Кровавая луна - Джеймс Эллрой

– А чем вы занимаетесь сейчас? – спросил он, когда она въехала на стоянку у парка Хэнкок.

– Это незаконно, – улыбнулась Джоани Пратт.

– Мне плевать, – улыбнулся Ллойд ей в ответ.

– Ладно. Я толкаю кваалюд[21]и по своему выбору трахаюсь с парнями постарше. Из тех, что не ищут серьезных отношений.

Ллойд засмеялся и указал на скопище гипсовых динозавров на поросшем травой холме в нескольких ярдах от дегтярных ям:

– Давайте прогуляемся. Нам надо поговорить.

Когда они сели на траву, Ллойд решил надавить на нее и рассказал, как нашел тело Джулии Нимейер, во всех ужасных подробностях. Джоани Пратт побелела, потом побагровела и разрыдалась. Ллойд даже не пытался ее успокоить. Когда она выплакалась, он тихо продолжил:

– Я хочу достать это животное. Мне известно, что вы с Джулией поместили в газетах объявления о сексе. Мне плевать, если вы перетрахали весь Лос-Анджелес или спаривались с кенгуру в зоопарке Сан-Диего. Или изнасиловали друг друга. Мне плевать, что вы имеете дело с наркотой. Можете ее толкать, нюхать, колоться или впаривать малолетним детишкам. Я хочу знать все, что вам известно о Джулии Нимейер: о ее любовных историях, о ее сексуальной жизни и о том, почему она поместила объявление в этих газетах. Вам ясно?

Джоани молча кивнула. Ллойд выудил из кармана куртки носовой платок и протянул ей. Она отерла лицо и заговорила:

– Ладно, дело было так. Месяца три назад я возвращала в голливудской библиотеке кое-какие книжки. Заметила эту хорошенькую цыпочку. Она стояла передо мной в очереди и просматривала разные заумные издания о сексе. Ну, Крафт-Эббинг, Кинси, «Отчет Хайт»… Я отпустила какую-то шутку, мы разговорились. Оказалось, что это и есть Джулия. Ну, в общем, выходим мы из библиотеки, выкуриваем по сигаретке и беседуем. О сексе. Джулия мне говорит, что исследует сексуальность – книжку хочет написать. Ну, я с ней поделилась своим бурным прошлым. Есть у меня, говорю, одно выгодное дельце: передвижные вечеринки для богатеньких. Ну, это в общем-то афера. Я знакома кое с кем из тяжеловесов в недвижимости. Я им «колеса» поставляю, а они взамен сдают мне в поднаем шикарные домики, когда владельцев нет в городе. Потом я размещаю рекламу в секс-газетах: очень, понимаете, ну, о-о-очень дорогие секс-вечеринки. По двести долларов с пары, чтобы отвадить всякий сброд. Я обеспечиваю хорошую жратву и «колеса», музыку и небольшое шоу. Ну, в общем, Джулия… она помешана на сексе, но не трахается, только изучает…

Джоани замолчала и закурила сигарету.

– А дальше? – нетерпеливо спросил Ллойд.

– В общем, Джулия сказала, что хочет опрашивать гостей на моих вечеринках, – продолжала Джоани. – Я ей говорю: «Хрен-то! Эти люди платят о-о-очень большие бабки за посещение. Оно им надо, чтоб к ним приставали со всякими там высокоумными вопросами о сексе?» Ну, Джулия и говорит: «Слушай, у меня куча денег. Я заплачу за них, чтоб они попали на твою вечеринку, а сама буду опрашивать. Для них это станет платой за вход. И тогда я смогу понаблюдать, как они занимаются сексом». Ну, в общем, вот почему Джулия поместила эти объявления. Люди с ней связывались, а она предлагала заплатить за них, чтобы они попали на вечеринку и в обмен ответили на вопросы.

Ллойд слушал как завороженный, пристально вглядываясь в голубые глаза Джоани Пратт. Она помахала рукой у него перед носом:

– Вернись на землю, сержант. У тебя такой вид, будто ты только что побывал на Марсе.

Ллойд чувствовал, как смутные подозрения превращаются в нечто реальное. Отклонившись от руки Джоани, он сказал:

– Продолжай.

– Ладно, Марсианин. Ну, в общем, Джулия проводила свои опросы и смотрела, как люди трахаются, до полного посинения. Она исписала тонну блокнотов, и первый вариант книги был уже готов, когда кто-то вломился к ней в квартиру и украл ее рукопись и все записи. Она сказа…

– Что?! – вскричал Ллойд.

Джоани в испуге отшатнулась:

– Эй, полегче, сержант! Дай мне закончить. Это было с месяц назад. В квартире все перерыли. Украли стерео, телик и тысячу наличными. Она…

– Она заявила в полицию? – перебил ее Ллойд.

Джоани покачала головой:

– Нет, я ей отсоветовала. Сказала, что она всегда может переписать свою книгу по памяти и взять еще несколько интервью. Я не хотела, чтоб вокруг нас толклись копы и что-то вынюхивали. Копы – известные моралисты, они могли проведать про мою аферу. Ты лучше послушай. Где-то за неделю до смерти Джулия сказала мне, что за ней следят. Так ей показалось. Она видела одного и того же человека в самых разных местах: на улице, в ресторанах, в супермаркете. Не то чтобы он глазел на нее или что-то в этом роде, но ей казалось, будто он ее выслеживает.

Ллойд похолодел.

– Она узнала человека с твоих вечеринок?

– Она сказала, что не уверена.

Ллойд надолго задумался.

– У тебя остались письма, адресованные Джулии?

– Нет, – покачала головой Джоани. – Только то, что я сейчас взяла.

Ллойд протянул руку, и Джоани вытащила из сумки письма. Он посмотрел на нее, похлопывая пачкой конвертов по ноге:

– Когда у тебя следующая вечеринка?

Джоани опустила глаза:

– Сегодня.

– Хорошо, – сказал Ллойд. – Я тоже приду. А ты будешь моей дамой.

Вечеринка состоялась в трехэтажном особняке треугольной формы, укрытом от ветров в Голливудских холмах ближе к долине. Ллойд надел хлопчатобумажные саржевые брюки с отворотами, мокасины, рубашку-поло в полоску и свитер с вырезом «лодочкой», надежно скрывший короткоствольный револьвер тридцать восьмого калибра. Его костюм вызвал у Джоани насмешку.

– Ну, ты даешь, сержант! Это же вечеринка для богатых, а не школьная танцулька! Где букетик мне на корсаж?

– У меня в штанах.

Джоани засмеялась, потом скользнула взглядом из-под опущенных ресниц по его телу.

– Очень мило. Есть настроение потрахаться? Тебе предложат.

– Нет, это я приберегу до выпускного вечера. Покажешь, где тут что?

Они прошлись по дому. Вся мебель в столовой и гостиной была раздвинута, скатанные и прислоненные к стене ковры доставали до потолка. На низеньких столиках стояли закуски, холодное мясо, нарезанное ломтиками, и коктейли в ведерках со льдом.

– Фуршет и танцпол, – пояснила Джоани. – Первоклассная стереосистема с колонками по всему дому. – Она указала на светильники, свисающие с потолка: – Стерео подключено к свету, получается цветомузыка. С ума сойти можно.

Взяв Ллойда под руку, Джоани повела его наверх. На двух этажах, по обе стороны от коридора, располагались спальни и кабинеты. Красные огоньки мигали над открытыми дверями. Заглянув внутрь, Ллойд увидел, что в каждой из комнат весь пол занимает матрац, застеленный розовыми шелковыми простынями.