Кросс - Джеймс Паттерсон

Понедельник, три часа дня. Мне не следует быть здесь, но тем не менее я здесь.

Адвокатская фирма «Смит, Кертис энд Бреннан» слыла респектабельной. Фешенебельная приемная с деревянными панелями, с последними номерами «Гольф дайджест», «Таун энд кантри» и «Форбс» на столиках по углам говорила сама за себя: клиенты этой фирмы проживают отнюдь не в моем районе.

Мина Сандерленд была младшим партнером этой фирмы, а также третьей известной нам жертвой — третьей в хронологическом порядке. Она полностью соответствовала обстановке офиса — серый деловой костюм от хорошего портного и некая изящная сдержанность, какая иногда встречается у выходцев с Юга. Она провела нас в небольшой конференц-зал и, прежде чем начать разговор, опустила вертикальные жалюзи, закрыв сплошь стеклянную стену.

— Боюсь, вы зря теряете время, — сказала она. — Ничего нового я вам сообщить не могу. Я уже говорила это другим детективам. Несколько раз.

Сэмпсон протянул ей листок бумаги:

— Мы тут подумали, что вот это может нам помочь.

— Что это?

— Черновик заявления для прессы. Если какая-либо информация по этому делу дойдет до общественности, то вот в таком виде.

Пока она просматривала заявление, он продолжал объяснять:

— Публикация этого заявления будет означать, что следователи заняли более жесткую позицию в связи с тем, что ни одна из известных полиции жертв не желает сообщить какие-либо данные о насильнике и свидетельствовать против него.

— И это действительно так? — спросила она, отрываясь от листка.

Сэмпсон уже хотел было ответить, но тут у меня что-то случилось с горлом, и я его перебил. Закашлялся. Прием был неуклюжий, но он отлично сработал.

— Можно вас попросить принести стакан воды? — обратился я к Мине Сандерленд. — Извините меня, пожалуйста.

Когда она вышла, я повернулся к Сэмпсону:

— Не думаю, что ей следует знать, что теперь все зависит только от нее.

— О'кей. Думаю, ты прав. — Сэмпсон кивнул, потом добавил: — Но если она спросит…

— Давай-ка я ею займусь. У меня такое ощущение, что я ее уже понял.

Мои знаменитые «ощущения» уже стали частью моей репутации, но это вовсе не означало, что Сэмпсон сразу со мной согласится. И если бы у нас было больше времени для спора, он бы не отступил так быстро. Но тут вернулась Мина Сандерленд. Она принесла две бутылки минералки «Фиджи», два стакана и даже улыбнулась.

Выпив воды, я заметил, что Сэмпсон откинулся на спинку кресла. Это был знак, что в игру вступаю я.

— Мина, — начал я, — мы хотели бы попытаться найти с вами что-то вроде общего языка. Нечто среднее между тем, о чем вы захотите рассказывать, и тем, что нам необходимо выяснить.

— И что это должно означать? — спросила она.

— Это означает, что нам совершенно необязательно располагать описанием этого человека, чтобы поймать его.

Ее молчание я расценил как свой успех.

— Я хотел бы задать вам несколько вопросов. Можете отвечать либо «да», либо «нет». Можете даже просто покачать головой, если вам так больше нравится. И если вопрос покажется вам неудобным, его можно пропустить.

Уголки ее рта чуть дрогнули в улыбке. Мой метод уступок был ей совершенно понятен. Я же хотел, чтобы наша беседа не содержала никаких угрожающих моментов.

Она убрала за ухо длинную прядь светлых волос:

— Вы можете продолжать. Пока что.

— В ту ночь, когда этот человек напал на вас, он чем-то конкретным вам угрожал, чтобы вы молчали после того, как он уйдет?

Она сначала кивнула, потом подтвердила:

— Да.

И тут у меня вдруг появилась надежда.

— Он угрожал каким-нибудь людям, которых вы знаете? Членам семьи, друзьям?

— Да.

— Он каким-либо образом связывался с вами после той ночи? Или как-то иначе давал о себе знать?

— Нет. Однажды мне показалось, что я видела его на нашей улице. Но это, видимо, был не он.

— Он угрожал вам только словами или еще чем-то? Может быть, он использовал еще какие-то средства, чтобы обеспечить ваше молчание?

— Да.

Так, тут я попал в десятку. Мина Сандерленд опустила глаза и несколько секунд смотрела на пол, потом снова взглянула на меня. Напряженное выражение на ее лице уступало место решимости.

— Пожалуйста, Мина. Это очень важно.

— Он забрал мою записную книжку, — сказала она. Немного помолчав, она продолжала: — Там была разная информация личного характера — адреса, телефоны. Семьи, моих друзей — они живут в Уэстчестере.