Цирк монстров - Патрик Бовен

— Вон там!

Я быстро шагнул к ней, вооруженный металлической стойкой для перфузионного оборудования, словно античный пехотинец — копьем.

— Быстрей! Она сейчас убежит под шкаф!

— Постараюсь, — кивнул я.

И обрушил свое оружие на удирающее существо, но промахнулся. Вид этой твари, покрытой густой темной шерстью, вызывал у меня отвращение. Возможно, поэтому я и не попал.

— Черт!.. Удрала!

Тварь громко пискнула и юркнула под картотеку.

— Осторожно! Сзади! — вскрикнула Конни.

— Что?

— Еще одна!

Я обернулся к коробке. Минуту назад я открыл ее, сорвав широкую клейкую ленту и распахнув картонные створки. То, что я увидел, меня потрясло: обрубки тел вперемешку с отсеченными и конвульсивно подрагивающими конечностями. Думаю, ваше воображение, подпитываемое попкорном и фильмами ужасов, поможет вам живо представить эту картину.

— Еще одна крыса!.. — простонала Конни.

— Да, я вижу.

— Но это ужасно! Их две!..

Да, к счастью, в коробке не оказалось расчлененных человеческих тел — только крысиные. Кроме двух живых крыс, было еще с десяток мертвых. Кто-то убил их совсем недавно — поэтому кровь не успела свернуться и просочилась сквозь коробку, залив столешницу. А два живых грызуна теперь шныряют по моей клинике!

— О господи, да сделайте что-нибудь! — завопила Конни.

— А я, по-вашему, сижу сложа руки?

— Я же говорила — надо вызвать полицию!

Моя медсестра была близка к истерике. Я и сам весь взмок от напряжения.

Если Кош хотел напугать меня до полусмерти, он своего добился.

— Не беспокойтесь, все под контролем.

Страх понемногу проходил, но адреналин по-прежнему клокотал в крови. В конце концов, ничего страшного — всего лишь пара крыс… Постепенно во мне нарастал гнев.

Я перехватил металлическую стойку удобнее и сунул ее под картотеку. Раздался глухой звук удара, крыса шмякнулась об стену и затихла. Ее напарница, воспользовавшись моим секундным замешательством, проскочила между моих ног и бросилась к двери.

— Закройте дверь! — закричала Конни.

Но было уже поздно — крыса выбежала в коридор.

— Она сейчас побежит в приемную!

Я устремился следом за крысой. Нужно было обязательно ее остановить, чтобы ее не увидели пациенты.

В этот момент кто-то вышел из смотровой.

Крыса замерла на месте при виде доктора Элги Браатц, моей заместительницы: стрижка под бобрик, плечи мастера спорта по плаванию, стетоскоп на груди в два раза больше моего.

На месте крысы я бы тоже растерялся.

— Осторожно! — крикнул я и метнул в грызуна свое орудие.

Стойка обрушилась на пол у самых ног Элги. Кто-то пронзительно взвизгнул — я толком не разобрал, крыса или доктор Браатц, — но, во всяком случае, грызун остался лежать на полу без движения.

Я наклонился, чтобы удостовериться, что крыса мертва. Элга взглянула на меня поверх очков, как на сумасшедшего:

— Вы спятили, ja?[6]

— Это крыса.

— Я вижу. Я, может быть, не слишком хорошо владею английским, но глаза-то у меня есть.

— Извините за этот инцидент, Элга.

Она возмущенно потрясла указательным пальцем у меня перед носом:

— Это совершенно неприемлемо!

— Ох, только не начинайте…

— Трудная работа, трудные пациенты — я согласна. Но если мне не платят вовремя и под ногами у меня бегают крысы — это уже чересчур, ja? Это черт знает что! Если так будет продолжаться, я обращусь в АКВНП.

Имелась в виду Американская коллегия врачей неотложной помощи — иными словами, синдикат, защищающий интересы врачей данной категории. Его сотрудники очень ревностно относились к вопросам санитарии и гигиены, а также к неукоснительному соблюдению условий контракта.

Я нервно облизнул губы.

— Послушайте, Элга, — начал я как можно более любезным тоном, намереваясь умаслить коллегу, — я не буду кормить вас небылицами, расскажу все как есть. Эти крысы оказались в коробке, которую мне прислали. Я не знаю, кто решил так надо мной подшутить. Но если синдикат получит вашу жалобу, нам могут не продлить разрешение на врачебную деятельность. Будет назначена проверочная комиссия, которая явится сюда и обшарит каждый квадратный сантиметр, проведет десятки специальных тестов… Это может растянуться на целые месяцы. А мы на это время останемся не у дел.

Элга немигающим взглядом смотрела на меня. Конни тем временем взяла ведро и тряпку и принялась замывать следы охоты на крыс.

— А скажите, — вдруг спросила меня медсестра как бы между делом, — это правда, что от вас ушла жена?

Я остолбенел:

— Конни, что вы несете? И потом, вам не кажется, сейчас не самый подходящий момент говорить на такие темы?

— Но вы же сами сказали час назад, что она ушла из дома и забрала вашего сына с собой. Так что, вы разводитесь?

— Вовсе нет!

— Хорошо, — внезапно сказала Элга. — Я остаюсь.

Я обернулся к ней. На ее лице сияла улыбка.

— Я заменю вас на ночном дежурстве, и я ничего не сообщу в коллегию. Будем считать, что я делаю вам одолжение, ja?

— Ja! — ответила вместо меня Конни, выпрямляясь и щелкая каблуками.

Элга пожала плечами и вернулась в смотровую.

Я ничего не понимал.

— С чего вам вздумалось ляпнуть, что я развожусь? — спросил я у Конни.

— Браатц в вас влюблена, — невозмутимо ответила моя помощница.

— Что?!

— Это так же очевидно, как небоскреб посреди пустыни. Дать ей знать, что вы разводитесь, — это был лучший способ поднять ей настроение.

— Но все-таки…

— А заодно и сохранить свою работу, — добавила Конни. — Я ужасно боюсь крыс, но безработица меня пугает еще больше.

Конни закончила мыть пол, сложила убитых крыс в желтый пластиковый мешок, предназначенный для токсичных отходов, и вернулась в мой кабинет.

— Что будем делать с коробкой? — спросила она.

— Пока не знаю.

— Но вы видели эту крысобойню? Там внутри полно мертвых крыс! Их как будто резали секатором! Кто мог такое сделать?

— Кто-то из пациентов, недовольный, что я прописал ему не те лекарства?

Конни задумчиво покусала нижнюю губу.

— Я бы скорее предположила, что это кто-то из бывших однокурсников. Юмор у студентов-медиков сами знаете какой — всегда тонкий и бодрящий. Или некая особа, которой вы чем-то сильно досадили.