Кровавая Мэри - Джоу А. Конрат

Эрб запустил палец в пакетик, затем попробовал порошок на язык.

– Как думаешь, сколько здесь? Восемь, десять граммов? Это сколько – лет тридцать вроде?

Я придвинулась ближе к Колину:

– Мы нашли руки. Мы знаем, что она тебе звонила.

– Какие руки? Мне без разницы, я ни во что не вмешиваюсь.

– Где телефон?

– Не знаю.

Колин выглядел испуганным. Я знала, что не могу арестовать его за хранение кондитерских продуктов, но решила действовать наудачу.

– Ну, тогда у нас нет выбора, Колин. На колени, руки за голову.

– У меня нет телефона! Я клянусь! Спросите у своих!

– У кого «у своих»?

– В полиции. Когда меня в прошлом месяце арестовали, они забрали телефон. Больше я его не видел.

Краем глаза я заметила, что Эрб полез в пакет за следующей порцией, и встала между ним и Колином.

– Значит, твой телефон у нас?

– Он был у меня, когда меня регистрировали, а когда отпустили, он исчез – никто о нем ничего не знал.

Я хорошо чувствую, когда мне врут, так что Колин или врал очень профессионально, или говорил правду.

– А ты обращался в свою телефонную компанию?

– Да нет, руки пока не доходят.

– А почему?

Я заметила, что в глазах Колина мелькнул страх.

– Колин, ты знаешь, у кого твой телефон?

– Нет.

– Колин, тот, кто забрал твой телефон, – очень опасный человек. Если ты скажешь нам, кто он, мы сможем тебя защитить.

– Я же сказал – не знаю.

– Может, поездка в участок освежит твою память?

Колин посмотрел на Эрба и хмыкнул.

– Не думаю. У вас против меня ничего нет.

Я оглянулась. Эрб слизывал большую горку пудры с руки.

– Я проверяю чистоту, – пояснил он. Его подбородок был весь белый.

Колин подошел к двери и открыл ее.

– Можете идти.

– Колин…

– Я знаю свои права. Если я говорю вам «можете идти», вы должны уйти.

– Мы хотим помочь тебе, Колин.

– Ага, как же.

Я протянула ему свою визитку. Он машинально взял ее.

– Если офицер полиции забрал у тебя телефон, подай жалобу. Ты поможешь нам его задержать.

– Да, да, да…

Мы вышли из квартиры.

– Ну ты даешь, Эрб!

– Ничего не мог с собой поделать. Я сладкого уже неделю не ел. Как только попробовал, то не смог остановиться.

Он подтвердил правоту своих слов, тут же высыпав остатки сахарной пудры в рот.

– Ты знаешь, сколько там углеводов?

– Наплевать. На моем языке как будто оргия происходит.

– Во время оргии ты уловил, о чем говорил Колин?

Он кивнул, лицо его стало серьезным.

У этого человека был доступ к моим наручникам, к окружному моргу и к телефону Колина.

Все указывало на то, что убийца служит в полиции.

К несчастью, это все равно не очень помогало. В Чикаго семнадцать тысяч полицейских. В моем участке служит восемьсот полицейских, кроме того, туда заходили полицейские из других участков. У нас бывали копы из пригорода, федералы, адвокаты и государственные служащие.

Эрб, казалось, прочитал мои мысли:

– Может, удастся уменьшить число подозреваемых, если проверим телефоны?

– А какая компания обслуживает Колина?

– «Фонко». Но без санкций они нас до записей не допустят.

– Можно заехать в суд.

Эрб ощупал подбородок в поиске оставшихся на нем калорий.

– Установим слежку за Колином?

Я задумалась. Если Колин заметит за собой «хвост», то может струсить и попытается сбежать. Кроме того, нужны люди, которым можно доверять. Что, если случайно я приставлю к Колину убийцу?

– Нет. Сначала поговорю с помощником прокурора штата. Дело Колина скоро будет рассматриваться в суде.

Мне не хотелось уезжать, так ничего и не узнав, но выбора в общем-то не было. Стоит, пожалуй, предложить Колину помощь в его деле в обмен на информацию. Может, это развяжет ему язык.

– Надеюсь, что это не полицейский, Джек.

Хотелось бы надеяться. Если на полицейских будут смотреть как на врагов, то хрупкий баланс сил может нарушиться. Законы будут нарушать из презрения к нам. Власть не будет признаваться. На офицеров полиции могут даже совершаться нападения.

Я закрыла глаза и попыталась уйти от мыслей о массовых беспорядках.

– Может, мы ошибаемся, Эрб. Может, это вовсе и не полицейский.

Но глубоко внутри я чувствовала – наша догадка верна.