Жизнь и одни сутки - Алексей Мерцалов

– Времени мало, денег много, – лаконично ответил Саня.

Аня на миг призадумалась и неуверенно замялась. Кажется, она боялась предложить нечто глупое и все-таки, переборов смущение, заговорила:

– У меня есть одно предложение. Как быстро, а главное, бескровно достать много денег.

Но тут, не дав ей договорить, в разговор встрял Жора:

– Слушай, братулек, помоги лучшему другу. Надо закладку сделать!

В иной ситуации Евлантьев бы, конечно, отказался, но это было невежливо по отношению к человеку, который предоставил ему кров.

– Хорошо.

Аня удивленно взглянула на него.

– Ты говорил, у нас мало времени…

– Так ведь Жора мне заплатит, – объяснил Саня и подмигнул приятелю.

Жора сначала не понял, но потом утвердительно кивнул:

– Да, заплачу. Миллион.

Аня изумленно вскинула брови, а Евлантьев замигал с еще большим усердием. Жора понял, что переборщил и поправился:

– Ладно-ладно, сто тысяч. Ну хорошо, двадцать пять! Десять! Пять! Пойдет?

С этими словами он ушел в другую комнату, и Аня, пользуясь его отсутствием, обратилась к Евлантьеву:

– Ты ему доверяешь?

– Он, конечно, придурок, – признал Саня. – Но точно не мент.

Жора вернулся и принес небольшой пакетик с непонятным порошком.

– Так-с, – пробормотал он. – Значит, слушай. Приходишь в парк. Идешь по тропинке, что проходит параллельно главной аллее. В конце поворачиваешь направо. Там повсюду стоят кормушки для белок. И есть там дерево такое. Ну как тебе сказать. Ну, такое вот, такое вот оно. Ну, ты понял! Там дупло есть. Туда и положишь мой пакетик счастья.

Но Саня уже передумал:

– Извини друг, в Битцевский парк я не пойду. Я там с полицейским повздорил. И, скорее всего, меня уже ищут.

– А ты уверен, что он был полицейским? – резонно спросила Аня. – Ему на вид было лет 18-19. Да и размер формы явно не соответствует. Скорей всего, парень ее просто украл у кого-то из полицейских. Так что наверняка это происшествие осталось незамеченным.

Что ж, верно. Теперь ясно, почему за драку с тем парнем Евлантьеву зачли только одно преступление. «Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа» не засчитано, зато засчитан «легкий вред здоровью».

– Хорошо, сходим, – согласился Саня. – Но сначала взгляни на это.

Он вытащил из кармана пистолет, отобранный у незадачливого господина в лесу. Жора с уважением взял в руки оружие и вымолвил:

– Травмат. «Макарыч». В плохом состоянии, возможны осечки. В магазине всего три патрона. Негусто! Но я могу помочь.

– Каким образом?

Жора полез куда-то под кровать. Там он вынул из пола кусок паркета и с головой влез в тайник. Вскоре в его руках оказалась внушительного размера коробка. Из нее он извлек пачку патронов.

– Держи. Я обычно занимаюсь боевыми. Но травматы тоже иногда перепадают. И мой тебе совет, этот ствол надо отстрелять. А то потом в самый ответственный момент переклинит.

Саня зарядил пистолет, но тут послышался звонок в дверь. Евлантьев вздрогнул, опасаясь, что за ним уже пришли омоновцы, однако Жора его утешил:

– Это наверняка Хмурик! Сань, вот, возьми две бутылки самогона, передай ему. Скажи, что меня нет, а то он опять в долг просить будет!

Евлантьев покорно взял самогон и подошел к входной двери. Через глазок он узрел отвратительного вида паренька. Но когда открыл дверь и увидел его воочию, оказалось, что парень отвратителен вдвойне.

– Ой, а где Самовар? – спросил Хмурик.

– Закипает. Чего тебе?

– Мне нужен Самовар!

– Чаю, что ли, хочешь?

– Нет, я заказывал самогон. Элитный.

Тогда Саня показал ему две бутылки и потребовал оплату. Слово «деньги» вызвало в душе Хмурика страшный переполох.

– Может, договоримся, и ты мне по-дружески сделаешь скидку?

– А может, ты по-дружески заплатишь вдвойне? – непреклонно переспросил Саня.

Ворча и всхлипывая, Хмурик передал Евлантьеву несколько купюр, а Саня в свою очередь распрощался с адским пойлом. Едва бутылка оказалась в руках покупателя, как он сразу же сделал жадный глоток.

В то же мгновение глаза Хмурика остекленели и его вырвало. Но Саня уже закрыл дверь и запер ее на ключ. Пока он шел обратно в комнату, его куртка всколыхнулась от вибрации.

Евлантьев достал телефон и прочел сообщение: «Преступление засчитано. Остаток: 17».

Видимо, в Уголовном кодексе имелась статья, касающаяся незаконного сбыта алкоголя, которую Саня только что нарушил. Что ж, тем лучше. Время от времени Евлантьев ощущал, что сама судьба расчищает дорогу на его пути к успеху.

Оставалось надеяться, что за наркотики тоже будет учтено преступление. Воодушевившись этой мыслью, Саня взял пакет у Жоры и повернулся к Ане:

– Пойдешь со мной? Или лучше здесь останешься?

Девушка в ужасе покосилась на Самовара, который в упоении пытал паука на полу, и процедила:

– Нет уж, спасибо. Я лучше буду с грабителем, чем с недоразвитым наркоманом.

⁂

Снова оказавшись в парке, Саня почувствовал гнетущее беспокойство. Высокие, стремящиеся к небу деревья давили на него, словно стена. А хуже всего, что луну обволокло серое покрывало туч, и в лесу воцарилась кромешная тьма. В итоге путники двигались почти на ощупь.

Однако так называемые «беличьи угодья» они нашли без труда. Это была небольшая полянка, уставленная кормушками. Повсюду валялась скорлупа от орехов, однако пышнохвостые зверьки не вышли встречать гостей.

– Ну и где это дерево? – спросил Евлантьев, озираясь.

Аня приблизилась к кормушке и боязливо просунула туда руку.

– Надо же, – мечтательно вздохнула она. – Еще есть люди, которые приходят сюда и заботятся о животных. Им не безразличны судьбы этих маленьких созданий.

– Да пошли они к черту! Дерево где? – цинично сказал Евлантьев.

Он наконец нашел нужное дерево и запихнул опостылевший пакетик в дупло.

– Все, наркоманы могут спать спокойно. Хотя они же не спят.

– Пистолет, – напомнила Аня. – Его нужно отстрелять.

– Прикажешь мне стрелять ночью в парке? – с сомнением протянул Евлантьев.

И тут у него в кармане прожужжал телефон. Отлично, статья 228 удалась на славу. Воодушевившись этим фактом, Саня решил не тушеваться и отстрелять пистолет. В качестве мишени выбрал пивную банку, которую, видимо, оставили белки.

Отошел на двадцать шагов, передернул затвор, прицелился, задержал дыхание и выстрелил. Пространство вокруг зазвенело от грохота. А резиновая пуля предательски прошла чуть выше цели и врезалась в дерево.