Квинканкс. Том 1 - Чарльз Паллисер

— Куда-куда? — тут же переспрашивает мистер Сансью.

— В Мампси-Парк. Тот самый большой дом, о котором я вам рассказывал. Мампси — фамилия его хозяев.

— Мампси. — Мистер Сансью качает головой.

— Ну ладно, — продолжает собеседник, — я завернул шкатулку в кусок мягкой кожи, чтобы не отсырела, а открыть даже не подумал. Сунул в дырку в стене, а сам побег дальше. Больше года я туда не возвращался, но вот полгода назад вернулся и нашел шкатулку на прежнем месте в амбаре. Тут-то я ее и открыл, а внутри, глядь, письмецо. Собрался было его выкинуть, да вовремя одумался, сказал себе: «Слыхать, письма и документы всякие кучу денег стоят», вот и решил не торопиться. Признаться, мистер Сансью, с образованием у меня не все слава богу: во-первых, потому что папаша мой был пьяница, а во-вторых, хоть и ходил я мальцом в Морское училище в Чатеме, но выучился, говоря по правде, только щипать паклю да терпеть колотушки, а книжную премудрость не осилил. Одним словом, показал я это письмо подружке моего брата. Она как есть дока, по писаному ли, по печатному — прочтет в два счета и без запинки. Вот тут-то я и узнал о мистере Сансью: какие-то с ним нелады и ему до зарезу нужен адрес с письма. Пока искал вас, ноги по коленки сносил. Так что, мистер Сансью, про гинею больше ни слова.

— И какая же сумма вас бы устроила, любезный?

— Пятнадцать.

— Благие небеса! — восклицает адвокат. — Вы сильно преувеличиваете ценность этих сведений. Не воображаете ли вы, что найдутся еще желающие расплатиться за них звонкой монетой?

Собеседник, осушив кружку, поднимается на ноги.

— Может, и так, но если вам жалко за них пятнадцати гиней, черта лысого вы их получите.

— Стойте! — Собеседник садится, а мистер Сансью вынимает из кармана пачку банкнот, полученных от мистера Барбеллиона, и отделяет от них несколько. Протягивает их через стол одной рукой, а другой хватает письмо.

Собеседник поочередно рассматривает банкноты в свете масляной лампы, висящей поблизости на гвозде, потом, очевидно удовлетворившись, сует их в карман.

— Ну, спасибочки, одно удовольствие иметь с вами дело. Мистер Сансью поднимает глаза от письма.

— Подождите немного. Может, вы мне еще понадобитесь. Собеседник с готовностью садится и, пока мистер Сансью читает, всматривается в его лицо. Вверху письмо помечено: «23 июля, Голден-Сквер, 27», внизу подписано: «Мартин фортисквинс». В последнем абзаце говорится:

«И наконец, скоро вы получите игрушки и книги, купленные по моей просьбе мистером Сансью. Что касается последнего, вы увидите, что я вложил внутрь еще одно письмо от этого джентльмена. Должен вас предостеречь: он снова пытался окольным путем разузнать, где вы живете; думаю, он ради этого многое бы отдал. К сожалению, здоровье мое не поправилось, и это письмо снова пишет под диктовку моя дорогая супруга. Опасаюсь, что за моим домом ведется наблюдение. Не прознал ли каким-то образом ваш враг, что мне известен ваш адрес?»

Мистер Сансью переворачивает лист и видит надпись: «Миссис Мелламфи, ***шир, Мортси-мейнор-фарм, коттедж».

— Мелламфи! — негромко повторяет он. — Вот, значит, ее настоящая фамилия. — Он обращается к своему спутнику, который с любопытством за ним наблюдает: — Не исключено, что вы мне понадобитесь. Согласны помочь?

— За добавку, — отвечает тот, с улыбкой похлопывая себя по карману, — готов сделать все, что ни попросите, папаша.

— Тогда как мне вас найти, если будет нужно?

— Оставьте здесь весточку.

— Как вас зовут?

— Спрашивайте Барни.

— Отлично. — Мистер Сансью встает и запахивает пальто. Только никогда не являйтесь ко мне домой или в контору. Понятно?

— А как же. — Барни привстает, чтобы проститься, мистер Сансью небрежно кивает и уходит. Глядя ему в спину, Барни повторяет: — А как же, понятно.