Ультиматум Борна - Роберт Ладлэм

— Ничего особенного, право…

— Напротив. Присутствовать в одном месте с Чарльзом ЛеГранд, героем Сопротивления, исключительно особенное событие. Года не в силах затмить вашу славу.

Капитан щелкнул пальцами в направлении трех стюардесс в пока еще пустом салоне первого класса.

— Быстро, мадемуазель! Сделайте все возможное для отважного воина Франции и его леди.

После этого убийца, с множеством кличек и фальшивых паспортов в прошлом, был торжественно препровожден к первому почетному ряду кресел, в который была осторожно перенесена из кресла-каталки его жена. Сам он занял место рядом с ней. На подносах перед их креслами появились бокалы и бутылка дорогого шампанского. Первый бокал был поднят капитаном. Он произнес тост в честь почетной пары и еще раз пожелал им приятного полета. Когда наконец суета вокруг них улеглась и первый пилот вернулся в кабину экипажа, женщина неожиданно, молча и очень лукаво подмигнула мужу. Глаза ее весело смеялись. Салон начал наполняться пассажирами. Многие из них узнавали пожилую пару в головных креслах. Над рядами кресел начали перелетать приглушенные шепотки: «Герой Сопротивления… Сам Большой Чарльз… Говорят, в Альпах он пустил в расход шестьсот бошей. А может быть и всю тысячу…»

Через некоторое время огромный реактивный лайнер все быстрее и быстрее покатился по взлетной полосе и взмыл в летнее безоблачное небо. Пожилой «герой Франции», весь героизм которого, который он мог припомнить за время войны и Сопротивления, сводился к воровству, стремлению выжить любой ценой, мести за обиды, причиненные его жене, и яростному желанию находится как можно дальше от всех армий мира или трудовых отрядов, постоянно пытавшихся включить его в свои ряды, опустил руку во внутренний карман и достал свои новые документы. В паспорте имелась его фотография, но это было единственным относящимся к нему пунктом. Остальное — имя, дата и место рождения, место жительства, все было незнакомым, включая список наград и привилегий, который был более чем впечатляющим. Не любопытства ради, а преимущественно из опасения не преуменьшить ненароком перед кем-нибудь свои заслуги, он решил заранее изучить данный список, да и все остальное тоже. Ему сообщили, что оригинал, носящий используемое мужчиной в данный момент имя и владеющий данными паспорта, не имел живых родственников и друзей, а также, что этот человек исчез из своей квартиры в Марселе, предположительно отправившись в кругосветное путешествие, да так и не вернулся из него до сих пор.

Посыльный Шакала снова открыл страничку паспорта с именем. Его нужно было обязательно запомнить и отзываться на него в любой ситуации. Хотя с таким распространенным именем это будет не трудно. Мужчина снова и снова повторял про себя свое: Жан-Пьер Фонтейн, Жан-Пьер Фонтейн, Жан-Пьер Фонтейн.

Звук! Острый, режущий. Что-то не то, не нормальное, выпадающее из привычного набора шумов. Борн выхватил из-под подушки пистолет, кубарем слетел с кровати и замер, прислонившись к холодной стене. Опять! Короткий, громкий, одиночный стук, в дверь его номера. Он потряс головой, что-то припоминая… Алекс? «Я постучу один раз». Джейсон тихо подошел к двери и прижался ухом к деревянной панели.

— Кто там?

— Открывай, черт возьми, а то меня сейчас заметят! — судя по голосу за дверью, Конклин уже кипел от ярости. Борн распахнул дверь, и отставной разведчик, прихрамывая, ворвался внутрь, отбросив трость в сторону с таким видом, будто она ему больше была не нужна.

— Похоже, ты уже совсем сноровку потерял, — продолжил он, усаживаясь в кресло. — Я уже минут пять барабаню в дверь.

— Я не слышал.

— Дельта услышал бы. Джейсон Борн — тоже. А Дэвид Вебб не слышит ничего.

— Через пару дней ты и следов Дэвида Вебба не найдешь.

— Рассказывай. Хотелось бы чего-то посерьезней обычной твоей болтовни.

— А ты что здесь делаешь? В такой-то час? Кстати, сколько сейчас времени?

— Я распрощался с Кассетом на шоссе в 3:20. Но с тех пор много путешествовал. Продирался сквозь кусты и карабкался через ограду.

— Ого?

— Вот так. Через ограду. А ты попробуй-ка проделать это с моей-то ногой… Знаешь, в колледже, я помню, выиграл забег на пятьдесят ярдов.

— Воспоминания в сторону. Что произошло?

— Ох, и снова я слышу Вебба…

— Что произошло? И кто этот Кассет, о котором ты столько говоришь? Ты работаешь с ним?

— Он единственный из тех, кому я доверяю в Лэнгли. Только ему и Валентино.

— Так ты скажешь мне наконец, кто это такие?

— Они аналитики, но честные и прямые ребята.

— Ну тогда в чем же дело?

— А в том, что настали такие времена, что мне хочется послать все ко все чертям…

— Алекс, переходи к делу. Скажи, зачем ты пришел сюда?

Конклин бросил на Дэвида быстрый взгляд, после чего наклонился, поднял свою трость и яростно сжал ее.

— Я получил досье на наших филадельфийцев.

— И поэтому ты здесь? И что там на них?

— Нет, дело совсем не в них. Это интересная информация, но основная причина моего визита другая.

— Так назови ее! — воскликнул Джейсон, постепенно теряя терпение. Он присел в кресло у окна, не ожидая услышать ничего хорошего. — Наш высокопрофессиональный коллега не станет бросаться на ограды вокруг частных владений, в три часа утра и с его-то ногой, без особых на то причин.

— Причины у меня были.

— Уповаю на то, что ты хоть когда-нибудь расскажешь мне о них. Ну?

— Это ДеСоле.

— Кто еще такой?

— ДеСоле из Лэнгли.

— Все еще не понял.

— Главный манипулятор из Лэнгли. Ничего нигде не случается и не начинается без его ведома. Все проходит через его руки.

— Я все еще в тумане.

— Мы в глубоком дерьме.

— И об этом я тоже в курсе.

— Снова Вебб.

— Сделай несколько глубоких вдохов и соберись с мыслями.

— Ладно, дай хоть дух перевести.

Конклин решил оставить свою трость в покое и прислонил ее к подлокотнику кресла.

— Знаешь, я никогда не доверял грузовым лифтам. Поэтому всю дорогу до твоего этажа я шел по лестнице.

— Потому что мы в дерьме?

— Да.

— Из-за ДеСоле?

— Точно, мистер Борн. Стивен ДеСоле. Человек, который держит палец на всех кнопках всех компьютеров в Лэнгли. Он один способен раскрутить всю машинку и если захочет, то может засадить твою старую деву тетку Грейс в тюрьму как провокатора.

— И что в итоге.

— Он связан с Брюсселем. С Тигартеном в НАТО. Кассет разузнал в верхах, что их прямая связь, о которой говорил наш посол в Лондоне, идет именно через ДеСоле. Для этого имеются специальные компьютерные коды, позволяющие получать доступ к информации в обход всех существующих паролей.