Безмолвный Джо - Т. Джефферсон Паркер

Звук доносился до меня через микрофон видеокамеры лишь с небольшим усилением – достаточным, чтобы нормально слышать.

"Уилл! О, Уилл Трона! Давай потолкуем".

Это был голос стрелявшего.

– Запись выключена, – ответил Берч.

– Не похоже.

– Поверни эту штуковину мордой к стене, если не веришь, – предложил Одеркирк. – И выруби ее.

Гэйлен взглянул на камеру, снял плащ и, свернув его, завесил объектив и микрофон.

– А кто там за зеркалом?

– Никого.

Дыхание у меня участилось, я наблюдал за ним, пытаясь успокоиться и сосредоточиться.

Он был высокого роста с бронзовой кожей и необычайно интересным лицом. Широкие скулы, выразительные кожные складки, полные губы. Настороженные и очень живые глаза. На нем был темно-синий костюм, серебристо-голубая шелковая рубашка с серебристо-синим шелковым галстуком. На запястье виднелись часы "Ролекс" или их копия.

В комнате для допросов стоял стол с четырьмя стульями по бокам – все было надежно привинчено к полу. Когда-то они были выкрашены светло-коричневой краской, которая со временем облупилась на углах, обнажив металлическую основу. На крышке стола виднелись шрамы от сигарет, оставшиеся еще с тех времен, когда при допросе разрешалось курить. Несколько лет это было запрещено, но работники управления решили оставить эти следы, рассчитывая, что напоминание о невозможности закурить может сделать сговорчивее некоторых из допрашиваемых подонков.

Под крышкой стола напротив стула номер четыре была установлена кнопка для управления рабочей видеокамерой, но Рик уже включил ее снаружи.

– Присаживайся, Джон, – предложил Рик Берч.

Гэйлен выбрал стул, стоявший в стороне от ложной камеры. Стандартная реакция. Зато это позволило яснее рассмотреть его лицо на мониторе и через зеркало.

Одеркирк остался стоять, прислонившись к двери и скрестив руки на груди. Берч, достав блокнот и ручку, сел напротив Гэйлена.

– Итак, Джон, о событиях вечера той среды, – начал Берч. – У нас есть свидетель убийства Уилла Троны. Он сообщил, что это дело рук "Кобровых королей".

– Вот с ними и разбирайтесь.

– С кем именно?

– Меня там не было.

– Так. И где же ты был?

– С женщиной.

– Хотелось бы узнать имя и номер телефона.

Гэйлен посмотрел сначала в моем направлении, потом на Одеркирка и снова на Берча.

– Держу пари, все это у вас уже есть. Не так ли?

"О, Уилл Трона!"

Берч сидел, откинувшись назад и постукивая ручкой по столу.

– Мы располагаем подробным описанием человека, стрелявшего тем вечером. И оно очень напоминает тебя. Что ты на это скажешь? – Берч снова заглянул в свой блокнот. – Высокий, среднего телосложения, длинное пальто или плащ. Темнокожий, возможно, афроамериканец. Правша. Низкий голос.

Пока Берч это читал, Гэйлен не спускал с него взгляда. Потом дважды слабо кивнул.

– Под это описание подойдет много людей.

– Не совсем так. Пять парней в длинных плащах? Какой прок устанавливать свою отличительную марку, если ей не пользоваться? Пять парней в длинных плащах – это и есть пять "Кобровых королей".

– Не знаю, не был там.

– А кто был? Помоги разобраться.

Гэйлен ухмыльнулся.

Хлопнув дверью, Одеркирк вышел из комнаты.

– Послушай, Джон. Я доберусь до всех твоих приятелей. До каждого. И как следует их потрясу. Крепко потрясу. И если тебе что-нибудь известно о том вечере, лучше выкладывай прямо сейчас. В противном случае это будет оказание сопротивления правосудию и потянет на срок от трех до пяти лет. Подумай о трех годах без той девицы, с которой ты виделся две недели назад. О трех годах без женщин вообще. Если ты, Джон, собираешься что-либо скрыть от меня, тебе придется дорого за это заплатить.

Гэйлен ответил Рику пристальным взглядом.

В мой наблюдательный пункт вошел Одеркирк.

– Это тот парень?

– Да. Такой голос невозможно спутать.

– Мы не можем задержать его только по голосу, Джо. А как насчет лица?

Я с трудом сдерживался, чтобы не ворваться в комнату, где проходил допрос, и самому не разобраться с этим Джоном Гэйленом.

– Его лицо скрывал туман. Но голос-то он скрыть не мог.

– Очень жаль. Хотя, на мой взгляд, он вполне мог замочить двух приятелей, чтобы прикрыть свою модно задрапированную задницу.

– Спроси его, знает ли Сэмми Нгуен о его отношениях с Бернадетт Ли.

– Той крошкой с фотографии?

– Ну да. Это подруга Сэмми. Он не расстается с этим снимком в своей камере. Он арестован за убийство, и у него полно приятелей на свободе.

– Схвачено.

Мы смотрели, как Берч продолжал допрос.

– Джон, может, это был и не ты с ребятами. Возможно, эти пятеро парней пытались "косить" под твою команду. Хотя не очень в это верится, не так ли? Все указывает на тебя. У нас по крайней мере один свидетель – но очень надежный. А другой – пока в больнице. Као вполне может расколоться, ты понимаешь. Такой горячий молодой человек. И он будет рад кое-чем с нами поделиться, согласен? Нам известно, как ты подстрелил его. Прекрасный свидетель, который все видел.

– Я не стреляю в друзей. Может, вы сами этим занимаетесь.

– Брось, Джон. Встань на место бедного Као, преданного собственным дружком. А если он откажется, расколем кого-нибудь из твоих парней помоложе или жаждущего срочно "ширнуться". Того, кто любит тебя не так сильно. А если уж твое имя всплывет, то держись – утопим в дерьме. Но пока у тебя есть возможность спастись, а заодно помочь нам.

– Помочь вам? Вполне веский повод отвалить отсюда, – ответил Гэйлен.

– В любое время. Дверь открыта. Откуда ты знаешь Уилла Трону?

Гэйлен тряхнул головой.

– Никогда не знал и не знаю.

– А вот сам Уилл Трона утверждал другое.

– Вам удалось его оживить?

– Я читал его ежедневник.

Последняя фраза заставила Гэйлена на секунду задуматься.

– Уж не хотите ли сказать, что он приглашал нас на ленч в ресторан "Ритц"?

– Никаких имен, Джон. Просто "Кобровый король" тот и "Кобровый король" этот.

Лицо у Гэйлена застыло.

– Возможно, это просто был кто-то из его приятелей.

Я знал, что Берч все это выдумал, потому что сам сделал копии всех страниц календаря и расписания встреч перед тем, как передать ему.