Академия - Бентли Литтл

Она вернулась к себе. К вечеру похолодало, однако Линда распахнула все окна. Пусть кабинет проветрится. Где-то в столе был дезодорант… Она перерыла ящички. Наконец-то! Так, побрызгать возле парт, теперь в книжном уголке – побольше. Кто же это сделал?!

Джоди?

Потому-то она и ухмылялась?

Нет. Конечно, в последнее время Джоди вела себя отвратительно, но испражняться на книгу она не стала бы. Зрелище было бы еще то. Линда представила, как директриса приседает над раскрытым сборником «Листьев травы», и громко захохотала.

Вскоре класс начали заполнять родители тех ребят, которые ходили к Линде на первый урок. Такие собрания недаром получили название «Снова в школу». Сегодняшний вечер, как и положено, имитировал обычный школьный день: родители посещали занятия своих чад в том же порядке, что и последние, – вот только каждый «урок» длился всего десять минут. Когда прозвенел первый звонок, все места в классе были уже заняты. То же самое повторилось и на остальных мини-уроках.

В такой повальной явке было нечто пугающее. Впервые с начала преподавания в Тайлере Линда получила возможность поговорить с родителями практически всех своих учеников. Это, конечно, не могло не радовать. К тому же взрослые проявляли искренний интерес к школьным успехам детей. Однако в воздухе ощутимо витало напряжение. Родителей вынудили прийти на собрание, и за их неподдельным беспокойством о благополучии собственных чад сквозила едва сдерживаемая враждебность, естественная неприязнь к авторитаризму – ее вызывают любые учреждения, насаждающие свои правила и занимающиеся произволом.

Хотя учителям было велено отметить присутствующих и сообщить в канцелярию имена тех, кто не явился, делать этого Линда не собиралась. На собрание пришли почти все, а у отсутствующих наверняка имелись уважительные причины. В любом случае она не стала бы доносить. Джоди вполне была способна исключить из школы ребят, чьи родители не посетили собрание.

На последнем мини-уроке, шестом по счету, чей-то отец непрерывно терзал свой телефон.

– Простите. Не знаете, почему тут не ловится сигнал? – наконец не выдержал мужчина и с подозрением огляделся – видимо, решил, что стены класса обшиты свинцом.

– С сигналом такое во всей школе, – ответила Линда. – Почему, еще не выяснили. Разбираются.

– А вдруг сыну понадобится мне позвонить? – спросила мама. – Мало ли что. Заболел, стало плохо…

– Хороший вопрос, – кивнула Линда. – Попробуйте задать его директору.

После звонка класс опустел быстро – время уже подошло к половине девятого, а день был будний. Линда решила сначала немного прибраться, а потом пойти на кафедру к Диане.

Она закрыла двери, повернулась к своему столу.

И увидела за передней партой ученика.

Сердце с силой ударило в грудь, Линда испуганно вскрикнула. Секунду назад в классе было пусто. Абсолютно точно. Она лично проводила до двери последнего отца.

За весь вечер в кабинет на заходил ни один ребенок.

А теперь за передней партой сидел школьник и смотрел перед собой, на доску.

Он не шелохнулся, когда Линда вскрикнула, не удивился этому короткому возгласу, не повернул головы в ее сторону. Так и сидел – тихо, неподвижно. Линда вдруг с ужасом разглядела то, чего не заметила сразу: пыльная одежда мальчика была словно из другого века – старомодной даже для времен юности Линдиного дедушки, – а волосы не светлыми, как ей показалось вначале, а белыми, седыми.

С воротника мальчика по паутинке спустился паук, перелез за шиворот, побежал вниз по спине.

Ученик не пошевелился, не издал ни звука.

Просто молча смотрел на доску.

Линда рванула прочь. Распахнула двери и помчала по коридору – не погасив света, не заперев кабинета. Ее бешеный топот услышали Стив и Рей, дружно выскочившие из своих классов посмотреть, что за переполох.

Она летела вперед по наитию, не понимая – куда, зачем? В голове засело одно: беги, спасайся. Однако увидев коллег, Линда замерла.

– У меня в классе!.. – задыхаясь, выпалила она. – Чужак!

Чужак?

Странное слово. Все ж лучше, чем слово «призрак», которое на самом деле вертелось на языке.

Стив и Рей подбежали к ее кабинету, влетели внутрь.

– Эй! Есть тут кто?

Значит, мальчик исчез – если он вообще был. Хотя внутри у нее все по-прежнему кричало – беги, спасайся! – Линда собралась с духом и заглянула в класс. Стив пожал плечами.

– Вроде пусто.

– Он сидел вот там, – она показала.

– Чужак сидел за партой? – недоверчиво протянул Рей.

Как объяснить им то, что она видела? Оцепенелый мальчик, старинная одежда, седые волосы, паук… Линде ни за что не поверят, и она ни за что не сумеет передать тот ужас, который пробудил в ней совершенно неподвижный ученик. Поэтому Линда рассказала коллегам об изгаженной книге.

– Наверное, это он сделал. Парень, которого я видела.

– Чужак.

– Сама не знаю, почему я так его назвала. Простите! Я не пыталась заманить вас к себе в класс, не пыталась разыграть…

Линда заплакала. Не смогла удержаться. Весь ее страх, все отчаяние пролились вдруг несвойственными ей слезами. Она сердито вытирала их с лица, а Стив с Реем неловко топтались рядом.

– Прости, – сказал Рей. – Я не хотел…

– Ты не виноват, – всхлипнула Линда.

– Можем еще поискать, – предложил Стив. – Вдруг он спрятался?

– Не надо. – Она замахала руками. – Лучше пойдем отсюда.

Смущенные коллеги вышли следом за ней в коридор. Линда погасила свет, заперла двери.

– Я тебе верю, – произнес Рей. – Прости еще раз.

– И я, – поддержал Стив.

Она помотала головой. Они лгали, но переубеждать их желания не было. Линда знала, кого видела, – призрака. Сейчас ей хотелось одного: найти Диану и уехать. Линда пальцем смахнула последнюю слезинку и выдавила улыбку.

– Спасибо. Тяжелый день был. До завтра.

Прежде чем направиться на кафедру к Диане, Линда выскочила на улицу, обошла корпус и посмотрела на окна своего класса. За темным стеклом что-то мелькнуло, смутное белесое мерцание в черном мраке. Линда торопливо отвела взгляд, миновала мусорку, куда выбросила «Листья травы», и поспешила назад в корпус, к подруге.

* * *

В школе толпился народ. Кругом горел свет.

А Майла умирала от страха.

Вразумительных причин для этого не было, однако она стояла за столиком с выпечкой, забирала долларовые банкноты, протягивала шоколадные кексы – и боялась. Реба рядом, похоже, не ощущала ничего плохого. Девочки из спортивной группы поддержки, помогавшие за соседними столиками, – тоже. Напротив них парни из организации «Кей-клаб» продавали минералку, повсюду сновали учителя и родители. Майла же чувствовала себя одинокой беззащитной сироткой посреди дома с привидениями.