Хорошая я. Плохая я - Эли Ленд

Черная яма.

Еще раз пробую открыть дверь камеры, но она не поддается, ее держат. За спиной слышен шум. В полу зажигаются три маленькие лампочки, освещают тень. На экране, это всего лишь экран.

Все в порядке, я справлюсь с этим.

Фигура возле стены, женщина. Прижимаю ладонь ко рту, чтобы не закричать, я не хочу кричать.

На глазах слезы. Воспоминания набрасываются на меня, как рыба в пруду на хлеб. ПРИВЕТ, ЭННИ. Нет. Я вжимаюсь в дверь, закрываю глаза, барабаню по железу:

– Выпустите меня, выпустите меня!

Я колочу в дверь. Голова кружится. Вижу себя, как сжимаю что-то в руках. Открывается дверь. Темно, очень темно. Запах. Гнилой, но сладковатый. Легкий шорох, стая мух. Крысы скребутся.

Я не хотела. Не хотела.

Ты. Меня. Заставляла.

НЕ ВСЕГДА, ЭННИ, НЕ ВСЕГДА.

Это неправда.

Я вижу их лица, лица, которые изо всех сил стараюсь забыть, маленькие, испуганные. В слезах. Закрываю глаза. Кричу:

– Выпустите меня, кто-нибудь, выпустите меня!

Пожалуйста.

Чьи-то руки касаются меня.

– Все в порядке, успокойся. Все хорошо, открой глаза.

Открываю, все смеются. Я забилась в угол, уши зажаты руками.

– Скорее, мистер Кольер зовет нас, – говорит кто-то из девочек.

Джо там, он протягивает мне руку, но я не беру, вдруг он тоже был среди тех, кто подстроил это.

– Все нормально? Судя по лицу, тебе не по себе.

– Потому что она вообще не в себе, – говорит Фиби.

– Заткнись, ты что, не видишь – она испугалась?

– Оооо! Кто-то втрескался в паскуду?

– Паскуда? Ты на себя давно в зеркало смотрела?

– Ах, Джо, всем известно, что на вечеринке у Люсиль ты говорил совсем другое.

– Меня могут лишить права голоса?

– Могут, если ты будешь защищать ее.

– Мне кажется, кто-то ревнует?

– К кому? К ней? – Она указывает на меня.

– Вот именно.

– Пошел на фиг, Джо.

Она толкает его в мою сторону и направляется в следующий зал. Мистер Дуган говорит нам поторапливаться, потому что на подходе следующая группа. В левой ноздре у меня хлюпает, вот-вот потечет. Так бывает всегда, стоит понервничать, испугаться. Я говорю Джо, чтобы он шел, сама отворачиваюсь.

– Пойдем вместе, – предлагает он.

– Нет, иди сам.

Он колеблется, но уходит, как раз перед тем, как у меня из носа начинает идти кровь.

Мы возвращаемся в школу как раз к ланчу, остаток дня проводим за подготовкой актового зала к родительскому собранию. У родителей есть возможность прийти, обсудить успехи своих дочерей. Получить обратную связь: как мы справляемся с учебой в течение первых недель. Майк и Саския, вернувшись из школы, хотят переговорить со мной и с Фиби. Фиби идет первая, я жду в гостиной. Некоторое время спустя она выходит из кухни, хлопнув за собой дверью, и, проходя мимо, бросает на меня полный ненависти взгляд.

Майк открывает дверь, я спрашиваю, что случилось с Фиби. Он отвечает, что ее дважды оставляли после уроков за то, что она потеряла домашнюю работу по химии. Жаль, думаю, я могла бы ей подсказать, где ее работа. В ящике у меня под кроватью. Маленькое наказание за «несчастный случай» с Джорджи.

Говорит в основном Майк. Сообщает, что по успеваемости я в пятерке лучших в классе, что имеются некоторые проблемы в социальном плане, но очевиден прогресс. Саския пожимает мне плечо, но мне это неприятно, наводит на мысли о тебе. Вспоминается родительское собрание прошлым летом, к которому я помогала готовиться. Ты надела платье, красное с синими цветами. Кто-то из учителей сказал, что у меня прекрасные манеры, что я прекрасно воспитана, и поинтересовался, в чем твой педагогический секрет. Ты сжала мне плечо и ответила с улыбкой – не знаю, просто, наверное, мне повезло.

– Мисс Кемп сказала нам, что рекомендует тебе принять участие в художественном конкурсе.

– Я не очень хотела, но она считает, что у меня есть хорошие шансы на победу. Сейчас работаю над эскизами.

– Похоже, вы с ней здорово подружились, – говорит Майк.

– Она мне очень нравится.

Едва произношу это вслух, как понимаю, что это чистая правда.

У себя в комнате проверяю телефон и нахожу там послание от Морган: «Прости что не отвечала этот говнюк братец спрятал телефон, на неделе не могу давай замутим в выходные. Немного позабавимся».

То же самое ты обычно говорила по пятницам, когда мы возвращались из школы домой. Немного позабавимся. Однажды я хотела выпрыгнуть на ходу из машины, но ты догадалась. Нажала кнопку блокировки двери. Это большая ошибка, Энни, сказала ты. Я думала, что буду меньше зависеть от тебя после того, как сдам тебя, но иногда мне кажется, что ты завладела мной еще больше. Совершенно безобидная вещь вроде родительского собрания превращается в поток воспоминаний о тебе. На мне невидимые цепи. Они гремят на ходу.

Восемь ступенек вверх. Еще четыре.

Дверь направо.

На этот раз девочка.

Не в первый раз, такое уже случалось однажды.

Из девяти – двое девочки.

Спросила меня, видела ли я.

Я видела. Самая смелая, жаль ее больше всех.

Она пыталась подняться после каждого удара.

Я подглядывала в глазок, чтобы успеть вытереть слезы перед тем, как ты войдешь.

Я завернула ее в мешок из-под угля, девочкам одеяла не полагались.

Отнесла ее вниз, рядом с ней положила куклу, свою любимую.

Тельце, такое неподвижное.

Тсс, малышка, все закончилось.