздохнул Майло. — А теперь в Интернете кто угодно может найти что угодно, в любой момент времени.

— Свобода, — хмыкнул Рид.

— Только она и стоит того, чтобы ради нее жить, парень, однако это хитрая концепция. — Развернув сигару, Майло сунул ее в угол рта. — Я собираюсь закурить, сынок, предупреждаю честно.

Мы вышли наружу и перешли через улицу к служебной парковке. Рид направился к блестящему черному «Шевроле Камаро».

— Это не драндулет, — сказал Майло.

— То есть?

— Ну, то, что говорил твой брат.

— Он полагает, будто знает все, — отозвался Рид.